Чтение онлайн

4. С психологической точки зрения разведчик – это интроверт, вынужденный исполнять роль позитивного экстраверта. Остается только удивляться тому, как это ему удается – превращать собственную сосредоточенность на своем восприятии действительности, индивидуальном переживании этого восприятия, замкнутости на себе, своих ценностях, отсутствии искреннего желания к разностороннему общению, в порой демонстративную активность, открытость, доступность, общительность и энергичность.

Люди чести могут лгать лишь о самых важных вещах.

Джеймс Коми

Добиться такого сочетания достаточно трудно и оно, в каких-то ситуациях, может стать одной из основных причин профессиональной деформации – этой разновидности психологического диссонанса, который должен быть нейтрализован и идеальный разведчик для этого находит исключительно свои собственные психологические механизмы. Обычно это какие-то стойкие интересы, увлечения, о которых он предпочитает не распространяться. Более того, он максимально долго скрывает их, делая достоянием гласности только после окончательного выхода из профессии. Возможно, в этом проявляется истинная интровертированность идеального разведчика, который вовсе не склонен раскрываться, тем более демонстрировать свои интересы, которые никак не относятся к его профессии. Но это может означать и неуверенность разведчика в самом себе, в невозможности в полной мере реализовать себя в разведывательной деятельности, что в какой-то степени указывает на неудовлетворенность разведчика, на определенный диссонанс между разведчиком и его профессией.

5. Принято считать, что смысл разведывательной деятельности настолько очевиден, что он, по умолчанию, осознается разведчиком еще в процессе его подготовки. При этом под смыслом разведывательной деятельности в классической разведке понимается ответ на вопрос: «Зачем?». В то время, как идеальный разведчик пытается найти свой смысл разведывательной деятельности, отвечая на вопрос: «Почему?» И для него различие между этими вопросами имеет принципиальный характер. Он понимает, что ответ на вопрос «зачем?» предлагает иллюзию, правильный ответ в виде его личной правды, но не истины. Причем такая правда настолько убедительна, что не только не вызывает сомнений, но и блокирует какие-либо дальнейшие попытки понять смысл. Именно отсюда преданность, долг, честь, совесть, ответственность и т.п. А ответ на вопрос «почему?» может, нет, не определить смысл, а предложить путь его познания, т.е. движения к истине. Который никогда не заканчивается.

В качестве отправной точки … можно взять такую, не бесспорную, но совершенно необходимую для людей нашей профессии дефиницию: «Смысл жизни в служении делу». Не поклонение, не восхваление, не клятвы, не просто работа, не служба, а служение делу. Эта ступень достигается тогда, когда дело становится неосознанным, недекларируемым стержнем существования, когда каждый шаг сообразуется с интересами дела, когда дело, не вытесняя житейские, духовные, интеллектуальные интересы человека, неприметно формирует их, превращая в ненужное и раздражающее все, что способно помешать делу. Если это «психология винтика», то я винтик – в меру своих способностей мыслящий, видящий свое место в порядке вещей, сознательно принимающий и приветствующий свою принадлежность делу, которое дает смысл моей жизни, и благодарный за это судьбе … Л.Шебаршин

В результате разведчик вновь попадает в состояние противоречия, если отвечает на вопрос – зачем нужна разведка?, зачем он занимается разведывательной деятельностью?, зачем она ему нужна и зачем он нужен ей? и т.п., и получает рациональный, понятный, определенный ответ, который так похож на смысл жизни. Чтобы потом, значительно позже, встретится с другими вопросами – почему существует разведка?, почему он ею занимается?, почему именно в ней он видел смысл своего существования?, и уже не может найти ответы. Слишком поздно. И только идеальный разведчик может вовремя задать правильные вопросы и получить в ответ … неопределенность, сомнения, колебания, новые вопросы и т.п.

И это тогда, когда ему необходимы природная интуиция и обостренное восприятие изменений условий деятельности и выбор адекватной, быстрой, практически автоматической, реакции, с одновременным осознанием происходящего, принятием соответствующих решений и определением плана будущих действий.

6. Идеальный разведчик является глубоко верующим человеком, вера которого искренна, постоянна, как всякая вера, безосновательна и потому способна активно противостоять любым вполне рационально опровергающим ее доводам. Но это не вера фанатика и не вера в мнимые идеи или искусственные ценности. Это вера в свои собственные, личные представления и убеждения, которые проверяются исключительно собственной практикой. Разведчик не делает их предметом социального обсуждения, полагая их основой своего существования, поставленных целей и решаемых задач. Разведчик верит, что его деятельность служит интересам его Отечества, обеспечению безопасности его социума. И это его личный Долг.

В итоге разведывательная деятельность превращается в единственно возможную для него форму существования, источник его проблем и максимально возможного удовлетворения. Он знает, что посвящен абсолютно иррациональной деятельности, но вне этой деятельности он уже не мыслит своего существования. Осознание этого приходит к разведчику постепенно, после понимания и отказа от всех иных вариантов, иных рациональных смыслов, после освобождения из плена сомнений и борьбы противоположных потребностей и устремлений, целей и желаний, предлагаемых социумом идей и личных представлений, избрав единственными своими ценностями ассиметричные иррациональные смыслы своего индивидуального и единичного воплощения в разведывательной деятельности.

Для того чтобы служить делу, надо верить в его правоту, в то, что оно является частью чего-то большего, чем жизнь любого из его участников. Может быть, принять за точку опоры общечеловеческие ценности. Л.Шебаршин

В результате он отдает себе отчет в том, что его ждет бесконечное одиночество и постоянное неукратимое движение не по поступательному переходу от цели к результату, от результата к новой цели, а постоянное стремление к постижению самого себя без какой-либо конечной цели. Это позволяет разведчику избежать неизбежного профессионального цинизма и профессиональной деформации, постоянного возвращения к началу пути, с его естественными иллюзорными ценностями и представлениями. Необходимая искренность, бесконечная преданность самому себе, вера в свой потенциал, радость от соответствия себя своему делу, становятся основой служения своему Долгу. Но эта же вера становится основой его личностного практически мгновенного краха, который наступает по каким-то мизерным причинам. Такая вера изначальна хрупка и не выдерживает удара в самое уязвимое свое место – в основание такой веры не входит … справедливость. И когда она нарушается, вера не может ничего противопоставить этому нарушению.

Удачная карьера, как уголовное преступление, наказывается лишением свободы. Размышляя о превратностях жизни служивого человека, о необходимости кривить душой (это приходилось делать не так уж редко), лукавить, повторять чужую ложь, я сформулировал для себя печальный вывод: «Не может претендовать на интеллектуальную свободу человек, живущий на зарплату». Л.Шебаршин

7. Разведка удивительная государственная структура. Она должна быть абсолютна секретна и, одновременно, о ней знают все и знают значительно больше, чем, например, о министерстве просвещения. Возможно, следствием такой «популярности» разведки является кастовость и порождаемый ею определенный снобизм. Знают и о работе разведчика, которая, как кажется, сопряжена с реальной, практически повседневной опасностью, требующей определенного интеллектуального и эмоционального напряжения, воли и способности преодолевать страх.

При этом разведчик должен скрывать свою работу и от «чужих» и от «своих», фактически ведя «двойную жизнь», что только в самом начале, и то, совсем недолго, может вызывать у кого-то приступы романтизма. И отчасти этот «психологический груз» снимается тем, что у разведчика есть коллеги, которые образуют некую весьма своеобразную социально-профессиональную группу, которая лишь демонстративно и декларативно провозглашает коллективизм, взаимопомощь, участие, поддержку и т.п. общими и едиными ценностями. В окружении этой группы разведчик и совершает действия, которые в других группах вполне обоснованно считаются аморальными, а в ряде случаев и преступными.

Есть еще один, чисто психологический аспект, который играет важную роль в судьбе разведчика. Ведь ему суждено постоянно нарушать большинство библейских заповедей, действовать вопреки всему тому, чему учили с детства. В.Крючков

И вновь разведчик оказывается в парадоксальной ситуации, когда его социальная группа «ждет» от него доверия, искренности, откровенности, включения в решение общих проблем, а его разведывательная деятельность и его погруженность в нее требует абсолютной тайны и одиночества. Он должен подчиняться традициям своей службы, которые практически остаются неизменными, но которые всего лишь демонстрация единства и ритуал, в которым идеальный разведчик не может верить. Разведчик вынужден подчиняться своим руководителям, большинство которых считает его работу службой им лично, а своей задачей выбирают – не доверять, проверять, контролировать и руководить. Причем, это вовсе не связано с индивидуальностью руководителей. Так на эту индивидуальность влияют закономерности разведывательной деятельности. И, как бы в ответ, разведчик не доверяет никому, когда недоверие считается проявлением профессионализма.