Чтение онлайн

– Агат?

– Всё, – еле слышно говорю я и начинаю реветь.

Я ведь была готова. Сотни раз прокручивала в голове этот эпизод, проработала с подругой-психологом каждую деталь, настроилась и …не справилась.

Мой рев превращается в вой, слезы обжигают лицо и оседают на моем новом белом платье. Я до хруста сжимаю руль и не могу заставить себя успокоиться. Саша молчит. Я знаю, она на проводе, слушает и молчит, а мне большего и не надо. Просто, чтобы кто-то был рядом…

***

– Ты забудешь обо мне, на сиреневой луне

Может только на мгновенье

Оставляя для меня только тоненькую нить

Только каплю сожаленья… (Л.Агутин «Ты забудешь обо мне»)

Орем в три голоса, сидя у меня дома на ковре перед телевизором. Три коробки пиццы, легкая закуска и моооре вина – я то ли праздную развод, то ли поминаю свой брак.

После истерики в машине, Сашка обещала провести этот вечер пятницы со мной, но с ней не напьешься, подруга на восьмом месяце беременности, поэтому я пригласила еще и Юльку, мою институтскую подругу.

Мы сидим по-турецки в обнимку с Юлькой и раскачиваемся в такт мелодии, пьяные вдрызг. Я реву и засовываю холодный кусок пиццы в рот, размазывая слезы по щекам. Сашка сидит в кресле, естественно трезвая, но тоже ревет.

– А ффсе-таки твой Леон – нормальный мужжжик, – пьяным голосом еле выговаривает Юлька. – И кваррртиру тебе оставил, и машшину. А сам он где живет теперь?

– Он уже не мой, – вскидываю подбородок. – Не знаю, вроде снимает, – моя речь мне кажется более внятной. Ну мне хотелось бы так думать.

– Воот, говорю ж не козел, – смотрю ошарашенно на подругу и свожу брови вместе. Юлька хоть и пьяная, но пока еще помнит, для чего все мы здесь сегодня собрались, поэтому спешит скорее исправиться. – Ну в смысле козззел конннечно, ну такой, нормальный козззел.

Нормальный козел? Пробую на вкус это выражение и понимаю, что меня оно устраивает. Довольно улыбаюсь, а Сашка тихонько хихикает.

– Дддевочки, а поедем в клуб? – вдруг заявляет Юлька. – Танцеваать хочетсяааа! – она пытается встать, но заваливается обратно на ковер, смеясь над собой.

–А действительно! – я встаю и подаю руку Юле. – ТАНЦЕВАТЬ! – кружусь в мнимом танце.

– Девочки, а может не надо? – встревает беспокойная Сашка. – Вам и так хорошо.

– Санек, ты едешь домой, – указываю на нее пальцем, – а мы с Юлькой-танцевать.

Я бегу в гардеробную, Юлька тащится за мной. Переворачиваю вещи, выискивая подходящий наряд для себя и подруги. Нахожу черное короткое платье в пайетках с глубоким декольте – то, что нужно для сегодняшнего вечера, а Юльке к ее кожаным шортам мы подбираем атласный топ рыжего оттенка.

Иду в прихожую за своим рабочим чемоданчиком и достаю из него весь свой арсенал косметики.

***

– Девочки, может все-таки останемся дома? – Сашка поочередно смотрит то на меня, то на Юльку.

Я попыталась нас накрасить так, насколько позволили покачивающееся от алкоголя тело и моя координация. В целом, мы с Юлькой остались довольны, но почему-то глядя на жалостливое и слегка пораженное лицо Сашки, этого не скажешь.

Мы топчемся в прихожей и пытаемся обуться, пихая друг друга и весело щебеча. Внизу нас ожидают два такси: в бар для меня и Юльки, домой- для Сашки.

Выходим из подъезда, спотыкаясь и держа друг друга под руки. Садимся с Юлей на задние кресла, и наше такси уже готово сорваться с места, когда резко открывается передняя дверь, и Сашка запрыгивает на пассажирское сидение. Мы с Юлькой непонимающе смотрим на нее, открыв рты.

– Я не могу вас бросить в таком состоянии. Я еду с вами, девочки, – уверенным голосом отвечает Санька, развернувшись к нам.

В такси повисает молчание.

– Ндаа…Ну и компашка собралась: одна сегодня развелась, другая глубоко беременная… – перечисляю я.

– У третьей не было секса уже полгода, да я практически девственница! – продолжает за меня Юлька.

Мы начинаем истерически ржать! Обожаю своих шальных подруг! Водитель косится на нас, но выворачивает руль и мчит нас в «Галактику».

3. Леон

Я заранее забронировал столик, потому что просто так попасть сюда пятничным и субботним вечерами невозможно. «Галактика» – популярный бар в городе с приличной музыкой, неслабым баром и кусачим ценником, поэтому всякий сброд сюда не сунется.

Вадим вальяжно развалился на диванчике и облизывает глазами извивающихся красоток. Макс весь вечер сидит в телефоне, переписываясь со своей беременной женой Сашей. Макс и Саша – наши с Агатой друзья, даже скажу больше, они нам как родственники, потому что Агата – крестная старшего сына Сашки, а я, вроде как, планирую стать крестным для малышки, которая вот-вот должна родиться.

– Ну, брат, как оно? – спрашивает Вадим, разливая коньяк.

– Что?
– переспрашиваю его.

– Ну, в смысле, холостым и свободным.

– Ааа, не знаю, еще не понял.

Если друг думает, что я вырвался из оков гнетущего меня брака, то он глубоко заблуждается. Это было лучшее время, где я был счастлив, по крайней мере первые четыре года.

Но и беспомощным я себя в одночасье не стал ощущать: я давно забочусь о себе сам, последние два года так уж точно. Ухмыляюсь, когда ненароком вспоминаю слова моей уже бывшей жены: «Милый, погладь себе в конце концов рубашку, а то люди подумают, что я у тебя ничего не делаю». Или ее фирменные завтраки…единственный несгоревший омлет до сих пор мне снится в кошмарах. У меня не было другого варианта, как научиться готовить самому, чтобы прокормить себя и свою Богиню.

– Таак, а эти что здесь забыли? – мой поток мыслей прерывает Макс.

Он смотрит куда-то вперед, и на его лице начинают играть желваки. Прослеживаю за ним взглядом и натыкаюсь на занимательную картину: беременная Сашка ведет под руки с одной стороны мою бывшую, с другой – подругу Агаты. Я ее знаю, но не помню, как ту зовут. Девчонки выглядят экстравагантно и ярко: рыжая Сашка с огромным животом, белокурая Агата, худая как селедка, и темноволосая подружка с выдающимися нижними «глазами», выпрыгивающими из маленького лоскутка кофточки. Так себе косплей на «Виагру». Эта «святая троица» направляется прямо к барной стойке, у которой толпится возбужденный народ.