Чтение онлайн

Наташка уже довольно нервно поглядывала на часы, да и я чувствовала себя все более неудобно. Если б я заказала какие-нибудь банальные креветки или салатик, давно бы уже попрощалась и ушла. Мне тоже не особенно было интересно знакомиться с непонятным «инвестором», которого Наташа планировала уболтать вложиться в раскрутку ее любимых молодых художников.

Но за артишоки было обидно. Вдруг они невкусные? А я вернусь, например, на следующей неделе сюда, чтобы повторить заказ, и только зря потрачу деньги. Или свежие они такие же, как консервированные?

Я бы тогда успокоилась наконец.

Если же это пища богов, я упущу столько времени!

Пусть уже принесут, я попробую кусочек – и сразу уйду!

– …сценарий продал, снимать никто не будет, но… Слушай, про тебя, кажется, официант забыл!

– Прошу прощения за задержку!

Одновременно с возмущенным восклицанием Наташки на стол приземлилась широкая тарелка со скромной половинкой артишока посередине фарфорового плато, слегка сбрызнутого желтым соусом.

Времени возмущаться размером порции уже не было. Я взяла вилку и нож, наконец-то нацеливаясь на несчастный цветок.

Но если не судьба – значит, не судьба.

– Добрый вечер, Наталья, – прозвучал за моим левым плечом очень низкий мужской голос. – Надеюсь, я не опоздал?

От этого голоса волоски у меня на шее встали дыбом, а кости отозвались низкочастотной вибрацией, как от басов в хороших колонках.

Я застыла, как лань в присутствии хищного зверя.

В надежде, что он не заметит, пройдет мимо, не учует запах добычи.

Это было что-то глубоко звериное, примитивное, не из цивилизованного мира людей, собравшихся на ужин в дорогом ресторане в центре столичного города.

Я ощущала каждый шаг мужчины, который медленно обогнул мой стул, подошел к Наташке, пожал ей руку и – обернулся.

Холеный.

Роскошный.

Блестящие ботинки.

Дорогой темно-серый костюм.

На запястье какие-то навороченные часы-хронометр.

Выступающая из-под рукава пиджака манжета серо-голубой рубашки.

Острый угол челюсти, точеные скулы.

Когда я наконец подняла взгляд к его глазам, они сверкнули холодной сталью из-под идеально очерченных черных бровей.

Мужчина протянул руку и мне:

– Филипп Завадич.

– Вера… – я сглотнула. – Тополева.

– Очень рад.

Официант за его спиной возник из ниоткуда и шустро подставил третий стул к нашему столу.

– Кофе. Черный, – бросил он через плечо, не дожидаясь вопроса о заказе. – И…

– Меню? – толстая папка моментально оказалась в руках официанта.

– Девушки, что будете? – обвел нас взглядом Филипп Завадич.

– Ничего, я уже ухожу! – поспешила заверить я.

– Вера… – серо-стальные глаза проинспектировали мою тарелку. – Вы еще ни кусочка не съели. И наверняка собирались нормально поужинать, а не клевать, как птичка. Не стесняйтесь. Наталья, а вам что?

– Я уже поужинала, – кокетливо улыбнулась Наташка. – Не люблю наедаться на ночь.

– Тогда вина! – бросил он официанту. – И какую-нибудь сырную тарелку. Что еще вы посоветуете девушкам попробовать?

– У нас свежайшие морепродукты, так что предложу крудо из гребешков с хурмой, – оживился тот. – Или карпаччо из осьминога с рукколой, вялеными томатами и соусом из бальзамического уксуса. Однако больше всего дамы ценят наше трио тартаров из красных сицилийских креветок, дикого лосося и сибаса…

Филипп щелкнул пальцами, призывая официанта сделать паузу и повернул голову ко мне:

– Вера, давайте я вас угощу этим вот трио тартаров? Раз уж дамы его ценят. Наталья, а вам еще чая и десерт? Я помню, вы восхищались тирамису, который пробовали в Венеции. Скажите… – он бросил взгляд на бейджик на жилете официанта. – …Андрей, у вас ведь тирамису не хуже, чем в Венеции?

– Ничуть не хуже! – поспешил заверить тот. – Даже лучше! Наш шеф…

– Тогда мне рибай блю-рейр с каким-нибудь французским ширазом, Вере ваше трио тартаров, Наталье тирамису и повторить чай, сырную тарелку, и… какое вино рекомендуете для девушек?

– Я за рулем! – поспешно сказала Наташка. – Мне только чай!

– А я уже ухожу, честное слово, – обращаясь скорее к ней, чем к щедрому гостю, попыталась оправдаться я. – Не стоит!

Я потянулась к своему рюкзаку, одновременно поднимаясь из-за стола.

– Вера, сядьте.

Слова прозвучали жестко, как приказ, который я выполнила раньше, чем осознала. И в легкой панике посмотрела на Наташку, только сейчас осознав, что она не случайно не хотела меня видеть на этой встрече.

Филипп Завадич оказался слишком крупной рыбой. Даже на своей работе, где я сталкивалась с самыми известными людьми города, я наблюдала лишь тени подобных хищников.

Однако моя подруга, приличная женщина и мать, давно и счастливо замужняя, всегда с восхищением отзывавшаяся о своем муже, мой безмолвный вопль о помощи даже не заметила.

Ее зрачки были расширены, а поплывший взгляд не отрывался от мужчины рядом. Нижняя губа была прикушена, пальцы играли со светлой прядью волос.

Тот словно не замечал всех этих знаков – отпустив официанта, сел расслабленно, расстегнул пиджак, слегка распустил узел стильного черного галстука с серебристым растительным узором. Я по привычке заинтересовалась – что за бренд? Мне кажется, этот паттерн хорошо подойдет для рисунка обоев в…

Но вспомнила, что больше не работаю дизайнером интерьеров.

Теперь мое дело – оформление соцсетей. Там всем плевать на патентованные узоры элитных брендов. В моде «бежевые мамочки» и «тихая роскошь», не имеющая никакого отношения к настоящей роскоши.

Я опустила глаза на свой одинокий артишок посреди тарелки.

Непонятно, что теперь делать. Доедать? Ждать тартара из красных сицилийских креветок, прости господи? Все-таки поскорее прощаться и уходить, тем более, Наташке я тут точно не нужна?

В тех книжках по этикету, которыми мама мучила меня в детстве, было очень много про то, какой вилкой есть зеленый горошек, в какую рюмку наливать норвежский аквавит и даже какой рукой держать шаурму, а какой пиво. Но совершенно ничего о том, как вежливо свалить с деловой встречи, на которой твоя замужняя подруга смотрит на богатого красивого мужика голодными глазами.

– Ну что, Наталья, – начал Филипп, когда ему принесли стейк и бокал вина. – Расскажите мне о вашем новом проекте. Я весь внимание.