Чтение онлайн

— Он умеет, — мы громко смеемся, ловя заинтересованные взгляды менторов и команды подготовки.

— Меня иногда заносит не совсем туда, куда нужно, — признается Цинна. — Если видишь что я слишком увлекся, сразу говори мне об этом.

Я раздумываю, прежде чем ответить.

— Не смотри на нее так, как смотрел на меня. Она другая.

— Да, — глядя в сторону Прим, признается стилист. — Я это понял, пока работал с ней сегодня.

Забыв о всяком страхе, этот русоволосый ангел кружится по комнате, демонстрируя всем искорки пламени, вспыхивающие на костюме. Вдруг я замечаю, как к ней подходит трибут из Дистрикта-11 — темнокожая девочка примерно ее возраста. Рута, кажется. Она с интересом что-то спрашивает, и Прим приветливо отвечает на ее вопрос. Они рассматривают наряды друг друга и смеются. Наблюдая за столь забавной сценой, я невольно улыбаюсь. Но моя улыбка гаснет под внимательным взглядом Цинны.

— Ты беспокоишься за нее.

В этот момент Прим отвлекается от разговора с Рутой и все с той же доброй и открытой улыбкой смотрит на меня. Я не выдерживаю и, нахмурившись, опускаю глаза.

— Нет. Я просто выполняю свою работу. Я просто хочу, чтобы один из моих трибутов вернулся домой.

Поздравив Цинну с успешным началом сезона Игр, приглашаю его и Порцию поужинать с нами. Те соглашаются, и мы уходим наверх, в наш пентхаус на двенадцатом этаже. Показав Прим и Питу их комнаты, скрываюсь у себя. Сняв платье и мысленно извинившись перед стилистом, небрежно бросаю его на пол, скидываю туфли на чересчур высоком каблуке, распускаю связанные в замысловатый узел волосы, усталым жестом размазываю по лицу макияж и иду в душ. Кажется, я стою под струей горячей воды слишком долго: Эффи зовет ужинать, громко стуча в дверь. Надев первое, что попадается под руку, спешу в столовую.

Сегодня за ужином все разговоры — только о Параде и первых впечатлениях. Все остальное — стратегия и тренировки — завтра с утра. Прим сидит рядом со мной, и от этого мне немного не по себе. Бряк почти не притрагивается к еде, а вот уставшие и проголодавшиеся Цинна и Порция просят добавки. Пит что-то оживленно обсуждает с Хеймитчем. Пока ментор занят разговором, я незаметно переставляю его бокал с вином на другой конец стола. На всякий случай. После десерта мы перебираемся в гостиную, чтобы посмотреть запись церемонии открытия. Пит и Примроуз выглядят потрясенными: теперь они и сами видят, чем вызван ажиотаж вокруг появления трибутов из Дистрикта-12. Цинна преувеличенно скромно опускает глаза. Все смеются.

Внезапно в комнате становится слишком душно и я решаю выйти на балкон. Свежий вечерний воздух приятно холодит кожу. Облокотившись на высокую ограду, наблюдаю за праздничным оживлением, царящим на улицах столицы. Вскоре ко мне присоединяется Хеймитч. Я не спешу заводить разговор, чувствуя себя слишком усталой, чтобы обсуждать наши дальнейшие планы. Наконец ментор не выдерживает:

— Я выполнил твою просьбу?

— Ты про костюмы? Да, спасибо, — я посылаю ему слабую, но полную благодарности улыбку. Это все, на что я сейчас способна. — Черный бы смотрелся на ней ужасно. Она слишком маленькая.

— Кто бы говорил… — с хитрой усмешкой на тонких губах протягивает мужчина.

— Вы с Цинной не раз повторяли, что я особенная, — ухмыляюсь я, повернувшись к нему.

Ментор подходит ближе и проводит кончиками пальцев по моим волосам. Я слегка подаюсь вперед, следуя за его ладонью. Не убирай руку. Мне страшно. Я не знаю, отчего. Я не имею права на страх. Но ты все равно не отпускай меня.

Нас прерывают. Эффи разгоняет всех по спальням: пора отдыхать завтра сложный день. Заглянувшая на балкон Прим желает нам спокойной ночи. Кивнув ей в ответ, разворачиваюсь, чтобы уйти, но мужчина ловит меня за руку и быстрым шепотом спрашивает:

— Я тут подумал… Не хочешь попробовать тренировать ее?

— Попробовать? — насмешливо переспрашиваю я. — Хеймитч, мы не можем «пробовать», у нас не будет второй попытки в случае провала.

— Тренировки с тобой принесли бы ей больше пользы, — упрямо говорит ментор. — Как ты сказала мне год назад, когда просила меня стать твоим тренером? Ты знаешь, что такое Игры, лучше всех остальных. Ты сама пережила их.

— Это неважно. В этих тренировках не будет смысла. Она не может даже взять в руки оружие. Я не раз видела, как старшая сестра пыталась научить ее охотиться.

— Это другое. Она сможет, если ты ее научишь.

— Девочка не воин, Хейм. И необязательно быть бойцом, чтобы победить на Голодных Играх. Я лишь буду тратить ее время, которое она может использовать по-другому, с умом.

— Ты успела неплохо узнать ее за эти несколько дней. А то, что случилось сегодня утром, доказывает что ты лучше всех остальных знаешь, что ей нужно. Обычный тренер не сможет подготовить ее так, как это сделаешь ты.

Я не хочу уступать, я ведь все давно решила. Глубоко вздохнув, я терпеливо, словно маленькому ребенку, объясняю ментору:

— Ей нужно знать, где спрятаться и переночевать и как не замерзнуть и не умереть от голода. А эти элементарные навыки выживания она сможет получить, тренируясь в общем зале. Я ей для этого не так уж и нужна.

Последние слова звучат отстраненно и равнодушно. Мне почти удается убедить себя и своего собеседника в правильности принятого решения не вмешиваться.

Ухожу с балкона. Мне в спину летят слова, которых я страшилась больше всего.

— Ты боишься еще сильнее привязаться к ней.

Останавливаюсь в дверном проеме, но не оборачиваюсь.

— Нет. Я лишь хочу дать нам обеим шанс. Ей — победить. Себе — не сойти с ума. Я ведь учусь у лучших, Хейм.

На следующее утро я заглядываю в столовую, чтобы взять кофе, и, ни говоря ни слова Эффи и Хеймитчу, ухожу в тренировочный зал. В теле чувствуется неприятная слабость, а покрасневшие после бессонной ночи глаза раздражает даже приглушенный свет. Я провожу там весь день, наблюдая с балкона за трибутами. Профи из Первого, Второго и Четвертого не выпускают из рук оружие, умники из Третьего учатся делать ловушки и разводить костры. Более сильные мечут ножи и копья, стреляют из лука и арбалета. Те, кто послабее, осваивают основные принципы выживания и маскировки. Со стороны может показаться, что я не отрываю взгляда от соперников, но на самом деле, на кого бы я ни смотрела, перед глазами все время стоит Примроуз. Она знает, что я наблюдаю за ней. Я знаю, что она делает все с оглядкой на меня. С каждым часом она кажется все слабее, а я все чаще отвожу глаза, когда замечаю на себе ее взгляд. Нет, Цинна, ты не прав. Той истории со счастливым концом не суждено повториться.

========== Глава 33. Один-ноль в пользу Добра ==========

Пять дней, отведенные трибутам на подготовку к Играм, истекают слишком быстро. Стоя на балконе зала для тренировок, я почти слышу как песчинки падают на дно песочных часов. Они совсем крошечные, но звук, с которым эти кусочки времени касаются стеклянного основания, разносится по комнате неожиданно громким и гулким эхом. Двенадцать, двадцать четыре, сорок восемь. Какой глупец решил, что детям хватит ста двадцати часов, чтобы научиться выживать? Простого инстинкта самосохранения здесь явно недостаточно.

На самом деле время идет как обычно медленно для меня и остальных менторов. Не знаю, так ли это происходит у других, но лично я наблюдаю за его бегом, глядя в глаза Примроуз. Чем меньше дней остается до начала Игр, тем скорее взгляд девочки наполняется страхом. Он опутывает ее своей сетью, словно паук — пойманную добычу. Наши комнаты находятся рядом и почти каждую ночь, проходя мимо спальни Прим, я слышу, как она плачет. Негромко, без криков и завываний, без истерического смеха. Так жалобно скулит проголодавшийся волчонок. Так умеют плакать только дети. И каждый раз я прохожу мимо, прячусь в своей комнате и плотно закрываю дверь. Я знаю, что это неправильно. Я знаю, что должна что-то сделать. Но я не могу. Делая вид, что не замечаю уничтожающих взглядов Эффи, я стараюсь проводить с трибутами как можно меньше времени. Не появляюсь по вечерам в гостиной, когда там собирается вся команда, чтобы обсудить прошедший день. Заказываю еду прямо в номер, заглядывая в общую столовую, только убедившись, что Пит и Примроуз на тренировке. Избегаю разговоров и оставляю вопросы без ответа.