Чтение онлайн

Никита Алексеевич развернулся и сделал всего шаг в сторону своего кабинета, как черт меня дёрнул нагло уточнить:

— И это всё? Никакого наказания? Никаких санкций?

Схватившись за дверную ручку, шеф остановился и медленно, по-кошачьи обернулся. В его черных с прищуром глазах сквозило…восхищение? Удивление? Или он просто считал меня сумасшедшей? В любом случае директор мелодичным низким голосом прошептал:

— О, кара на вашу голову свалится очень неожиданно. Но вы всегда можете уволиться, если что-то не устраивает.

В тот момент мне серьёзно померещился дьявольские раскаленные угли в его хрусталиках. Не стоило сомневаться — он знал о желании получить выплату при увольнении по соглашению сторон. И не планировал отдавать деньги просто так. К тому же в договоре была прописана сумма в семьсот тысяч, а с такими деньгами он расставаться явно не желал.

Мужчина скрылся в своем кабинете под монотонное посвистывание, оставив меня в полном непонимании и ужасе. Потому что план трещал по швам.

Мобильный зажужжал от входящего звонка, на экране высветилось короткое "Галя Люцик" — так я подписала сестру Никиты Алексеевича. С опаской глянула на закрытую дверь кабинета начальника и ответила.

— Василиса, у меня очень мало времени, — протараторила девушка запыхавшись. — Ванька только уснул и может встать в любой момент, он болеет сейчас.

— Чем могу помочь, Галина Алексеевна? — бодро уточнила.

— Просто Галя, мы же договаривались! — возмутилась девушка и снова стала серьезной. — Я хочу попросить тебя об одолжении. Очень важном.

Мысленно напряглась в ожидании худшего и замерла.

— Не могла бы ты следить за питанием Ника? Он плохо выглядит, — с грустью призналась сестра. — А ещё я месяца полтора назад нашла у него кучу таблеток дома. От головы, от живота, от спазмов, от мигрени, ещё от какой-то дряни, — перечисляла Галя. — А в холодильнике при этом шаром покати! Я пыталась на него влиять, только он упёрся как баран и ничего не слушает. Не могла бы ты с этим помочь?

— Я постараюсь, но Никита Алексеевич мне не слишком доверяет подобные вопросы.

Девушка затараторила со скоростью пулемёта:

— Ты что, он только тебе и доверяет! Постоянно рассказывает, как Василиса Владимировна ему жизнь упрощает, как готовит самый вкусный кофе. Он тебя нахваливал так, что мне самой захотелось в его фирме поработать и посмотреть на всё, — она по-доброму рассмеялась, а мне на секунду подумалось, что провалиться под землю от стыда не так уж плохо. Потому что Люциферу нравилось со мной работать, а я исподтишка собралась вынудить его меня уволить. Стоило всё сказать в лицо, честно. Только такие доводы вряд ли бы он принял в качестве аргумента и просто уволил по статье.

Однако отказать Галине было невозможно. Она всегда так задорно и ярко смеялась, смешно шутила и пародировала брата, при этом искренне беспокоилась за него. И даже если они ссорились, девушка изредка связывалась со мной и уточняла, как дела у его "глупого родственника". Галя просто заботилась о Никите Алексеевиче, а я хоть и планировала уходить из компании, всё же согласилась.

— Замечательно! — обрадовалась она и рассмеялась, но резко затихла. У неё было двое детей, муж ушел из семьи, и девушка крутилась, как белка в колесе, чтоб успеть всё. Поэтому наши разговоры часто прерывались детским плачем. Видимо, сын в итоге проснулся, потому что она быстро затараторила. — Тогда надеюсь на твою помощь. И в выходные желательно тоже с его питанием что-то решить. Чужих домой он не пускает, но тебе туда дорога открыта. Ты же придумаешь что-нибудь, да, Вась? Прости, мне пора, ещё свяжемся.

— Сделаю всё возможное, — отрапортовала я, слушая гудки в мобильном.

К несчастью для себя, Галина выдала мне полный карт-бланш в этой игре на выживание. Оставалось лишь увидеть, кто кого выживет из фирмы. Настало время проверить желудок Никиты Алексеевича на прочность.

Удивительно, но в шесть вечера Кузьмин сам вылез из своего логова и с грустью в глазах попрощался — понял, что я не собираюсь сидеть в офисе до посинения, ведь в контракте иное не указывалось. Он собрался улизнуть обратно в кабинет, но я строгим тоном учительницы спросила:

— А почему это вы, Никита Алексеевич, домой не едете?

— Работы много, — растерялся мужчина и с опаской глянул на своё кожаное кресло через открытую дверь. Наверняка мечтал сбежать и зарыться в ворох бумаг. Он любил перебирать документы в одиночестве и полной тишине, иногда только тихонько включал пластинки с джазом, блюзом или классикой на настоящем граммофоне.

— Это вы кому-нибудь другому рассказывать будете, — бескомпромиссно вскочила со стула, подлетела к немного дезориентированному мужчине и вырвала из рук мобильный. — Забирайте вещи, мы уходим.

Люцифер из страшного и ужасного начальника превратился в кроткого испуганного мальчишку. Он попытался вставить слабое возражение, однако наткнулся на мой тяжёлый взгляд и моментально передумал. Взял из кабинета вещи, с горестным вздохом закрыл всё и поплелся следом. На парковке около автомобиля шеф всё же остановился и с недовольным выражением лица уточнил:

— Что, собственно, происходит?

— Вам лучше расслабиться, — спокойно ответила и залезла в пикап. Никита Алексеевич нырнул следом, завел двигатель, приподнял бровь и выжидающе уставился на меня. Ждал указаний. — Едем в ближайший к вашему дому продуктовый магазин.

Он не понимал, что творится, и всё же молча повиновался. Мне такой расклад очень нравился. Небольшая месть в виде командования над мужчиной тешила самолюбие. Около супермаркета Никита Алексеевич стал с интересом наблюдать за всеми моими действиями, а уж прогуливаясь с корзинкой между продуктовых рядов он, казалось, и вовсе расслабился. Молчал, изредка кивал или мотал головой, когда я задавала вопросы. Конечно, после покупки пары пакетов с едой начальник не задумываясь и не уточняя направился в сторону своего дома.

Возможно, он разгадал мой коварный план, и всё же мне нравилось думать, что шеф делал это на автомате.

Люцифер и бровью не повел, когда затащил свою ношу на двенадцатый этаж без лифта — тот бесполезно пищал и отказывался нас везти наверх. Конечно, мужчина сперва сердито зыркнул на меня, словно пытаясь безмолвно обвинить во всех бедах.

А я опять радовалась. Любое препятствие на пути генерального приближало меня к увольнению.

На этаже находилось всего две квартиры, и конечно же та, в которой жил начальник, панорамными окнами выходила на набережную и речную гладь. При виде этого великолепия у меня появилось только одно желание: прильнуть к холодному стеклу и внимательно наблюдать, как над водой летают чайки — настолько умиротворяющим всё казалось. Свет с улицы заполнял помещение и делал серые краски интерьера яркими и запоминающимися. Всё это походило на прекрасный сон. Только недовольный голос Кузьмина испортил планы.

— И что мне со всем этим делать?

Я ловко вырвала один пакет из рук мужчины и отставила в сторону. Брови над темными глазами взмыли вверх от удивления после моего короткого комментария:

— Это мне, заберу с собой.

Конечно, Никита Алексеевич не понимал, с чего вдруг его помощница решила не просто выгнать его с рабочего места, но и бессовестно эксплуатировала. Ведь не ради продуктов! Пришлось раскрыть карты, ведь одним только взглядом Люцик мог убить.

— А вы думали, я вас на халяву кормить буду? Вот уж нет, за всё надо платить. Где у вас тут кухня? — вцепилась во второй пакет, но всё ещё осторожно настроенный мужчина включил свет в огромных размеров кухне-гостиной, без труда забрал пакет с продуктами и направился к кухонному острову.