Чтение онлайн

Как только официант принёс чайник с двумя пиалами, босс пошёл в атаку.

— Мы не сможем улететь раньше, — без предисловий выпалил мужчина и с сожалением добавил. — Нам с вами обязательно присутствовать вечером на докладах и банкете после. Иначе Бубликов не согласен инвестировать.

Мысленно взвыла и скривилась. И почему только согласилась лететь в Москву? Зачем?

А самое главное — что ради этого был готов сделать Люцифер?

Это был самый идиотский план вывести из себя Кузьмина. Хуже и не придумать. Именно поэтому я коварно улыбнулась, отчего шефа буквально передёрнуло, облизнулась и зловеще потребовала:

— Только при одном условии!

Он вздохнул в ответ, хотя смотрел на меня с плохо скрываемым любопытством. Шантаж Люцифер не любил, по офису даже ходила байка о том, как он без сожалений уволил лучшего сотрудника отдела за то, что тот попытался шантажировать его уходом из компании и скорым разорением. Девочки в бухгалтерии, как одна, уверяли, что такой человек действительно был.

— Каком? — хмуро буркнул.

Мысленно возликовала и приготовилась к победе. Такой желанной и близкой, стоило только протянуть ладонь и вцепиться пальцами. Она уже была осязаемой, я практически держала семьсот тысяч в руках.

— Вы ведь в курсе, что через две недели в пятницу у меня день рождения? — ангельским голоском уточнила и после короткого кивка зажмурилась и выпалила на одном дыхании. — Я хочу отметить праздник с подругами у вас дома.

Никита Алексеевич молча таращился на меня, как баран на новые ворота, и не двигался с места. Завис. Я и раньше такое поведение замечала за ним, и всё же при активном разговоре это наблюдалось впервые.

— У… у меня? — заикаясь переспросил шеф. — П. почему у меня?

Стараясь скрыть ехидную ухмылку и держать себя в рамках приличий, окинула задумчивым взглядом внезапно побледневшего босса и едва не пустилась в пляс. Он пил мою кровь каждодневно на протяжении полугода, вот и прилетел бумеранг. Неожиданный и сбивающий с ног.

— У вас неплохая хатка, а уж какой вид из окон, — мечтательно пропела. — Грех такими метрами не пользоваться, а вы вечно на работе торчите. Вот и пожертвуйте квартирой на вечерок.

Шеф не двигался и, казалось, даже перестал дышать. Смотрел куда-то вдаль и кусал губы. У него это получалось весьма соблазнительно, отчего мозг отключался и хотелось узнать, каково это — поцеловать начальника?

Отвернулась, чтоб не поддаться искушению, а потом и вовсе уткнулась в меню в попытке оставить босса наедине со своими мыслями. И каждый раз, когда проверяла психическое состояние генерального, замечала на себе его внимательный задумчивый взгляд, который он тотчас отводил в сторону.

Во мне бурлил целый водопад чувств и эмоций, пока внешне спокойный и очень бледный шеф думал. Мне хотелось накричать на него, заставить уволить себя немедленно и забыть обо всём, что происходило в стенах офиса. И вне их тоже. Хотелось закончить этот фарс и со спокойной душой уйти.

Одновременно с этим я отчаянно желала остаться. Даже если бы вдруг мне взбрело в голову написать заявление по собственному, хотелось, чтоб Кузьмин порвал его. Закрыл в кабинете и никуда не отпустил. Чтоб однажды он увидел меня, разглядел и не заводил разговоров о том, что ему кто-то нравится. Чтоб понял: счастье совсем рядом, сидит в приёмной и спокойно выполняет поручения.

К сожалению, в реальном мире Люцифер тихо ненавидел меня и наверняка придумывал, каким образом лучше отказать. Ведь ему всё ещё требовался для инвестиций Бубликов. Наверняка, хитрый старичок заставил шефа привести свою чудесную помощницу на конференцию. Иначе бы зачем ему тащить меня в это общество?

— Хорошо, — внезапно выпалил Никита Алексеевич и слишком уж недобро улыбнулся. Плотоядно.

Тяжело сглотнула и промычала в ответ:

— Что хорошо?

Мужчина махнул официантке, забрал из моих рук меню и заказал у внезапно появившейся девушки два стейка со спаржей, новый чай и пару неизвестных мне десертов. После нарочито медленно повернулся ко мне, подпер голову ладонями и пропел:

— Празднуйте свой день рождения, мне не жалко, — едва я открыла рот, как босс пошёл на опережение, выпрямился, выставил ладонь в останавливающем жесте и строго рявкнул. — Вы сказали, что условие одно, даже не пытайтесь переобуться в прыжке!

Именно это я и планировала сделать — придумать ещё какую-нибудь глупость, которая бы точно отбила желание шефа со мной даже разговаривать. Но пришлось подстраиваться под жёсткие реалии.

— Да я и не собиралась, — пожала плечами безразлично. Приподнявшаяся бровь на худом мужском лице буквально кричала, что Никита Алексеевич не поверил. Ну и пусть. — Просто хотела уточнить: с чего вы решили, что я буду стейк?

Лицо шефа на секунду просияло, словно он выиграл в лотерею не пару миллионов, а Бубликова вместе со всеми инвестициями. Кузьмин быстро взял себя в руки, собрался, состроил максимально серьёзное и одновременно недовольное лицо:

— Вы сами говорили, что уважаете мясо и никогда не откажитесь от стейка, тем более бесплатного.

Слова сквозили превосходством и самодовольством. Он явно гордился собой. Впрочем, в тот момент и я восхищалась необычайной памятью мужчины, хотя на деле только фыркнула и уткнулась в телефон. Пристальный взгляд начальника смущал. К счастью, мой оппонент достал из рюкзака планшет и взялся за ум. Точнее, за работу.

После плотного обеда мы быстро переместились в номер, где начальник непоколебимым тоном заставил надеть атласное платье — другие варианты ему показались слишком простыми и не достойными появления на фуршете. Конечно, на замену я прихватила брючный костюм, но тот выглядел слишком невзрачно на фоне бордового великолепия.

Мы с Люциком опять опоздали, потому что он пытался затянуть платье, откуда-то раздался небольшой треск то ли ниток, то ли ткани, и я запретила ему приближаться. Парнишка со стойки регистрации подниматься и помогать одеваться наотрез отказался — не мог поступить столь бесчестным образом со своей девушкой, которая тоже работала в отеле. Звать кого-то другого тоже не стал, решил, что раз уж я приехала вместе с кавалером, то он и должен заниматься подобными вещами. В итоге вновь пришлось полагаться на Кузьмина.

На лекции, к середине которой мы успели, было очень скучно. Занудная женщина сорок минут освещала цифровизацию процессов, зачитывая всю информацию с листочка и не пользуясь шикарным проектором, потому что “не умела”. Мы с Никитой Алексеевичем с улыбками переглянулись и потихоньку поползли ближе к сцене — там должен был находиться Бубликов. Он всегда сидел в первых рядах, как образцовый отличник.

Старичок радостно крякнул, как только я приземлилась на соседний с ним пустой стул. Босс остался стоять в углу и бросать недовольные взгляды на Вениамина, словно тот был обязан занять два места.