Чтение онлайн

— А есть разница? — спросил Минато.

Хитаги пожала плечами.

— Ну, может, это видео промывает мозги и заставляет испытывать непреодолимую жажду убийства… Тогда это видео лучше посмотреть мне, — подумав, заявила она и пояснила: — Если вдруг я стану буйной после этого, вы сможете меня остановить, потому что вы сильнее меня. К сожалению, если что-то переклинит у вас в мозге, я буду не в состоянии как-то вам помешать.

Минато скептически вскинул одну бровь, на что Хитаги лишь улыбнулась. Тогда он со вздохом отошёл, давая ей поудобнее устроиться перед монитором. Хитаги села на стул, надела наушники и дважды кликнула на иконку видео. Минато не нужно было видеть, что происходит на экране — по скривившемуся лицу Супер Азартного игрока он понял, что в записи главной героиней была Тау. Затем черты лица Хитаги разгладились, и несколько секунд Минато наблюдал, как она смотрит и слушает речь “директора”. Наконец, экран отбросил на её лицо более яркий свет, и Минато догадался, что запись закончила проигрываться. Это лишь подтвердили действия Хитаги: она сняла наушники и повернулась к Супер Повелителю персон.

— Ну как, я выгляжу нормальной? — тут же огорошила она его вопросом. — В глазах не читается жажда крови? Не расширились зрачки? Не крутятся спирали?

Минато усмехнулся и покачал головой.

— Не волнуйся, ты выглядишь точно так же, как пару минут назад, — заверил он, и Хитаги неуверенно кивнула, взглядом будто говоря: “Но если что, вы меня остановите”. Минато же поинтересовался: — И что было в этом видео?

Хитаги оживилась.

— Ну, если коротко, то Тау записала своё обращение, где склоняла к убийству кого-то. Но есть некоторые интересные моменты. Пожалуй, больше всего меня привлекла следующая часть: “Я знаю, что на твоей душе есть грех. Я могу помочь тебе его искупить. Пройди игру до конца, и тебя ждёт приз, который поможет тебе в этом”. Ну, или как-то похоже.

Минато в задумчивости потёр подбородок.

— Грех, значит? — повторил он. — Что ж, это может сузить круг подозреваемых. Пока, наверное, немного рановато об этом думать, хотя у меня на примете, кажется, кое-кто есть…

— У меня тоже, — кивнула Хитаги. — Правда, подходящий под такое описание человек в нашем “классе” был явно не один, иначе бы Тау не дала нам такую жирную подсказку… Да ещё и эти слова про игру довольно любопытны. Приз — это, наверное, пистолет? В любом случае, на суде у нас должна быть возможность об этом подумать, а пока стоит сосредоточиться на сборе улик. Как думаете, Арисато-сан, здесь ещё есть что ловить?

Минато ненадолго задумался, а затем покачал головой.

— Мы тут уже довольно много осмотрели, но, кажется, здесь больше ничего нет. Надо поискать в другом месте.

Хитаги оживилась. С таинственной ухмылкой она выдернула флешку, поднялась с места, подошла к Минато и, покачав устройством хранения информации перед его лицом, заявила:

— А ведь эта штучка даёт нам подсказку по поводу следующего шага.

Минато нахмурился.

— Это ты о блёстках? — наугад спросил он.

Хитаги просияла.

— Угу! Рада, что вы тоже их заметили! И я знаю, где именно стоит искать их источник.

Список улик обновлён.

Флешка:

В видео-аудио комнате обнаружена флешка, на которой был всего один файл — видео с записью обращения Тау к какому-то ученику. Наиболее примечательными словами были следующие: “Я знаю, что на твоей душе есть грех. Я могу помочь тебе его искупить. Пройди игру до конца, и тебя ждёт приз, который поможет тебе в этом”. На самой флешке имеются странные блёстки.

***

Войдя в помещение, Марибель с Ёшики услышали необычный сигнал из своих справочников. “Видимо, это и есть то, о чём говорила Тау”, — подумал каждый из них. И действительно, на экранах их справочников высвечивалось новое уведомление: “Доступны для допроса: Марти Флай, Уширомия Джессика. Допросить?” и опции.

То, что они нашли тех, кто им был нужен, было полностью заслугой Марибель. Помня слова Тау насчёт распределения учеников по помещениям, Супер Мечтательница стала вспоминать таланты тех, кто оказался на месте преступления: Супер Скейтбордистка и Супер Боксёр — спортсмены, значит, их следовало искать либо в спортзале, либо в раздевалках с тренажёрами; Супер Гитаристка — музыкант, следовательно, в музыкальной комнате; также там были Супер Художник, которого вероятнее всего обнаружить в кабинете искусств, Супер… кажется, у Ирису был талант “Супер Смотритель живого уголка”? А также Супер Горничная и Метательница ножей. С обнаружением последних были некоторые трудности, так что Марибель и Ёшики решили начать “допрос” с ближайшего к ним одноклассника — с Джессики.

Именно так они и оказались в музыкальной комнате.

Марибель взглянула на экран справочника и недолго думая выбрала спросить Супер Гитаристку. Тут же в списке улик возникло новое оповещение:

Список улик обновлён.

Показания Джессики:

Джессика утверждает, что слышала, как Марти и Эрика вчера особенно громко ругались. Сам Марти подтверждает наличие конфликта, но говорит, что Джессика сильно преувеличивает.

— Так вот как это работает… — пробормотал Ёшики, вчитываясь в текст новой улики.

Марибель некоторое время задумчиво глядела в свой справочник. По привычке она положила руку на лоб, хотя после того, как они разрушили почти все печати, барьер уже не так сильно давил на неё и голова не раскалывалась.

Марибель думала о том, как всё-таки удачно они разделились на группы. Если бы кто-то из них с Ёшики пошёл в видео-аудио комнату вместе с Минато, то Хитаги пришлось бы бередить свежие раны упоминанием Марти. Марибель на суде увидела, как много Супер Барабанщик значил для неё, и подозревала, как может почувствовать себя Хитаги. Даже самой Марибель было неприятно читать об одноклассниках, с которыми она не была особо близка, как будто они живы и ещё что-то делают. Что уж говорить о чувстве горечи от упоминания Ренко и понимания, что всё, что написано в “сценарии” — всего лишь бездушный текст, набор символов, а не реальная частичка подруги. “Наверняка Хицугири-сан чувствует нечто подобное, видя имена своего друга и брата”, — подумала она.

Марибель довольно долго стояла на одном месте, погружённая в свои мысли. Ёшики некоторое время ждал её дальнейших действий, но, поняв, что она “выпала из реальности”, решил тактичным покашливанием напомнить о своём существовании.

— Тут больше делать нечего, получается? — спросил он.

От неожиданного звука его голоса Марибель вздрогнула и повернула голову к спутнику. Тот встретил её вопросительным взглядом. Вдруг на лице Супер Мечтательницы появилось задумчивое выражение. Она смотрела на Ёшики и одновременно будто сквозь него. Супер Хулигану сразу стало как-то неуютно. Он хотел было поинтересоваться, что случилось, но ни с того ни с сего Марибель опередила его с вопросом:

— Кишинума-сан, вы ведь раньше учились в одной школе с Моришиге-саном, верно?

Ёшики растерялся, но кивнул.

— Ну… да, — всё ещё не понимая, куда она клонит, ответил он. — Мы были одноклассниками.

— Но вы не были особенно близки, правильно я понимаю? — продолжила расспросы Марибель.

Ёшики подёрнул плечом.

— Верно, — подтвердил он. Видя, что она хочет от него ещё какой-то информации, Ёшики решил объяснить: — Я мало с ним разговаривал, разве что какие-то школьные вопросы, да ещё однажды случайно сломал его очки. — Ёшики криво усмехнулся, смущённо потирая затылок, а затем продолжил: — Моришиге вообще был парень довольно замкнутый. Он особенно ни с кем не общался, кроме Сузумото, нашей одноклассницы. Зато с ней они были действительно близки. Можно сказать, что у них были отношения брата и сестры. Она очень популярная, но всем поклонникам предпочитала его компанию.

— Тогда понятно, почему он ради неё решился на убийство… — пробормотала Марибель.

Ёшики тут же помрачнел. Он вспомнил, как Моришиге на первом суде обвинил его в нерешительности. “И ведь он был совершенно прав, — с огромным нежеланием признал Ёшики. — Будь я решительнее, я бы уже давно выбрался отсюда и убедился, что с Шинозаки всё в порядке. А если бы случилась какая-то беда, я бы обязательно защитил её”. Ёшики взглянул на задумчивую Марибель, и ему вспомнились их совместные рискованные операции. “Но разве убийство ради другого человека — верное решение? — спросил сам себя Ёшики. — Моришиге был готов отринуть сомнения, отринуть мораль, проигнорировать чувства других ради одной Сузумото”.