Чтение онлайн

Он вопросительно взглянул на Хитаги, и та отрицательно мотнула головой.

— Нет, на трубу точно не похоже, — отрезала она. — Мне прежде не приходилось держать в руках пистолет, но я всё-таки склоняюсь к версии, что там, за тумбочкой, я смогла коснуться его дула. Жаль, что так и не смогла его достать! — с чувством воскликнула она.

— В том, чтобы держать в руках пистолет, нет каких-либо особенных ощущений, — безразлично заметил Минато, пожав плечами и совершенно не разделяя её энтузиазма.

На этих словах глаза Хитаги заблестели.

— А вам приходилось? — живо спросила она, глядя на Минато, как на какое-то чудо света.

Тот немного смутился и отвёл взгляд.

— Ну… да, было дело… — в конце концов нехотя признался он. Затем он мотнул головой и, видя, что Хитаги хочет его ещё о чём-то спросить, решительным жестом остановил её и твёрдо произнёс: — Но сейчас нам важнее разобраться, кто стрелял из него в сценарии Тау, поэтому давай оставим сторонние обсуждения на потом.

Хитаги тут же сникла и, отведя взгляд, тяжело вздохнула. Тогда Минато прочистил горло и продолжил:

— А вообще стоит ещё раз рассмотреть подозреваемых. Если всё-таки предположить, что убийца не попытался смешаться с толпой обнаруживших труп, а сбежал и притаился где-нибудь, то у нас остаются Кисараги, Кано и Моришиге, а также мы с Кишинумой. Впрочем, мне кажется более логичным, что Тау сделала убийцей кого-то из первых трёх — она ведь всё время повторяет про реалистичность, а именно у мёртвых ей легче всего проверить мотивацию, — на этих словах он покосился на Тау, словно ища подтверждение, но кукла лишь загадочно заулыбалась и с таинственным видом пожала плечами. Минато нахмурился.

Тем временем Ёшики вспомнил одну важную вещь и воскликнул:

— А ведь Кисараги у нас появляется много где! Вон Хицугири сказала, что ему какая-то важная роль отведена, потому что он часто в деле фигурирует. Да и сначала мы с Хан нашли в музыкальной комнате банку из-под соды, которую он любит, потом ещё, по словам Моришиге, он поднимался куда-то после завтрака — может, на место убийства?

— А ведь верно, — подтвердил Минато. — Кисараги действительно слишком уж часто мелькает в списке улик. Помимо того, что ты только что сказал, у нас есть ещё показания Кано. Он слышал, как Кисараги говорил с Фурудо-сан о какой-то игре. Скорее всего, Тау разослала мотивы немного заранее, и они оба его получили. Может быть, что она застала его за попыткой пройти эту игру.

— Кстати да, — поддержала его Хитаги. — Кисараги-сан вполне мог попытаться пройти игру. Помните слова Кано-сана? Он говорил, что Кисараги-сан чувствовал вину после смерти сестры нашего Лжеца-сана и по совместительству своей подруги. Может быть так, что он захотел узнать способ исправить свою ошибку?

— Хицугири-сан, — вдруг сухо подала голос Марибель.

— Да? — Хина удивлённо посмотрела на неё и встретилась с её хмурым взглядом.

— Не делайте больше так, пожалуйста, — мрачно попросила Супер Мечтательница.

Глаза Хины расширились в удивлении. Собственно, парни также недоумённо переводили взгляд с одной на другую, не совсем понимая, чего хочет от Хитаги Марибель. Эрика и Тау наблюдали эту сцену с интересом. А Хина всё никак не могла понять, что имела в виду Марибель, которая тем временем не отводила от неё мрачного тяжёлого взгляда. Наконец, до Хиганбаны дошло. “Лжец-сан”. Она только что назвала Кано так, как обращалась к ученикам Тау. А в сочетании с тем, что Марибель видела настоящую внешность Хиганбаны, это наверняка производило на Супер Мечтательницу не самое лучшее впечатление. Хине и самой резко стало тошно от мысли, что она только что уподобилась самому ненавистному ей существу во всех мирах.

Губы Хитаги на мгновение скривились, но она тут же изобразила на лице лучезарную улыбку и как можно беззаботнее воскликнула:

— А, поняла! Не волнуйтесь, Хан-сан, этого больше не повторится! I swear, — добавила она, и в её выражении появилась искренняя теплота.

Марибель несколько секунд испытующе глядела на Хину, а после коротко кивнула. Затем она словно впервые вспомнила, что в помещении ещё много народу, и смутилась, заметив на себе их любопытные и недоумённые взгляды. Чтобы замять эту неловкость, она торопливо заговорила:

— Возвращаясь к теме, я не уверена, что Кисараги-сан мог решиться на убийство. Из его повседневного поведения и из некоторых рассказов Ренко мне вообще показалось, что он боится людей.

— Ирису тоже будто боялась людей, но это не помешало ей убить Ууджиму, — как бы невзначай заметил Ёшики.

— О, делаете успехи, Кишинума-сан! — одобрительно заметила Эрика, даже не скрывая издёвку.

От её комментария Ёшики неприязненно скривился.

Тем временем Марибель некоторое время молчала, а затем неуверенно проговорила:

— Ну, у меня сложилось такое впечатление о Кисараги-сане — довольно безобидный человек…

— Кстати о впечатлениях и о двойном дне, — вдруг вступила в разговор Хитаги. — Я просто подумала: забавно, если на самом деле все эти годы с младшей школы Ууджима-сан резал руки из чувства вины перед кроликом или перед Ирису-сан. Кто знает — вдруг именно ради искупления этого греха он по сценарию Тау решился на убийство? — На лице Хитаги появилась загадочная ухмылка.

Все взглянули на неё со скептицизмом, считая подобное предположение крайне глупым. “Хотя кто знает, что могла выкинуть Тау…” — промелькнула мысль в голове у каждого из трёх союзников Хины.

— А вообще вопрос доверия к Кисараги сейчас очень даже актуален, — наконец произнёс Минато. — Ведь у нас есть его показания насчёт выстрела. Если он лжёт, то, скорее всего, пытается прикрыть себя, потому что убийца — он; если же говорит правду… — Минато выдержал паузу, во время которой убрал руки в карманы и тяжело вздохнул, а затем нехотя признал: — Получается, что круг подозреваемых расширяется до каждого из семнадцати человек.

Повисло тяжёлое молчание. Одноклассники отреагировали на его заявление по-разному. Ёшики в удивлении хлопал глазами, медленно осознавая всё новые и новые грани этого предположения. Марибель помрачнела, поняв, что она и её самый близкий человек в таком случае теряют алиби. На лице Хитаги застыло непроницаемое выражение, в то время как внутри она буквально кипела от раздражения. “Какая же ты всё-таки мразь — дать людям надежду, чтобы в самый ответственный момент её растоптать!” — с ненавистью подумала она, непроизвольно крепче стиснув кулаки. Эрика наблюдала всё это со снисхождением: её забавляло, как пошатнуло их дух такое простенькое несоответствие их теории. Она вспоминала, как оказывалась в подобных ситуациях сама. Только вот Детектива с большой буквы загоняли в самый дальний, самый сложный угол, из которого было практически нереально вырваться. И всё-таки она не сдавалась, не сникала и не прекращала думать, так как от этого зависела не только её жизнь, но и её гордость… А что эта четвёрка? Да, это ответственная игра, от которой зависит их жизнь, но у них есть возможность прийти к ответу, у них, несомненно, есть ещё множество нерассмотренных улик (дилетанты всегда цепляются за ненужные мелочи, отчего долго не видят жизненно важных). В конце концов, они ещё даже не попытались копать в новом направлении, а уже сникли! “Какой позор”, — подумала Эрика, качая головой.

— Итак, — наконец-то взяла себя в руки Хитаги, — раз уж у нас есть показания о двух выстрелах, давайте попробуем рассмотреть ситуацию, в которой их на самом деле было два. Тогда, скорее всего, утренний выстрел — отвлекающий манёвр. В пользу этого говорит то, что в “Файле Тау” не указано время смерти…

— … а также то, что я обнаружила на стене в комнате обработки данных, — вдруг подала голос Марибель. — Я ведь записала в уликах, что обнаружила там пулевое отверстие. Но вот что странно: пуля из него слишком сильно торчала. Этому я нахожу несколько объяснений. Первое — преступник попытался её зачем-то достать. Но это отметается практически сразу, так как, во-первых, слишком бессмысленно, а во-вторых, занимает драгоценное время. Другое же наиболее вероятное объяснение — в это отверстие попало две пули, и более поздняя вошла в него не полностью.