Чтение онлайн

– Недоразумение, - спокойно ответил тем временем ангел.
– К тому же ты сам сказал, что я могу делать все, что захочу.

– Что захочешь?
– Амон рванул субтильного собеседника за плечо, разворачивая лицом к себе.
– Ты ее чуть не убил. Если бы я не подоспел вовремя, она бы сейчас качалась на веревке!

– Да. И мне очень любопытно, как ты смог успеть, если полетел поговорить с отрядом кварда,- ангел перевел взгляд на друга.

– Риэль, - в голосе демона явно слышалось предостережение.
– Ты хоть понимаешь, как близок я был к тому, чтобы убить тебя? Если бы не эта девка, вцепившаяся в меня, как в писаную торбу...

Кэсс, сидящую в кустах, словно кольнули ледяной иглой в сердце. "Эта девка...".

– Я всего лишь пытался понять, к какой стихии она относится. Ну что поможет раскрыться лучше, чем угроза смерти? Она не та. В ней нет ни магии, ни стихии, она простой человек без способностей. Если бы я точно не знал, что в этом мире выживают лишь свои, я бы сказал, что мы взяли не ту девушку. Может, ты об этом подумаешь?

Демон навис над своим собеседником.

– Я. Сейчас. Говорю. О другом, - отчеканил он.
– Она - моя собственность. Я её сюда притащил. И я ей владею. Ты не смог. Поэтому, что с ней делать, буду решать я. А ты, похоже, совсем растерял чувство самосохранения, раз решил портить то, что принадлежит мне. Я разрешил её проверить. А не убить.

Он медленно надвигался на собеседника.

Риэль смотрел в горящие жёлтые глаза, запрокинув голову, но не отступал и не предпринимал попыток защититься.

– Ты как-то подозрительно сильно о ней беспокоишься...
– начал спокойно ангел, но его оппонент рявкнул:

– Я беспокоюсь не о ней! А о тебе. Потому что ты посмел распоряжаться тем, что принадлежит мне.

– Амон, ты теряешь контроль...
– в голосе темноволосого юноши впервые зазвучали тревожные нотки.

– Я теряю терпение, - прорычал демон и сделал шаг назад.

Однако желтый огонь в глазах погас, и глянцевая чернота перестала подступать к лицу, становившемуся попеременно то человеческим, до демоническим.

Только сейчас девушка заметила, что ангел напряжен, словно перед битвой.

– Я не понимаю...

Хозяин Кассандры устало провел рукой по волосам:

– Риэль, ты очень туго соображаешь. Она моя. Когда ей умереть решу я. Ещё раз подвергнешь опасности то, что мне принадлежит: эту девку или мою лошадь, или ещё что-то моё - убью. Или уничтожу твоё родовое гнездо. Сможешь выбрать.

– Я понял, - последовал ответ.

– Очень надеюсь. Так как мне бы не хотелось заканчивать нашу дружбу столь трагично.

Конфликт словно был улажен. Во всяком случае, оба собеседника заметно расслабились, выплеснув один - ярость, другой - сомнения.

– В ней нет магии, - напомнил Риэль.

– Магия будет, - пообещал демон.

– Откуда такая уверенность? Ты понимаешь, что поставлено на карту?

– Мне плевать.

Ангел закатил глаза, досадуя на то, что принадлежит к другой расе и не в силах понять логику друга.

– А мне нет, - жёстко сказал он.
– В случае если она - та самая, мир очень сильно изменится. И мы, те, кто привели ее, снимем сливки. Мы, а не кто-то еще. Надо использовать шанс, и мы это сделаем. Вот только если ты ошибся, и мы тащим в столицу пустышку, ничего нам не светит. Есть еще претендентки. И испытания, которым их подвергнут, будут смертельными, так скажи, что она может противопоставить, например, магии? Или мечу. Свои слезы? Нас осмеют!

– Мы? Нас? Ты о чем, ангелок?
– удивился Амон.
– Никаких "мы". И сливки ты снимать не будешь - уж поверь.

– Но...

– Вечно вы ищете выгоду. Запомни: меня не волнует то, как изменится мир - для меня он останется прежним. А насчет магии...- демон вкрадчиво закончил.
– Она солгала. Магия в ней появится... позже. Поэтому не смей даже близко к ней подходить со своими проверками. Крылья оторву.

Риэль промолчал.

– Я предупредил, - Амон развернулся и хотел уже идти прочь, но друг удержал его за плечо.

Демон застыл, не поворачиваясь.

– Амон. Она ничего не умеет. Она умрет.

– Я буду её учить, - он дернул плечом, сбрасывая его руку.

– Давай смотреть правде в глаза, она вряд ли переживет твои уроки.
– Продолжал гнуть свою линию Риэль.

– Может, и не переживет, - равнодушно сказал Амон.
– Но учить её все равно буду я. Так, как посчитаю нужным. Ты не волнуйся. У меня было немало рабов. Все они умирали. Я ни одного не оплакивал.

Сказав так, он, не спеша, направился к месту стоянки.

Ангел пожал плечами, и некоторое время стоял, обдумывая услышанное. Он не был ни удивлен, ни возмущен, ни обижен. Просто анализировал то, что случилось.

И только Кассандра сидела, съежившись за колючим кустом, и с силой зажимала себе рот, чтобы сдержать рвущийся из горла крик. По побелевшим пальцам медленно текли тяжелые обжигающие слезы. Когда собеседники разошлись, девушка выбралась из своего укрытия и побрела в противоположную от разбитого лагеря сторону.

Ей нельзя было выйти к костру - Амон сразу поймёт, что она подслушала, прочтет её мысли. Он сейчас их не слышал, наверное, только потому, что от тошнотворного ужаса девушка не могла думать. Оглушенная, потерянная она шла и шла, а потом побежала. Ветки хлестали по лицу, пару раз она упала, споткнувшись о какие-то коряги, но так и не смогла издать ни звука.

Постепенно глухое отчаянье отступало, и сквозь мягкий шелест листвы девушка услышала странный и неуместный здесь звук - нежный мелодичный свист.

Кэсс вскинула голову и встретилась взглядом с обладателем самых больших и самых красивых глаз, какие ей доводилось когда-либо видеть. Огромные, янтарные, опушенные густыми ресницами, с озорными золотистыми искорками, вспыхивающими в глубине. Кэсс откинулась назад и едва сдержала изумленный крик: напротив нее стояло что-то пушистое, рыжее и... совершенно круглое.

Мохнатый колобок размером с упитанную кошку моргнул еще раз, и снова засвистел. На этот раз его свист стал мелодичнее, в нем будто бы проступала мелодия... Девушка, не осознавая, что делает, стала легонько раскачиваться из стороны в сторону под неуловимый и ещё не совсем проступивший в свисте мотив. Глазастик подпрыгнул и отскочил чуть назад, а потом закружился вокруг своей оси. Кэсс заворожено смотрела, не в силах отвести взгляд.

Рыжик как будто стал выше и начал утрачивать сходство с колобком. Он кружился и кружился над зеленой травой и воздух вокруг него осыпался радостными искрами. Хотелось смеяться, хотелось поймать его, взять в руки, приласкать. Почему-то казалось, что на ощупь он тёплый и бархатисто-нежный.