Играй жестко
Шрифт:
Я рада, что на мне все еще солнцезащитные очки и она не видит правды в моих глазах.
— Он что-нибудь сказал тебе или Ноа?
— Нет. Но… я не знаю. Логан сказал, что Алекс потерял свою энергию, потому что он ни с кем не спал после Бостона.
Мой позвоночник мгновенно напрягся.
— Не спал?
Я говорю слишком громко, и выражение лица Джиа говорит о том, что она это заметила.
— Ладно, выкладывай. Я не вчера родилась, и я слишком хорошо знаю вас с Алексом.
Я хватаю подушку и использую ее как щит.
— Ладно. Может быть, ты поможешь мне разобраться в моей ситуации, — я делаю паузу, облизывая пересохшие губы. — В клубе в Бостоне Алекс подкатывал ко мне, не понимая, кто я такая. Он быстро сообразил, что это я, но с тех пор все изменилось.
— Я так и знала! Что произошло во время этой поездки?
— У Алекса болела спина, и он отказался принимать обезболивающие, поэтому я сделала ему массаж.
— Блэр! Боже мой. Это грандиозно.
Я поморщилась.
— Обычным голосом, пожалуйста. У меня болит голова.
— Извини.
— После массажа ничего не произошло, но это было… интимно. В общем, вчера вечером, после фиаско с ужином, я хотела забыть о маме и ее затеях, поэтому мы с Алексом снова напились текилы, а потом… — я отворачиваюсь. — Черт. Я попросила его поцеловать меня.
— Не может быть!
— Может, и теперь я хочу умереть. Как мне вести себя с ним на следующей неделе?
— Ты не видела его сегодня утром?
— Я выскользнула из отеля до того, как он проснулся, и успела на более ранний рейс. Вот как я унижена.
— О, Блэр… Я уверена, что все будет хорошо. Ты была пьяна и дурачилась. Ничего страшного.
Я скрестила руки и надулась.
— Это действительно большая проблема. Я его ненавижу.
Джиа смеется.
— Да ладно. Давай серьезно. Ты не ненавидишь его, а он не ненавидит тебя. Вы нравитесь друг в другу уже давно, и все это видят.
Мои глаза становятся круглее.
— Нет! Кроме того, даже если бы это было правдой, это не должно делать тебя счастливой.
— Почему нет? Я была бы рада, если бы два моих лучших друга сошлись.
— Извини? Ты всегда говорила, что Алекс не подходит на роль парня.
— Нет, я говорила, что он будет отличным парнем, когда выкинет из головы все шлюшьи замашки.
— Кто сказал, что он выкинул? Да он в мгновение ока нашел с кем трахнуться в Вашингтоне! Это я разрушила его планы.
Джиа смотрит на меня многозначительным взглядом.
— Блэр, Алекс никогда ни за что бы не сделал того, чего не хотел. Если бы он хотел переспать с той девушкой, он бы это сделал.
Я понимаю, почему она так считает, но она не знает, что я шантажировала его, и я не собираюсь признаваться. Алекс никогда не простит мне, если я расскажу кому-нибудь о его фобии, и как бы я ни убеждала себя, что он мне безразличен, это
АЛЕКС
Утром я был в плохом настроении не из-за стука в голове и не из-за того, что чуть не опоздал на самолет. Я проснулся и обнаружил, что моя соседка исчезла, не оставив ни одной записки. Никогда еще девушка не исчезала от меня вот так после секса. Это я тот, кто сбегает, если у меня нет настроения для утреннего раунда. Хуже всего то, что я даже не трахнул Блэр. Неужели она думала, что я попытаюсь залезть к ней под юбку сегодня?
Логан встречает меня в аэропорту, и с ним щенок Блэр. Я затаскиваю ее к себе на колени, и она радуется, как может, виляет хвостом и пытается лизнуть меня в лицо. По крайней мере, одна Блэр рада меня видеть. Другая убежала, чтобы избежать моего присутствия.
— Чувак, ты выглядишь как черт. Ты что, ушел в запой или что-то в этом роде?
— Слишком много гребаных шотов текилы, — я помассировал висок.
— Правда? Я думал, на конвенции будут одни ботаники.
— Я не выходил.
— Ты напился в одиночку? Это просто грустно, брат.
Я должен держать язык за зубами по поводу Блэр, но Логан не скрывал, что подцепил бы ее, если бы ему дали шанс. У нас всегда было правило — мы никогда не добиваемся девушки, которой интересуется другой. Я еще не знаю, как отношусь к Блэр, но знаю, что не хочу, чтобы Логан был рядом с ней.
— Я был не один.
Он смотрит на меня, затем тянется к моей куртке и оттягивает лацкан от моей шеи.
— Ты переспал! И она поставила тебе засос, — он смеется.
Я отбиваю его руку.
— Перестань смеяться.
— Я не смеюсь над тобой. Я счастлив, что ты вернул себе бодрость духа. Я уже начал беспокоиться, что с тобой что-то не так. Ты был странным после дня рождения Джиа.
— Со мной все в порядке.
— Так кто же она была?
— Блэр.
— Что Блэр?
— Это была Блэр. Я переспал с Блэр.
— Какого хера! — он смотрит на меня, и машина сворачивает вправо.
— Смотри на дорогу, идиот!
Он возвращает машину на свою полосу, и мое сердцебиение приходит в норму.
— Я, блядь, знал, что ты на нее запал. Как она была в постели?
Я погладил Блэр по голове.
— Я ее не трахал, ясно? Мы просто дурачились.
— Вот черт.
— Что?
— Братан, ты попал.
— Почему я попал?
— Вы, ребята, ненавидите друг друга с первой встречи. Если бы дело было только в физическом влечении, вы бы уже выебали друг другу мозги прошлой ночью. Но вместо этого ты целовался с ней, и это говорит мне о том, что это нечто большее, чем просто похоть.
— Ты ошибаешься. Мы трахались не потому, что Блэр — ледяная принцесса, как я и предполагал все это время.
От этой лжи у меня во рту появляется желчь. Блэр — полная противоположность этому. Я просто злюсь, что она решила, что я гожусь только для того, чтобы почесать зуд. Я чувствую, что меня используют, и ирония не покидает меня.
— Конечно, это так. Вот почему она поставила тебе засос.
Я потираю лицо, раздраженный тем, что открыл свой большой рот.
— Мне не следовало говорить тебе, козел.