Чтение онлайн

В начале ноября Кавказская туземная конная дивизия была включена в состав 2-го кавалерийского корпуса, генерал-лейтенанта Гусейн-Хана Нахичеванского. С 15 ноября была начата переброска частей дивизии к Львову. Командир корпуса Хан Нахичеванский, провел смотр Дивизии во Львове, его описал военный журналист граф Илья Львович Толстой, сын писателя, в рассказе «Алые башлыки».

Граф И. Л.Толстой пишет: «…Полки проходили в конном строю, в походном порядке, один красивее другого, и весь город в продолжении целого часа любовался и дивился невиданным дотоле зрелищем… Под скрипучий напев зурначей, наигрывающих на своих дудочках свои воинственные народные песни, мимо нас проходили нарядные типичные всадники в красивых черкесках, в блестящем золотом и серебром оружии, в ярко алых башлыках, на нервных точеных лошадях, гибкие, смуглые, полные гордости и национального достоинства».

Это воинское соединение настолько необычно, что о нем стоит сказать подробнее. Дивизия, позже преобразованная в корпус, была полностью добровольческой. Понятно, что в ней командовали кадровые офицеры, но всадники шли на службу исключительно по собственному желанию. По законам Российской Империи местные жители Кавказа и Средней Азии под армейский призыв не попадали. Добровольческий принцип и стал той основой, благодаря которой «Дикая дивизия» очень быстро превратилась в одну из лучших частей в Русской армии. Довольно сказать, что рядовые всадники обращались даже к старшим офицерам на «ты». Но командиром дивизии был младший брат Императора, великий князь Михаил Александрович, возможный наследник Престола, перед которым все хотели показать свою храбрость и достоинство. Прямо со смотра полки Дивизии выдвигались в район юго-западнее г. Самбора, где началась тяжелая боевая зимняя война в Карпатах. Дивизия вела тяжелые бои у Полянчика, Рыбне, Верховины-Быстра. Особо тяжелые кровопролитные бои были в декабре 1914 г. на р. Сане и в январе 1915 г. в районе Ломна-Лутовиска, где дивизия отражала наступление австрийцев на крепость Перемышль, сражение за которую вела русская 11-ая осадная армия Юго- Западного Фронта.

В феврале 1915 г. дивизия провела ряд успешных наступательных операций.

21 февраля 1915 года командир дивизии Великий князь Михаил Александрович получил приказ командира 2-го кавалерийского корпуса генерал-лейтенанта Хана Нахичеванского выбить противника из местечка Тлумач. Для решения поставленной задачи Михаил двинул вперед Татарский полк, а затем и Чеченский полк. В результате упорного сражения Тлумач был занят. К концу февраля части 2-го кавалерийского корпуса выполнили поставленную перед ними боевую задачу в Карпатской операции войск Юго-Западного фронта. В июле-августе 1915 г. Кавказская туземная конная дивизия вела тяжелые бои на левобережье Днестра.

В тяжелейших условиях лета 1917 г., когда фронт был прорван, а русская армия деморализована, и части её беспорядочно покидали позиции, охваченные идеями «братания» и прекращения войны, кавказские воины стояли насмерть. Отмечалось всеми, что «Дикая Дивизия» это была самая организованная часть во всей русской армии, которая была уже охвачена революционным тлением.

Вот строки из статьи «Верные сыны России» опубликованной в газете «Утро России»: «…Кавказская туземная дивизия, все те же многострадальные «дикие», жизнями своими оплачивающие торгово-предательские счеты русской армии «братания», её свободу и её культуру. «Дикие» спасли русскую армию в Румынии; «дикие» безудержным ударом опрокинули австрийцев и во главе русской армии прошли всю Буковину и взяли Черновицы. «Дикие» ворвались в Галич и гнали австрийцев неделю тому назад. И вчера вновь «дикие», спасая отступавшую митинговую колонну, рванулись вперед и отбив позиции, спасли положение… «Дикие» инородцы… они заплатят России кровью за всю ту землю, за всю ту волю, которых требуют сегодня же организованные солдаты, бегущие с фронта на тыловые митинги.»

Вел. Кн. Михаил и чины «Дикой Дивизии». Агитационный плакат, Германия 1917 г.

За годы войны через службу в Дикой Дивизии прошло без малого шестьдесят офицеров разных национальностей. Примерно половину из них составляли русские офицеры, служили также азербайджанцы, грузины, кабардинцы, осетины, абхазцы, чеченцы, дагестанцы. Были офицеры украинского, немецкого, татарского, шотландского, французского и польского происхождения. Среди них подполковники Александр Альбрехт и Нух Бек Софиев, штабс-ротмистры Николай Казбеги, Сулейман Бек Султанов, поручик Селим Бек Султанов, корнеты Андрей Берс, Шарль Тестенуар, граф Михаил Муравьев-Амурский, граф Бобринский, принц Идрис Ага Каджар и др. Шесть офицеров полка были удостоены ордена Святого Георгия Победоносца 4-й степени. Пять офицеров награждены были Георгиевским оружием, причем один из них, штабс-ротмистр Джалил-бек Султанов – посмертно.

В конце августа, было принято решение переформировать Кавказскую туземную конную дивизию в Кавказский туземный конный корпус. После сформирования корпус должен был быть направлен на Кавказ в распоряжение командующего Кавказской армией Великого князя Николая Николаевича.

В конце войны Михаил Александрович был назначен командиром 2-го кавалерийского корпуса, когда командующим армией стал генерал от инфантерии А.А. Брусилов. Брусилов вспоминает о нем: «Я его очень любил, как человека, безусловно, честного и чистого сердцем…как воин он был храбрый генерал и скромно, трудолюбиво выполнял свой долг».

Росла популярность Великого князя Михаила Александровича не только в Российской армии, но и в народе. В Петербурге, во Дворце и в придворных кругах о нем говорили, как о будущем монархе. Он был герой войны, двухметрового роста, красавец, силач и спортсмен, самый богатый из всей Царской Семьи. Увлекался музыкой, играл на разных инструментах, писал произведения, любил военную историю, есть его статьи о войне 1812 г. В дневниках Обер–гофмейстерины Е.А. Нарышкиной есть запись от 21 февраля 1917 г.: «…Его жена очень интеллигентна. В театре её ложа полна Великих Князей,… Чувствую, они составляют заговор,… Миша будет сперва Регентом, потом Императором. Достигнут всего».

Великий Князь Михаил и дипломат Дмитрий Абрикосов, пикник, Гатчина 1915 г.

Февральская революция застигла Великого князя Михаила в Петрограде. Он находился в этот момент в квартире князя П.П. Путятина, на ул. Миллионной д.12. Здесь 1 марта он подписал знаменитый «Манифест Великих князей».

2 марта 1917 г. Председатель Государственной Думы М.В. Родзянко уже поставил вопрос об отречении Государя Николая II в пользу Царевича Алексея при Регентстве Великого князя Михаила. Это решение было продуманно и всем известно, так решено было в Царской Семье давно. Но неожиданно для всех, Николай II отрекся за себя и за сына в пользу младшего брата Михаила Александровича, хотя старшинство было за его сестрой Вел. Кн. Ксенией, находящейся замужем за Членом Династии Романовых. Историки потом долго будут спорить об этом, имел ли государь право на это или не имел, но этот факт произошел. Государь имел веские причины и не просто так это совершил. Император прекрасно понимал безысходность судьбы своего сына и наследника Алексея, по причине его болезни, переданной от его матери из Дома Гессенов. Он знал, что его брак с принцессой Алисой Гессенской не был Благословлен его отцом, Государем Александром III, что он пошел наперекор Высочайшей Воли, добившись согласия отца на свадьбу на смертном одре в Ливадийском Дворце. Понимал Государь теперь и причины упорного, многолетнего отказа отца: Государь Александр Александрович знал, что Гессенский Дом имел наследственную болезнь «гемофилию».

Император Николай II в форме шефа полка Королевских Серых Шотландских драгун. В.Серов 115х88 см. 1902 г. Музей Королевской Гвардии, Эдинбург.

Поэтому у него была другая невеста для сына-наследника: принцесса Елена Орлеанская, наследница французского королевского дома Бурбонов. К тому же Российская Империя в этот момент заключила политический и финансовый союз с Францией и этот брак имел далеко идущие виды.

Однако, наследник престола Вел. князь Николай Александрович настоял на своем, он упорно добивался брака с Аликс 10 лет подряд и совершил помолвку на следующий день, после отпевания, там же, во дворце, в придворном Крестовоздвиженском храме. Там только что провожали его Венценосного отца, и траур должен был продлиться не менее года. Траурный кортеж с телом усопшего Императора Александра Александровича сопровождала невеста в белом подвенечном платье.

Так в народе тогда возникла молва о «траурной» свадьбе цесаревича Николая.

Не дожидаясь конца траурного периода, уже через неделю, состоялось их торжественное венчание в Петербурге. В Москве, при коронационных торжествах на Ходынском поле пролилась кровь, долгожданный наследник родился с врожденным кровотечением ран. Государь был очень религиозным человеком и понимал все знамения, понимало это и все население России.

Государь знал про растущую популярность своего брата Вел. кн. Михаила, генерал-лейтенанта и героя войны, он давно принял решение о передаче ему Престола. В трагический момент, после манифеста от 2 марта, с дороги он посылает брату телеграмму, в которой его титулует:

«Его Императорскому Величеству Михаилу Второму» и подписывает скромно по семейному «Никки».

Это был переломный момент в русской истории, он сделал его младшего брата Михаила последним Императором Михаилом II.

3 марта в квартире кн. Путятина открылось совещание членов правительства. Там составляется «Акт об отказе принятия Верховной Власти», который впоследствии многими будет трактоваться как отречение от Престола.

По АКТу происходит, на самом деле, всего лишь наделение Временного Правительства Властью от законного Императора Михаила II.