Чтение онлайн

— Конечно, — спокойно кивнул я.

— Обвиняешь меня в пособничестве преступникам? По-твоему, я сдал собственных полицейских, чтобы… Чтобы что?

Гордеев аж побагровел от накатывающей злобы.

— Не знаю. Что вам обещал великий магистр? — продолжил спрашивать я.

— Ты переходишь границы! — начальник подскочил с места.

У него был такой вид, словно он сейчас на меня накинется. Но Гордеев пока держал себя в руках.

— Спокойствие, майор. Я же сказал, что ни в чём вас не обвиняю.

Пока что.

— Ты и не посмеешь! — рявкнул он.

— Посмею, если добуду доказательства, — ответил я, глядя ему в глаза и усиливая ауру. — Так или иначе все, кто связан с проклятиями, будут наказаны. А также их пособники.

— Ты… — начал Гордеев, и тут дверь распахнулась.

В кабинет вплыла мощная фигура генерала. Он посмотрел на меня, на майора, и цокнул языком.

— Я смотрю, вы начали без меня. В чём дело? — строго спросил он.

— Ни в чём, генерал. Здравия желаю, — поправив китель и причёску, Гордеев шагнул к Михаилу Романовичу и пожал ему руку.

— Ты не мог бы оставить нас на минуту? Я хочу поговорить с Зориным наедине, — велел Герц.

— Конечно, Михаил Романович. Располагайтесь, — майор подобострастно указал на собственное кресло и поспешно покинул кабинет.

Генерал не стал садиться на место начальника отделения. Вместо этого он снял фуражку и сел за стол рядом со мной.

— Доброе утро, ваше благородие, — неожиданно вежливо приветствовал меня он.

— Доброе, генерал, — кивнул я.

— Можешь сказать, что случилось вчера в доме Громовой? Только коротко.

— Мы с капитаном Реутовой приехали для неофициального допроса. Разговора не получилось — Громова атаковала нас сразу же, как мы вошли в ритуальный зал. Она была заранее готова, использовала запретные ритуалы и призвала тёмных существ.

— Демонов? — буркнул Герц, словно ему вовсе было трудно поверить в их существование.

— Не только. Там был Теневой Странник — именно эти твари насылают проклятия, от которых умирают люди.

— Мой племянник скончался два дня назад, — произнёс генерал. Тон оставался твёрдым, но в глазах мелькнула боль. — Сестра места себе не находит. Парню всего одиннадцать лет было.

Детей всегда жалко… куда больше, чем остальных. Они ведь даже пожить толком не успели.

— Сочувствую, Михаил Романович, — искренне сказал я. — Мой младший брат тоже оказался проклят.

— Это неправильно, — покачал головой генерал. — Когда дети умирают — это всегда неправильно.

Внутренне соглашаясь, я промолчал. Разговор оказался совершенно не таким, как я себе представлял. Думал, Герц начнёт давить и угрожать, но он вёл себя совершенно иначе.

— Мне птичка нашептала, что вы с Реутовой встречаетесь, — вдруг сменил он тему.

— Быстро же слухи расходятся, — улыбнулся я.

— Завидую, барон. Красивая, смелая девушка, ещё и с принципами. Таких немного.

В словах генерала чувствовалась зависть… но не злость, что удивительно.

— Она такая одна. Но мы, кажется, отвлеклись. Вы спрашивали насчёт Громовой, я ответил. Что скажете? — мне не хотелось обсуждать с генералом свои отношения с Полиной, лучше уж вернуться к делу.

— Скажу, что Конгрегация совсем охренела, — процедил Михаил Романович. — Вот что, Григорий. Великий магистр связался со мной сразу же после гибели Громовой. Он требовал, чтобы тебя обвинили в убийстве и предали суду. Я сказал, что сделаю всё возможное, но я соврал.

Герц посмотрел мне в глаза и спросил:

— Конгрегация провидцев виновна во всём?

— Доказательств пока что нет, но это вполне вероятно, — ответил я. — А вот мой наставник Кретов ни в чём не виновен.

— Я сделаю так, что его выпустят. Надо пару дней подождать, но он выйдет. Разберись со всем этим, прошу тебя, — произнёс генерал. — Найди доказательства. Кто бы это ни был — Дивов, Стоцкий или они оба вместе — виновные понесут заслуженное наказание. Это я тебе обещаю.

— Говорят, великий магистр вхож к самому императору, — повторил я фразу, вчера услышанную от Минаева.

А значит, за него запросто могут заступиться свыше. И с этим мы ничего не сделаем.

— Так и есть, но это не поможет ему избежать ответственности. Потому что у меня тоже есть связи при дворе, — расправив плечи, заявил Герц. — Найди доказательства. Я не смогу вернуть племянника, но он хотя бы должен быть отомщён. За любой помощью и ресурсами обращайся сюда, — он протянул визитку без имени, где был только номер мобильного. — Скажешь, что от меня, тебе что угодно достанут. Или кого угодно. В разумных пределах, конечно же.

— Я бы очень хотел побеседовать с Игорем Ланцовым, — сказал я, подтягивая визитку к себе. — Он подозреваемый по делу, но находится в бегах. Вернуть магистра Стоцкого в Российскую империю и допросить тоже было бы кстати.

— Что-нибудь придумаем. И поторопись, прошу тебя, — Герц взял фуражку и поднялся. — С каждым днём умирает всё больше людей. Скоро может начаться паника, и тогда нам станет не до расследования.

Судя по разговору, генерал был искренним. Он и правда хотел уничтожить проклятую болезнь и отомстить за племянника.

— Знаю. Время в любом случае ограничено, — сказал я, но не уточнил почему.

А дело было в том, что мой брат тоже находится на грани гибели. Только стазисный кокон удерживает его от смерти, но как долго он продержится? На этот вопрос ответить я не мог… Не говоря уж о том, что все остальные Зорины тоже под угрозой, и Странники в любой момент могут активировать проклятия.

Почему они до сих пор этого не сделали — загадка. Полагаю, что их силы тоже ограничены. Если погибшие люди заражают остальных без участия Теневых, то для активации новых проклятий им может быть нужно много энергии. Потому они и ждали, чтобы начать эпидемию, копили силы.

— До встречи, барон, — Михаил Романович кивнул и направился к выходу.

— Один момент, генерал, — я встал из-за стола. — Есть подозрения, что наш Гордеев играет на руку Конгрегации.

Я рассказал ему о своих выводах. Герц хмуро выслушал меня и кивнул.

— Подождём немного. Я установлю за ним наблюдение. Если подтвердится — накажем по всей строгости. Он отправится за решётку вместо Кретова… Ну а Кретов, возможно, займёт это место, — генерал взглянул на кресло начальника.

— Уж не знаю, обрадуется Дмитрий или нет, — усмехнулся я.