Чтение онлайн

Буквально в десятке метров от них находился «посыльный» от княжича Юрьевского с трубкой, содержавшей шприц, заправленный ядовитым веществом. Аккуратно завёрнутый в газету, шприц ждал своего часа. В случае попадания его в камеры видеонаблюдения, на картинке бы было видно, что какой-то пацан, балуется с газетой, скручивая и раскручивая её, глядя в отверстие «трубочки» на солнце и прикладывая к губам, чтобы, как на флейте, наиграть какую-то мелодию. Но увы, коня провели слишком далеко и на выстрел он не решился, посчитав, что будет недолёт.

Берлин. Штаб Федеральной разведывательной службы.

Генерал Конрад Кинкель, встал с кресла и шагнул на встречу вошедшему майору. По воинскому уставу он мог младшего по званию приветствовать сидя, но к этому офицеру Конрад был по-особенному расположен и проявить небольшой знак уважения посчитал нужным — майор Иоганн Блюм был сыном его старинного друга, к тому же, и сам Иоганн проявил себя крайне грамотным и организованным офицером.

— Поздравляю с присвоением очередного воинского звания. Уверен, не последнего! — тепло поздоровался генерал Кинкель с Блюмом.

Майор Иоганн Блюм, вытянувшийся в струнку перед генералом, улыбнулся в ответ: — Благодарю, герр генерал!

Сев за стол, генерал сразу же начал: — Ваш отчёт об инспекционной поездке в Скандинавию получил крайне положительные отзывы и показал высокий уровень Ваших знаний в области фортификации и транспортировки грузов. В штабе отметили Ваше умение анализировать материалы и делать нужные выводы, не впадая в мелочность. С такими аналитическими способностями Вам прямая дорога в высшие эшелоны военного руководства, и я уверен, результаты поездки на дальнейшей Вашей карьере скажутся положительно.

— А Ваше предложение пересмотреть проект в связи с необходимостью учесть возможный рост массы проектируемой техники — это блестящая идея, позволяющая нам ещё на полгода увеличить отставание от Польши в создании прифронтовой инфраструктуры. Плюс нашим подрядчикам поступят дополнительные средства на строительство, и они искренне за это признательны.

Майор Блюм вежливо улыбался в ответ и изредка кивал.

— Иоганн, — продолжил генерал. — Сейчас наши люди в правительстве и военное руководство бьются над проблемой, которую они не могут решить многие годы: значительная, около четверти, часть мигрантов, получает социальную помощь без каких-либо документов. Они просто приходят в социальные службы и им выделяют деньги или продукты. Многие мигранты, даже во втором и третьем поколении, никогда не работали — пособие по безработице выше, чем зарплаты у многих немцев, а их пособия, за счёт большого числа детей и стариков, находящихся на иждивении — гораздо больше, чем получают немцы. Целые районы городов превратились в гетто. Максимум, что имеется в социальных центрах — фамилия получателя и его порядковый номер. Империя направляет мигрантам громадные средства, и даже не получает отчёта о их расходовании. Миллиарды марок уходят, как вода в балтийский песок. Чтобы решить эту проблему, принято правительственное решение о формировании единой базы социальной помощи, разработаны компьютерные программы и начато их внедрение. Но мы сталкиваемся с саботажем, как со стороны мигрантов, так, что удивительно, и со стороны социальных служб. С целью подавления саботажа для всех земель формируются специальные «Комитеты по компьютерной модернизации», главная цель которых — заставить соответствующие службы учесть мигрантов и выделять им деньги только через банковские счета. Каких-либо ограничений пока вводиться не будет.

Сделав небольшую паузу, генерал продолжил: — Вам предлагается возглавить такой земельный комитет, который займётся внедрением новой компьютерной базы в Гамбурге. Вашей официальной задачей будет организация работы комитета, обкатка программы и обучение социальных работников. Для этого в составе командируемых будут необходимые специалисты. Неофициальная часть Вашей работы более важна — постарайтесь подметить недоработки в системе, взаимодействии, выявить людей, противящихся или саботирующих внедрение программы. Думаю, для Вас с Вашими армейскими навыками и уровнем интеллекта это труда не составит.

Майор Иоганн Блюм подскочил: — Сделаю всё, что в моих силах, герр генерал.

— Будем считать, что служебная часть беседы закончена. Для обеда ещё рановато, приглашаю вместе выпить по чашечке кофе.

Генерал вызвал секретаршу, а сам вместе с майором прошёл к кофейному столику. Попивая напиток из небольших фарфоровых чашечек, генерал Конрад Кинкель рассказал о некоторых замыслах руководства на ближайшие годы и резюмировал: — У императора и наследника есть понимание необходимости тонкой игры и Германия сделает всё, чтобы как можно дольше оставаться в стороне от войны и вступить в неё в подходящий момент. Это позволит нам если не диктовать условия, то договориться с выгодой для себя. И первый пункт наших требований — возвращение немецких земель, сейчас незаконно находящихся у Польши. Надеюсь, это получится. И тогда твоё имя, Иоганн, будет вписано в историю рода не только как достойного преемника своих великих предков, но и как воина, добившегося торжества справедливости. И твой портрет займёт законное место в галерее вашего семейного замка на вновь обретённых землях.

Западная зона локального пограничного конфликта.

Командир батальона майор Генрих Головин, «державший» участок на линии соприкосновения, неуютно чувствовал себя в присутствии вроде бы младшего по воинскому званию командира взвода спецназа «Вадима», который сейчас сидел напротив него и изучал карту. Представился, он, во всяком случае «капитаном». Ни нашивок, ни эмблем на его форме не было, но был он явно старше комбата и тот про себя улыбнулся: «Капитан второго ранга»!

Распоряжение штаба было предельно чётким: относиться сдержанно и уважительно, вопросов не задавать, выполнять все распоряжения. Вот Головин и «уважал», сцепив зубы.

«Вадим», между тем, вещал: — К двадцати двум часам мы займём исходные позиции, а ваши солдаты их покинут. После этого вести запись и наблюдение за районом холма запрещается. Если услышите стрельбу или увидите…ээээ… что-то необычное, не реагируйте. Я рассчитываю, что к двум часам ночи мы работу закончим, по линии проводной связи я сообщу Вам о результатах, только после этого ваши солдаты выдвигаются вперёд и принимают позиции, а мои — покидают. Сейчас мой взвод поужинает и затем нам потребуется проводник, который доведёт до ваших передовых позиций.

Через полчаса, проводив колонну из двух десяткой «гостей», командир батальона кивнул заместителю: — Пойдём в штаб сядем, прикинем.

Разместившись в небольшом блиндаже, Генрих Головин продолжил: — У нас два варианта. Первый — они принципиально ситуацию не изменят, и поляки так и останутся на верхотуре. И второй вариант — они каким-то чудом пшеков выкурят и передадут нам этот подвал. В первом случае, ничего не меняется — воюем, как и прежде, а вот во втором нужно будет срочно завести туда людей, закинуть патроны и мины и всё что можно, включая еду и воду по максимуму. И важно всё это сделать по темноте или на рассвете. Так что организуй наших тыловиков, пусть готовят транспортные тележки, укладывают на них всё необходимое, чтобы в случае поступления команды можно было сразу рвануть вверх и там закрепляться. Сколько у нас на ходу гусеничных «Депеш»?

— Три. Две ремонтируют.

— Мало. Все три готовьте. «Депеши» в любую гору влезут, но грузите не на максимум, нужно будет поскорее прошмыгнуть. Шанс у «гостей», думаю, небольшой, — продолжил командир батальона, — но хрен его знает: спецназ реально какой-то крутой и всё секреткой обложено, и что они сейчас будут использовать, непонятно. Но раз «Вадим» говорил о возможных спецэффектах, ждать можно всё, что угодно. И если они дело сделают и этот грёбаный холм с его подвалом отобьют, я этому «Вадиму» и его колючий взгляд, как будто он во мне врага видит и смотрит постоянно, как Ленин на буржуазию, и одёргивания типа «не лезьте не в своё дело», не только прощу, но ещё и расцелую.

Взвод «Вадима» между тем, занял позиции у подножия холма и после рассредоточения «капитан» начал подавать команды: — До противника сто двадцать метров. Объединиться в группы, приступить к выполнению боевой задачи. Докладывать о реакции противника.

Через несколько минут посыпались доклады от групп: — Докладывает старший «водяных» — наблюдаю сопротивление магическому давлению… старший «огневиков» подтверждаю… старший «земляных» подтверждаю…

— Зашевелились, — удовлетворённо улыбнулся старший группы и добавил: — Продолжаем воздействие.