Чтение онлайн

— Да, моя маленькая красавица. — Стакс притянул ее ближе и сильнее прижал к ней член, вырвав из ее горла нежный вздох. — С этого дня ты всегда будешь спать рядом со мной.

Он подхватил ее на руки и вынес с мостика.

Мила уткнулась лицом в его грудь, и по ней пробежала легкая дрожь. Она извивалась в его руках, и до него доносился манящий аромат ее возбуждения. В его горле зародился первобытный рык, заставляя шагать быстрее, его кровь бурлила от желания раздвинуть ее бедра и погрузиться в ее женскую сладость.

Когда они добрались до его каюты, Стакс отнес ее на кровать и уложил на покрывало. Ее темные локоны разметались по подушке, обрамляя красивое, раскрасневшееся лицо. Грудь начала подниматься и опускаться быстрее, а в воздухе усилился аромат ее желания. Его ноздри разгорелись, и он глубоко вдохнул, наслаждаясь восхитительным ароматом ее нежности.

Его малышка намокла только для него.

Ее темно-карие глаза сверкали от вожделения, но Мила также выглядела нервной, ее губы разомкнулись, как будто она собиралась что-то сказать. Но вскоре сжала рот в твердую линию и тяжело сглотнула.

— Не бойся, моя прекрасная малышка. — Стакс присоединился к ней на кровати, переплетя свои ноги с ее.

У нее дыхание перехватило в горле, и вожделение исчезло из ее взгляда. В темных глубинах сверкнула неуверенность.

— Стакс, я…

— Ты девственница, Мила? — мягко спросил он. Хотя большинство вакслианских женщин хранили себя до тех пор, пока не соединятся со своим суженым, Стакс знал о многих инопланетных видах, которые этого не делали. — Если ты не девственница, ничего страшного, — добавил тут же, надеясь, что она не подумает, что он будет смотреть на нее свысока за то, что наслаждалась половым актом вне святости брачного союза. В этот момент прошлое не имело значения — ни ее, ни его. Все, что имело значение, — это их будущее и жизнь, которую они создадут вместе. — Но с этого дня я — единственный мужчина, с которым ты будешь спать, Мила. Ты будешь моей и только моей.

Глава 4

Должна ли она сказать правду?

Мила смотрела на Стакса, и нерешительность тяготила ее. Его глаза светились добротой в ожидании ответа. Она уже чувствовала себя виноватой за то, что не рассказала всю правду об Эване — о том, что этот ужасный человек может появиться в любой момент и попытаться ее забрать. Эван подписал документы, с которыми мог обратиться во Вселенский суд, чтобы ее насильно вернули в Йозовинлу.

Но ее родная планета была далеко, очень далеко. Мила изучила расстояние между Йозовинлой и Новым Ваксом — это была ее главная причина, по которой она попросила пилотировать «Йеронну», — и сомневалась, что Эван когда-нибудь решится улететь так далеко от своего дома. Кроме того, он мог посчитать ее мертвой. В своем высокомерии он мог предположить, что она не выжила.

Она почти погибла. Но благодаря Стаксу все еще дышала, и впервые за целую вечность ее будущее не казалось таким мрачным.

— Мила? Если ты девственница, то в первый раз я буду максимально нежен. Пожалуйста, я хочу знать, и пусть между нами останется только правда. Клянусь всегда быть честным с тобой, моя маленькая красавица.

Между нами нет ничего, кроме правды. От его слов у нее свело живот. Мила не могла быть полностью честной. Как бы Стакс отреагировал, если бы она сообщила ему, что технически находится в бегах от властей Йозовинлы, покинув родную планету без соответствующего разрешения в то самое время, когда нарушила брачный контракт с одним из самых богатых и влиятельных людей на планете?

— Я не девственница, — наконец сказала Мила, ее разум метался, пока пыталась решить, сколько правды сказать, а сколько придержать. — Однажды у меня был секс на одну ночь с другим пилотом. Но мы не встречались, и у нас не было серьёзных отношений.

— Что такое секс на одну ночь?

Ее лицо разгорелось.

— Это когда ты занимаешься сексом с кем-то один раз и больше никогда. Мы выпили после работы… и одно привело к другому.

— Понятно, — сказал он, сверкая любопытным взглядом. Но не выглядел рассерженным или разочарованным ее ответом, и Милу охватило облегчение.

Мила могла только представить, как отреагировал бы Эван, узнав, что она спала с другим мужчиной до их свадьбы. Внезапно Стакс понравился ей еще больше, особенно когда поцеловал ее в лоб. Это сладкое действие согревало ее сердце и заставляло душу танцевать. Даже если добрачный секс не был принят в его культуре, он не осуждал ее и не обвинял в проступках.

— Хотя мы еще не соединили наши тела в одно целое, моя маленькая красавица, я не могу представить себе, как любой мужчина в здравом уме может обладать тобой, а потом отпустить. Я уже хочу тебя снова и снова, снова и снова. — Возбужденный член все сильнее прижимался к ней. Даже сквозь одежду Мила чувствовала тепло и пульсацию его твердого члена. Ее бедра задрожали, а промежность запульсировала от желания.

Когда Стакс осыпал поцелуями ее шею, Мила издала тихий вздох и отдалась его ласкам. Он прикасался к ней повсюду, поглаживая руки, живот и даже между ног. Его чувственные ласки оживили ее тело, и вскоре Мила забыла все свои переживания об Эване и жизни, от которой сбежала. Существовал только Стакс и чудесные, эйфорические ощущения, которые он вызывал в ней.

Стакс стянул с нее свитер и быстро снял лифчик, оставив обнаженной до пояса. Его взгляд потемнел, когда он посмотрел на ее грудь, и прежде чем Мила успела сделать следующий вдох, он наклонился, чтобы взять сосок в рот.

Мила застонала от прикосновения его языка, скользящего по затвердевшему пику. Стакс чередовал облизывание и нежные покусывания. Каждое прикосновение его зубов вызывало спазм жара в ее лоне. Она пылала для него, задыхаясь и желая, готовая отдаться ему, этому интригующему незнакомцу, которого встретила только сегодня.

И они собирались стать парой. На всю жизнь. Ее сердце согрелось от осознания этого. Несмотря на то, что она знала Стакса совсем недолго, Мила хотела этого. Хотела быть его навеки. Она устала от одиночества, и с каждой секундой ее сердце открывалось ему все больше и больше, словно лепестки, распускающиеся на солнце. Мила легко могла представить, как будет любить его, и поклялась сделать все возможное, чтобы стать ему хорошей парой.

Взяв в рот другой сосок, Стакс потянулся к ее брюкам и расстегнул застежки. Его рука проникла внутрь трусиков, и он обхватил ноющее лоно, крепко сжав. Он поднял голову и встретился с ней взглядом.

— Такая мокрая и такая возбужденная, Мила. Я думаю, нам нужно снять эти штаны.

Мила приподняла бедра, чтобы помочь ему снять их, и лишь мгновение спустя услышала звук рвущейся ткани, когда Стакс сорвал с нее одежду. Следующими были трусики. Он бросил лоскутки ткани на пол и встал, сбрасывая черно-серую форму воина.

Мила приподнялась на локтях и посмотрела на Стакса во всей его нагой красе. Она никогда не видела человека с таким мощным телосложением, его выпуклые бицепсы демонстрировали грубую силу. Неудивительно, что он без труда победил защитников, превосходивших его числом. Его бедра были похожи на стволы деревьев, такие толстые и мускулистые. Однако вскоре ее взгляд переместился на другую часть его тела — на массивный твердый член, торчащий наружу.

О Боже. Она тяжело сглотнула и поняла, что не может отвести взгляд. Мила предполагала, что его мужское достоинство было пропорционально остальным частям его большого тела, но вдруг засомневалась, что они смогут спариться. Что, если он не сможет войти?