Чтение онлайн

?-?----??----?-?

Телефон брякнул сообщением. Я глянул и усмехнулся.

«Покупка 15 399 руб, „Демулин“, Баланс…»

Как я и просил, Алёна вовсю показывала Азуми Москву. Сейчас они закупятся подходящей одеждой и отправятся в Большой театр, куда я купил два билета.

Раз уж выдался выходной, можно потратиться на развлечения. В Японии как-то всё не было времени выгулять своих женщин, да и мест подходящих там ещё не успели построить. Нет, конечно шашлыки с баней — офигительное времяпрепровождение. Одно из лучших, по моему авторитетному мнению. Но девушкам оно вряд ли таким кажется.

— Игорь, что-то случилось? — окликнул меня Арсений.

— А? Нет, всё в порядке.

Сунул телефон обратно в карман и цыкнул коню, чтобы тот шагал вперёд.

Честно говоря, я думал, что маршал примет меня в особняке, и придётся сидеть, делая вид, что пью вино, дышать каким-нибудь дорогим табаком и вести светские беседы.

Ну, или как-то так… Я не в курсе как в здешнем Высшем Свете общаются. Дворянином успел побывать только в Японии, а там все обустраивались в японских домах и частично в японских традциях.

Но всё оказалось проще. Маршал Громов пригласил меня на конную поездку по собственным угодьям. Его конюшня находилась далеко за городом, рядом с небольшой деревенькой.

Мы неспешно двигались вдоль реки к лесу.

— Вы хорошо держитесь верхом, Ваше Сиятельство, — с одобрением заметил Григорий Семёнович.

Это был статный пожилой мужчина, который мог дать фору многим молодым людям. Седина уже щедро покрывала его волосы. Густые хмурые от закатного солнца брови скрывали серые глаза с цепким взглядом.

— Благодарю, Ваше Высочество, — кивнул я. — Пришлось научиться.

Как оказалось, Григорий Семёнович был родственником императора, хоть и не самым близким. А таких князей следовало величать Высочествами. Арсений, получается, тоже был дальним родственником императора. Но он принадлежал к другой ветви рода, где главенствовала отцовская линия, а потому такого права не имел. Но хотя бы стал понятен гонор и заявления, мол, магия ему принадлежит по праву.

Это что получается, я навалял императорской крови? Прикольно!

— Правда… особой любви к конной езде никогда не испытывал, — добавил я.

Задница уже ныла в такт похрустыванию снега под копытами моего скакуна. Вспомнилась скачка из Мацумото в Нагано по горам и лесам, когда мы мчались, чтобы ударить по мятежникам Уэсуги. И от воспоминаний задница заболела ещё сильнее.

— Понимаю, понимаю. Арсений говорил, вы больше уважаете мотоциклы?

— Это да! Мой вездеходный красавец уже едет в Москву.

При мысли о моём байке на душе потеплело. Хотелось поскорее прокатиться на нём по улицам столицы, а то всё ухабы да овраги. Он тоже заслужил свой отпуск. И люксовую чистку.

— Что ж, а я хотел предложить вам любой мотоцикл на выбор из моего гаража, — хмыкнул Громов. — В качестве награды. Вы оказали на моего племянника невероятное влияние. Благодаря вам он стал другим человеком! Но, видимо, так просто расплатиться не выйдет. Да и награда должна быть более соответствующей свершению.

Арсений почему-то нахмурился и поджал губы. Мы успели достаточно пообщаться, и я понял, что он набирается сил что-то сообщить.

Я не нашёлся что ответить. Не привык обсуждать человека со стороны, когда он находится рядом.

— Думаю, его можно отправить на западные рубежи, — продолжал маршал. — В пограничных частях сейчас нужны хорошие офицеры. Британцы наверняка взбаламутят…

— Нет, дядя! — вдруг гаркнул Арсений.

Получилось резко и громко, будто выстрел из пушки. А сам он выглядел не то испуганным, не то взбудораженным. Явно адреналинчика хапнул.

Мы остановили лошадей и замерли на месте.

— Что ты сказал? — процедил Громов, просверлив племянника взглядом.

— Я не пойду на военную службу! — заявил Арсений.

Громов поджал губы, глубоко вздохнул и почему-то кинул в меня свирепый взгляд. Так, как там в галоп эту породистую клячу посылать? У меня выходной, я не подписывался впрягаться в семейные разборки императорской крови!

— Ты смеешь мне перечить, Арсений? — прорычал Громов.

Чёрт, а он зол. От голоса даже у меня пробежали мурашки, а Бахтин и вовсе задрожал, но быстро взял себя в руки.

— Дядя, я не хочу быть военным! — продолжал он настаивать.

— И что же ты хочешь? — фыркнул маршал. — Играть в своих солдатиков?

— Нет! Я поступаю в инженерную академию!

И наступило молчание.

Охренел Громов. Охренел я. Да что уж говорить, даже сам Арсений охренел от смелости собственных слов.

— К… куда? — тихо спросил Григорий Семёнович.

— В инженерную академию, — уже более спокойным голосом ответил Арсений. — Документы я подал. Они готовы принять меня на второе полугодие, когда закрою первую сессию.

— Если поступишь…

— Когда! — поправил Арсений.

— Когда поступишь, значит… И тебя, значит, уже допустили до экзаменов?

— Да.

Кобыла Арсения слегка дёрнулась, чувствуя взволнованность седока, но он её придержал.

— И как же ты поступил? Снова козырял фамилией?

Маршал снова бросил в меня недовольный взгляд. Чёрт… Эх, Сеня, Сеня! Не мог как-то без меня этот разговор начать?

Но вдруг до меня дошло, что Арсений и решился-то перечить знаменитому дяде только в моём присутствии. Он ждёт поддержки?

— Я сдал вступительные экзамены и внёс первую часть оплаты за обучение. Сессия через месяц, я успею подготовиться и буду зачислен на курс.

Тут Громов насупился и дёрнул поводья в сторону племянника, грозно наступая своим явно боевым конём на изящную кобылку. Та заржала, начала пятиться, и никакие попытки Арсения успокоить её не удавались.

— Сессия, говоришь?! — прогремел маршал. — Перечить мне вздумал?! Я уж думал, тебе пошла на пользу служба у этого графа, что ты научился послушанию! Но ты всё такой же!..