Чтение онлайн

Мешающих местных сгоняли в лагеря и перерабатывали на фарш для пищевых синтезаторов. Это называлось термином "Протекторат Империи". В системе болтался крупный флот из кораблей-черепашек, уже был построен ретранслятор и несколько орбитальных терминалов.

Алекс вспомнил, что у него осталась собственность в системе Барза, и продлил срок аренды своей ячейки на год, заплатив тридцать две тысячи. Он уже выяснил в инфосети, что содержимое можно пристроить по очень хорошей цене, и решил не мелочиться на сохранности ценного товара. Синий порошок, который производили гигантские черепахи из мира Дегх-Раген, можно было продать тохайцам - они использовали его как наркотик. Правда, это было связано с большим риском - аборигены плохо относились к торговцам дурманом.

Теперь следовало искать специалиста-посредника, так как тохайцы очень не любили продавцов запрещенного черепашьего дерьма, затаптывая контрабандистов местными слонами. Парень собирался заняться этим непростым делом позже, а Гуни обещал напрячь свои связи и поспособствовать. Алекс согласился подождать.

В этой системе "Фенир" собирался сделать остановку и закупить кое-какое специализированное оборудование. Таниз посоветовала именно здесь приобрести "Толстяка". Так называли крупнокалиберную боеголовку, размером с большой контейнер. Этой штукой пулялись линейные корабли и крейсера прорыва конфедерации Делус.

Фюрер, видимо, питал слабость к продолговатым предметам - официальное название изделия было "Яростный Гнев Вождя". Такое обозначение как-то не прижилось, и вскоре изделие просто назвали "Толстяк". Эта штуку конфедераты предназначали для бомбардировки станций и гражданских кораблей неполноценных рас. Стоило оригинальное изделие двести пятьдесят тысяч кредитов. Там не имелось никаких систем наведения и двигателей - капсула размером с большой контейнер была мощной бомбой.

Анар Гуни планировал такой фиговиной уничтожить мобильный завод. В контракте присутствовал пункт, который уточнял, что хозяева не должны восстановить свою собственность. После подавления обороны двухкилометрового корабля и снятия с него всего ценного, капитан собирался приволочь "Толстяка" и рвануть его внутри корпуса. Зигги посоветовал гуманно даровать вознесение недочеловекам из команды завода, уничтожив всех разом вместе с их кораблем.

Гуни согласился, так как больше делать с шахтерами было нечего, тем более они являлись какими-то упертыми сектантами, которые не признавали нейросети. В контракте была указана корпорация "Ашрам Спасения". Было особенно весело, что заказали их уничтожение такие же фанатики из конторки под названием "Вестники Чистоты". Алексу было совсем не жалко этих культистов - в банке данных нашлась информация по их делишкам.

Можно было, конечно, продать всех этих товарищей арварцам, но капитан согласился, что девать такую кучу народу в количестве трехсот человек просто некуда. Громоздкой и дорогостоящей системы замораживания на транспорте не было. Тем более, что система Хар-Махрум, куда можно было сплавить живой товар, была далеко. Таниз подсчитала затраты на переход - они в любом случае не окупались.

Контейнер с "Толстяком" доставили прямо к шлюзу - кораблям других государств запрещалось приближаться к планете. Разместив груз в трюме, "Фенир" начал свой разгон на четырех двигателях в сторону системы ХТ-12.59.

Анар Гуни не думал, что там можно отхватить неприятностей - ближайшие системы контролировались антранскими патрулями. Алекс на всякий случай решил соорудить пусковую установку для торпед во время прыжка.

– Не нравятся мне эти психи!
– Заявил Илья.
– Сегодня улыбаются, а завтра объявят неполноценным и устроят какую-нибудь гадость.

– Потерпим. Эти фашисты вложили в дело почти семь миллионов. Без них у нас ничего бы не получилось.
– Спокойно объяснил инженер.

– Странные они. Поселились в среднем жилом модуле, где раньше была Таниз. Какие-то оргии там устраивают, и даже двери забывают закрыть. Вчера проходил мимо, а эта баба в кожаном переднике нашего Ганса прутьями по голой заднице хлещет и поет марш какой-то про очищающий огонь и вознесение.

– Его Зигги зовут, и он наш второй пилот. Пусть развлекаются, как хотят. Главное чтобы делом были заняты.

– Честно говоря, я не ожидал увидеть среди граждан Содружества столько ненормальных!
– Пробурчал Илья.

– Ну а что ты хотел? Среди наемников найти культурных и вежливых людей?

– Вообще-то да!

– Рисковать своей жизнью за кредиты желающих мало. Ты еще не видел тех, кто обитает в мирах Фронтира. Вот там действительно полно всяких...
– Отмахнулся Алекс, отдавая приказ дроидам утащить снятый двигатель с оплавленным соплом в свой контейнер.

Голографическая метка завода с улыбающимся китайцем и девизом "Стабильность и процветание!" смотрелась на убитом движке форменным издевательством. Инженер по-хозяйски собирал всякий хлам, планируя потом его кому-нибудь пристроить, например слаборазвитым инопланетянам.

Земляне уже два дня возились с торпедоносцем. Инженера сильно расстроило, что "Уршан" был собран на Гольятте. Этот естественный спутник Джеппы занимался массовым выпуском всякого устаревшего хлама. Его имя стало нарицательным в Содружестве для обозначения продукции низкого качества. Алекс высказал все, что он думает о Таниз, которая купила самый дешевый корвет. Такой же корабль, но изготовленный корпорацией "Шакрегел" был дороже всего на девяносто тысяч.

Видимо гольяттинский робот-сборщик при установке модулей пользовался кувалдой, потому что на некоторых устройствах были характерные отметины. Топливные трубопроводы все были кривые и немного разного диаметра. Купленный двигатель удалось поставить только после того, как инженер с помощью дроидов заменил все магистрали и разъемы. К счастью, в ремкомплекте они были.

Затем Алекс установил в башенку своего инженерного судна легкую скорострельную пушку "Люр-3". Он вписал ее в заказ необходимых запчастей и комплектующих. Илья весело покрутил установкой, которая шустро разворачивалась и шевелила стволом.

Несмотря на грозный вид, земляне понимали, что огневая мощь судна была практически нулевой - турель предназначалась для стрельбы по ракетам и торпедам. Небольшой калибр и скромный боезапас ограничивали применение этого вооружения. Алекс не собирался воевать на "Хомяке" - брони кораблик не имел и пузырь кабины пробивался насквозь одной очередью.

Модификация-торпедоносец заметно отличалась от инженерного судна и имела рубку, смещенную к двигателю. Усиленная пластинами передняя часть и два бронированных контейнера для торпед вместо лап-захватов немного повышали живучесть корабля. Несколько башенок и курсовое орудие среднего калибра давали возможность эсминцу огрызаться. Алекс видел такие суда в продаже, однако знал, что оширский флот давно отказался от них, используя корветы моделей "Уршус" и "Уршан".

Закончив с модернизацией "Хомяка", земляне двинулись в направлении шлюза. Инженер собирался озадачить искин расчетом улучшения своего кораблика. У него были кое-какие мысли по этому поводу. Теоретически, мощности реактора должно было хватить, чтобы установить на верхнюю часть медленную, но мощную двуствольную пушку "Маш-4". Из такого орудия можно было вести прицельный огонь на средних дистанциях.

Алекс почувствовал легкое головокружение - носитель вышел из прыжка в системе ХТ-12.59.