Чтение онлайн

С нежным румянцем на щеках, с выбившимися из гладкой прически волнистыми прядями шелковистых волос она была настолько соблазнительной, что Тому пришлось призвать на помощь всю свою волю, чтобы подавить искушение обнять и поцеловать ее.

Нынешние обстоятельства и так могли нанести серьезный урон репутации Джейн. Доктор же больше всего боялся, что своим присутствием он создаст девушке новые трудности, вместо того чтобы стать опорой и защитой. Сможет ли он оправдать ее доверие? В конце концов, он всего лишь человек из плоти и крови, а она – красивая молодая девушка, необыкновенно женственная и привлекательная.

Усилием воли Том окончательно подавил в себе, закипевшую было страсть. Чтобы отвлечься от греховных мыслей, он попросил девушку рассказать о ее жизни в родовом имении в Кенте.

Поскольку Джейн происходила из знатной и баснословно богатой семьи, логично было бы предположить, что ее детство было счастливым и безоблачным. Но чем больше Том слушал, тем больше убеждался в том, что в родительском доме Джейн было очень одиноко, отчего ее лучшими друзьями стали молодые служанки, с которыми она общалась на кухне или под лестницей. Этим и объяснялась ее способность говорить с людьми, не придавая значения их положению в обществе. Он не раз замечал, с какой легкостью она разговаривала со слугами в имении своей кузины.

– Вы прекрасно готовите, – заметил Том, подкладывая себе омлет и беря третий рогалик.

Его комплимент вызвал у нее смущенную улыбку.

– К сожалению, у нас дома теперь повар-француз, который никого не подпускает к плите, но когда-то у нас была местная повариха, которая и научила меня готовить.

– Я слышал, ваши брат и сестры намного старше вас?

– Да, у моих родителей уже было четверо детей, как вдруг родилась я. С самой младшей из сестер у меня разница в десять лет. Я их всех очень люблю, но…

– … но они до сих пор продолжают относиться к вам как к маленькой девочке. Наверняка это порядком раздражает вас, – закончил за нее Том.

– Верно, – подтвердила Джейн, но, вспомнив все, что с ней случилось, решила, что родственники не зря стремились опекать ее.

Не то чтобы она была очень расстроена случившимся – это происшествие внесло свежую струю в однообразие ее жизни, но она чувствовала себя виноватой перед Томом: из-за нее он получил ранение, из-за нее Саймон Ферфакс стал теперь его заклятым врагом. Думала ли она, беззаботно живя в Найтли-Холле, что именно этот человек, каждым словом и жестом вызывавший у нее раздражение, в трудную минуту придет ей на помощь!

– Что мы говорим все обо мне и обо мне! Расскажите что-нибудь и о себе, – предложила Джейн.

От кузины Джейн знала, что Том рано потерял родителей, и его воспитала бабушка Элизабет, которую он любил и уважал. Его мать происходила из зажиточной семьи и, выйдя замуж, принесла довольно хорошее приданое, что позволило отцу Тома открыть свою аптеку в самом центре Бристоля.

Том рассказал, что он до сих пор поддерживает отношения с родственниками по материнской линии – с дядьями и тетками, кузинами и кузенами, но о родне своего отца он не сказал ни слова. Джейн нашла это довольно странным.

– Ваш отец был единственным ребенком в семье? – поинтересовалась она.

– Да. К сожалению, родители моего отца умерли еще до моего рождения.

– А ваш дедушка тоже был аптекарем? – спросила Джейн.

– Нет, он был священником. Я думал, что Элизабет рассказала вам о родителях моего отца, – недоуменно заметил Том.

Джейн в ответ только покачала головой, и Том решил рассказать ей об истории почти полувековой давности.

– Мой дедушка, Персиваль Кэррингтон, как я уже сказал, был священником. Ему предложили приход в Норфолке, и он согласился. У его покровителя, хозяина самого богатого имения в округе, было три дочери, и мой дедушка без памяти влюбился в старшую из них. Вскоре они тайно обвенчались. Узнав об этом, отец лишил ее наследства, оставив без средств к существованию и запретив встречаться с родными. Молодые переехали в Глочестершир, где жили в беспросветной нищете. Моя бабушка умерла через год после рождения моего отца – молодая женщина, привыкшая жить в роскоши, не вынесла тяжелой жизни, полной страданий и лишений.

Джейн молча слушала, перебирая в памяти своих знакомых в графстве Норфолк.

– А как девичья фамилия вашей бабушки? – спросила она.

– Дэвенхем, – последовал короткий ответ.

– Правда?! – воскликнула Джейн, удивленно подняв брови. – Тогда понятно, почему вы до сих пор не упомянули о своем родстве с маркизом Фенчемом! Он крайне заносчивый и неприятный человек, да и маркиза не намного лучше. Что касается их отпрысков, то все они пошли в своих родителей. Обещаю вам, что никому не скажу о вашем родстве с этой семьей.

Том с минуту молчал, потом запрокинул голову и разразился гомерическим хохотом. Характеристика, которую Джейн дала маркизу и его родственникам, полностью совпадала с его собственным представлением об этой семье.

– Временами вы изумляете меня до глубины души! – воскликнул Том.

– Может, я была слишком резкой в выражениях, но я действительно на дух не переношу это одиозное семейство, – ответила она.

– Не извиняйтесь, моя дорогая девочка! Вы как солнечный лучик в ненастный день! – воскликнул доктор, в смятении чувствуя, что его железная воля слабеет, и он вот-вот бросится к леди Джейн и заключит ее в объятия. – Должен заметить, что этот дом слишком роскошен для простого дровосека, – проговорил Том с сомнением в голосе.

– Я тоже так думаю, – согласилась Джейн, передавая ему кофейник. – Выпуская сегодня утром кур и уток, я наткнулась на сарай, забитый креслами, стульями и столами. Скорее всего, хозяин не дровосек, а краснодеревщик. Но только где он – неизвестно.

– Надеюсь, он скоро вернется.

– Знаете, когда я гуляла по лесу…

– Что?! – взревел Том. – Вы что, с ума сошли? А если бы вы наткнулись на Саймона Ферфакса? Что тогда?

Отпив глоток кофе, Джейн спокойно продолжила:

– Я не настолько легкомысленна, как вы думаете. Прежде чем выйти из дома, я вооружилась. – Она кивнула на кухонный стол, на котором доктор заметил драгунский пистолет. – Мне кажется, хозяин этого дома воевал и сохранил оружие на память о войне. Пистолет в прекрасном состоянии.

Теперь Том смотрел на нее со смешанным чувством удивления и уважения.

– Вы хотите сказать, что умеете обращаться с оружием?!

– Конечно! Мой брат научил меня стрелять из охотничьего ружья и пистолета. Я не раз сопровождала его на охоте. Отец гордился тем, что хоть одна его дочь умеет метко стрелять. Понимаю, вы, как доктор, не в восторге от мысли, что я могла кого-нибудь покалечить, но уверена, Саймон уже далеко отсюда. Он наверняка прибрал к рукам мои деньги, одежду и шкатулку с драгоценностями. Да, совсем забыла… – Джейн опустила руку в карман передника и вынула овальную брошку – несколько жемчужин в изящной серебряной оправе. – Сегодня я подметала пол и нашла вот это. Наверное, ее потеряла хозяйка дома.

– Эта моя брошь, – неожиданно проговорил Том. – Она принадлежала моей бабушке. Несчастная женщина была вынуждена продать все свои драгоценности, но эту вещицу оставила на память о своем благополучном прошлом. Иногда я скрепляю этой брошью свой шейный платок – как вчера, когда собирался в гости к сэру Уильяму Денту…

Его слова вернули Джейн к печальной действительности – Том не может передвигаться ни пешком, ни верхом из-за раны, которая от нагрузки может снова открыться. Придется ей завтра же найти кузнеца, чтобы тот подковал лошадь, а потом поехать в город и нанять карету.