Чтение онлайн

— Почему ты продолжаешь об этом напоминать? — Она была совершенно уверена, что очевидно, насколько ей это неприятно! — Я не твоя вещь, чтобы меня трогать, и тебе не стоит постоянно напоминать человеку, что он обмочился!

Она была почти уверена, что это было не только «обмочился», но не осмелилась произнести это вслух.

— Почему нет? Разве это не нормальная человеческая функция?

Ее губы приоткрылись от шока.

— Ты тупой или что-то вроде того?

— Да. — Он схватил себя за морду сбоку и потер ее, прежде чем посмотреть в сторону. — Мне говорили, что я тупой.

Делора закусила губу, чтобы промолчать. Кто-то сказал ему это? Она не знала, почему нашла это одновременно жалким и смешным.

— Слушай, это потому, что я не хотела этого делать. Просто… перестань об этом говорить. Я бы предпочла забыть.

— Хорошо, тогда не буду.

Она вернулась к еде, сердито грызя морковь. Закончив со всем, что могла съесть из миски, она поставила ее рядом с собой.

Сумеречный Странник подтолкнул ее обратно к ней.

— Тебе нужно поесть еще.

— Я не могу это есть. Зачем ты вообще дал мне сырой лук и картофель?

Получив отказ, он опустил руки в гнездо, чтобы забрать миску. Он взял луковицу и поднес её к отверстию на морде, где должен был быть нос, понюхал, а затем чихнул, словно запах раздражал его чувства.

— Есть определенные продукты, которые нужно готовить, чтобы люди могли их есть?

Делора пришла в ужасное смятение. У неё не было воли к жизни, откуда у неё останутся силы в сердце учить существо азам своего вида?

— Да, — пробормотала она, прежде чем лечь, так как все еще чувствовала слабость. Еда отняла у неё всю энергию, но ей, по крайней мере, стало лучше. Она перевернулась, повернувшись к нему спиной. — Я устала. Я бы хотела еще поспать.

Просто моё дерьмовое везение. Я наткнулась на одного из немногих Сумеречных Странников, который предпочтет спасти человека, чем убить его. Конечно, так и должно было случиться. Почему жизнь должна быть к ней легка?

Она никогда раньше не была милосердной.

Безымянный уставился на спину человека, склонив голову набок.

Я думал, она будет благодарна. Он надеялся, что она будет. Всякий раз, когда Орфей делал что-то для Реи, она тянулась к нему с ласковым прикосновением к его морде или дарила ему улыбку.

Эти улыбки были гипнотическими даже для Безымянного. Он надеялся, что эта женщина подарит ему такую, чтобы он мог увидеть, каково это — получить улыбку. Вместо этого она выглядела несчастной, а темные круги под глазами, которые он поначалу принял за синяки, не исчезли.

Может быть, когда ей станет лучше, она улыбнется мне. Требуется ли людям энергия, чтобы чувствовать положительные эмоции? Я так мало знаю о них.

Его взгляд скользнул к ней, лежащей в его гнезде, свернувшись калачиком в его мехах, поверх его перьев, одетой в одну из его рубашек. Ее полные, фигуристые бедра привлекли его внимание просто потому, что они ощущались гладкими и мягкими под его прикосновением, когда он мыл и переодевал её.

Во многом она отличалась от него — по сути, всем, с головы до пят. Маленькие пальчики на ногах, которые ему было любопытно потрогать с тех пор, как он увидел, как они шевелятся. Шевелятся!

Он посмотрел вниз на свои собственные копыта. Они были похожи на оленьи, только трехпалые — они лишь недавно превратились из двупалых в трехпалые после последнего человека, которого он съел. Он попытался пошевелить ими, но, увы, они едва двигались, так как ему все еще не хватало полной ловкости.

Желтый цвет радости просочился в его зрение. Ее глаза были как древесная кора. Они были такими насыщенными и хранили в себе определенную силу. Безымянный находил много сокровищ в грязи, и он гадал, сколько еще он увидит в ее глазах цвета корицы.

Его сферы стали ярко-желтыми, обозначая его радость.

Она не боялась меня! Ни разу он не почувствовал запаха ее страха и не ощутил дрожи, пробегающей по нему. Моя собственная самка. Та, что не боялась, могла смотреть на него и не беспокоилась о том, чтобы покинуть его гнездо или пещеру.

Безымянный подождал, пока она по-настоящему уснет, ее дыхание станет неглубоким и ровным, каким оно было в последние несколько дней. Затем он медленно опустил руку в гнездо и наклонился, чтобы понюхать её волосы сзади и вдохнуть ее аромат.

Он закрыл глаза, позволяя запаху наполнить его чувства.

Он осторожно поднял другую руку и использовал самый кончик когтя, чтобы убрать волосы за её ухо и увидеть ее лицо. Ему было все равно, что она не улыбалась, что у нее были темные круги под глазами и растрепанные волосы.

Она была прекрасна со своими черными волосами, похожими на его мех — ему нравилось, что у них была общая черта. Ее карие глаза были как расплавленные, а ее слегка загорелая кожа выглядела аппетитной, так, как он никогда раньше не испытывал. Он подумал, что ей будет удивительно удобно прижиматься к его твердому телу.

Означает ли «не трогать», что я не могу и обнимать? Он хотел знать, каково это — чувствовать тело другого, прижатое к своему. Он хотел укрыть ее своим теплом, своим запахом, своим телом и полностью защитить ее от всего, что было за его пределами.

Я сильный, — подумал он с уверенностью, отступая назад, чтобы начать собирать выпавшие перья в гнезде и класть их на нее. Я могу защитить.

Перья выпали из его тела и были пропитаны его запахом. Пока что они сгодятся, чтобы скрыть ее собственный.

Я должен обезопасить ее.

Насколько мог тихо со своими цокающими копытами, он передвигался по своей маленькой пещере, взяв с земли большую миску и зачерпнув ею из мешка с солью.

Он проверил соляной круг, наблюдая за четырьмя Демонами, которые продолжали топтаться вокруг его дома, ища самку внутри него. Они избегали его, переходя на другую сторону круга, но отказывались уходить, гремя, рыча и воя.

Я должен избавиться от них. Безымянный знал, что не может допустить, чтобы они здесь ошивались.