Чтение онлайн

Он всегда заботился о том, чтобы она была надежно устроена в его объятиях.

— Зачем ты кладешь меня сюда? — спросила Делора, когда он осторожно опустил её на меха в середине гнезда, поджав ей ноги так, чтобы она сидела на коленях.

— Ты чуть не упала, — ответил он, заставив её щеки вспыхнуть от смущения.

Она не могла поверить, что от простого прикосновения Сумеречного Странника у неё подкосились ноги. Кажется, я даже простонала! Ей захотелось закрыть лицо от стыда.

Однако Магнар тоже забрался в гнездо и сел прямо перед ней, скрестив ноги. Прежде чем она успела остановить его, он потянулся вперед, чтобы схватить несколько прядей её волос и перекинуть их через плечо, чтобы рассмотреть.

— Твои волосы прекрасны. — Он наклонился вперед, чтобы понюхать кончики. — Мне нравится, что они черные. Что твоя окраска похожа на мою.

Его комментарий заставил её посмотреть на черноту как своих волос, так и его руки. Мех, покрывающий его тыльную сторону, спускался до запястья, прежде чем исчезнуть под рукавом рубашки. Он все равно казался темнее, почти с синеватым отливом, но она перестала сравнивать и просто наблюдала за его рукой.

Она была огромной и принадлежала тому, кого любой назвал бы монстром. Но Магнар использовал эту самую руку, чтобы защитить её, использовал эти смертоносные когти, чтобы касаться её так нежно, что она дрожала от прикосновения.

Поэтому, когда он прижал её к боковой стороне её шеи и лица, окутывая таким желанным теплом, Делора не отстранилась.

Она вздрогнула, когда он провел большим пальцем по её щеке, и коготь чуть не ткнул ей в глаз.

— Твоя кожа шелковистая.

Часть её всегда знала, что он хочет прикоснуться, но она отвергала его до этого момента, потому что находила эту идею отвратительной. Больше нет.

— М-можешь быть осторожнее с когтями? — взмолилась она, когда он коснулся её щеки во второй раз, и ей пришлось быстро зажмуриться, иначе он ткнул бы её в глаз.

— Мне можно будет трогать больше, если я сделаю так?

Он отдернул руку, и его когти втянулись. Она не знала, что он так умеет.

— Да. Пока ты не причиняешь мне боли, я не против, если ты будешь трогать.

В конце концов, что в этом плохого? Как она и сказала, если он не причинит ей боли, она не видела, чем это может закончиться плохо. Она была человеческой женщиной, а он — мужчиной-Сумеречным Странником — насколько она могла судить — но она сомневалась, что он поймет, для чего предназначены некоторые части её тела. Секс или интимные игры с ним казались маловероятными, или, скорее, по крайней мере, инициированными им.

Его парящие сферы стали желтыми от того, что, как она поняла, было радостью.

— Я никогда не причиню тебе боли, Делора.

Он начал ласкать части её лица. Он начал со щеки, затем его большой палец прошелся по бровям по направлению роста волос, а затем, странным образом, в противоположную сторону. Его прикосновение было нежным, он почти щекотал её губы, и это место его заворожило.

Он проводил по более полной нижней губе снова и снова. Это было почти так, как делает любовник, когда хочет поцеловать, но сопротивляется желанию и вместо этого пытается соблазнить другого сделать этот шаг.

Пока он это делал, она не могла оторвать от него взгляда. Её глаза были расфокусированы, пока она думала.

Я только что поняла, что у меня, вероятно, больше не будет секса. Делора не была в восторге от своего прошлого опыта с Хадитом, но было несколько раз, в основном в начале, когда она получала удовольствие.

Как только Хадит обнаружил, что она не может кончить просто от пары вялых толчков члена, он обленился и думал только о себе. Она доводила себя сама, когда его не было рядом, чтобы удовлетворить свои желания.

Это только заставляло её чувствовать себя еще более одинокой.

Она не могла решить, испытывает ли облегчение от того, что ей больше не придется через это проходить, или разочарование. Может, это был и не лучший секс, но это был секс с кем-то, связь с другим, где целью было удовольствие.

Её зрение снова сфокусировалось на Сумеречном Страннике перед ней, который только что провел большим пальцем по изгибу её носа, прежде чем пощекотать ресницы с одной стороны. Затем её глаза проследили за его рукой, или, скорее, за его пальцами.

Они такие длинные… и толстые. Теперь, когда она знала, что его когти втягиваются, они могли проникать в места, о которых она не думала, что это возможно. Всего два пальца были бы больше, чем члены большинства мужчин.

Её лицо начало гореть, особенно когда она почувствовала, как сжались её внутренние мышцы, и ей пришлось сдвинуть бедра. Она не могла поверить, что играет с мыслью о том, как он, Сумеречный Странник, трахает её пальцами!

О, Боги. Что со мной не так?

Погруженная в свои шокирующие мысли, она не заметила, что его рука скользнула вниз, пока он не сжал одну из её грудей.

Делора вздрогнула. Затем она схватила его за запястье, чтобы остановить; её лицо так горело и пылало, что она боялась, что голова сейчас взорвется. Её разум, который думал вовсе не невинно, не мог вынести того, что он трогает интимное место прямо сейчас! Она знала, что рано или поздно он доберется туда, но не думала, что её мысли о нём будут такими, когда это случится.

Её соски затвердели и стали ещё более чувствительными, чем раньше.

— М-можешь пока потрогать где-нибудь в другом месте?

Он озадаченно склонил голову набок.

— Почему? — Затем ему хватило наглости поднять вторую руку и взять другую грудь, полностью взвешивая её тяжесть в своей ладони. — Мне нравится это место. Оно мягкое.

Чтобы продемонстрировать это, он сжал обе груди, и они податливо заполнили пространство между его пальцами.

— А, потому что…

Как Делора должна была объяснить, что её грудь — это интимное место на теле, не вдаваясь в подробности о том, что это значит?

— Ты тоже можешь потрогать меня здесь, — предложил он, хватая её за руку и прикладывая к своей груди.

Его грудь была сильной и упругой, налитой твердыми мышцами. Её разум отключился и перестал думать о том, почему положение его рук было неразумным, когда она сжала его грудную мышцу — с одобрением.

Хадит был мускулистым, так как большую часть жизни проработал городским стражником, но тело Магнара было плотным, словно его худощавое сложение скрывало силу до тех пор, пока к нему не прикоснёшься.