Чтение онлайн

Я пытаюсь взять себя в руки, чтобы не спотыкнуться, но колени дрожат. Успокойся. Ты сбежишь. Ты больше туда не вернешься.

– Так что?

Ради бога. Я оборачиваюсь к ней.

– Что ты хочешь знать?

Они кивком указывает на мою шею.

– Твоя?

Я сужаю взгляд.

– Ты не замечаешь, что я в паре секунд от того, чтобы прыгнуть и вцепится тебе в глотку?

Она отмахивает рукой от груди.

– Ох, я бы предпочла не трогать шею.

Может если я перестану обращать на неё внимание, она уйдет? Я продолжаю идти вокруг дворца и, наконец, достигнув другой стороны, я вздыхаю. Никого нет. Я осматриваюсь, подхожу ближе к краю и всматриваюсь во тьму внизу.

– Ты всё ещё смотришь туда, - я стискиваю зубы от звука её голоса. Что ж, это не работает.
– Если ты не собираешь прыгать, есть ли там что-то необходимое тебе? Что-то потеряла?

– Если ты так хочешь знать, - язвлю я, - я пытаюсь найти выход с этой чертовой платформы.

– Это хорошо, я боялась, что ты потеряла что-то важное, и нам придется искать это на дне моря.

Спустя доли секунды платформа фейри оказывается прямо передо мной, она хватает меня за запястье и дергает к себе. Я шагаю вперед, протестуя. Прежде чем я успеваю что-либо предпринять, наш крошечный обломок скалы отодвигается от платформы, плавно передвигаясь к центру разлома.

– Что, черт возьми, ты творишь?

Фейри молча подносит палец ко рту и, быстро облизав его языком, поднимает в воздух.

– Ищу ветер. При правильных условиях я смогу открыть портал между мирами незаметно, - на её лице мелькнула улыбка, - это дар.

Я сужаю взгляд.

– Так ты сестра Киарана.

И ты совершенно “не в себе”.

– Хмм?
– она сконцентрирована на другом, её взгляд мечется из стороны в сторону.
– Должно быть ты ошиблась. Я сестра Кадамаха. Этот Киаран - одно беспокойство.

Чёрт побери!

— Киаран. Это. Кадамах.

– Ах, - всё ещё сконцентрирована на воздухе, она шевелит пальцем, словно пытается уловить ветер.
– Что же, тогда этим можно объяснить то, что ты всё ещё упоминаешь это имя, - в её голосе читается безразличие.
– Я Эйтиннэ. А ты, должно быть, Охотница, которую я так давно ищу. Приятно познакомиться.

Я наконец-то заметила некоторые сходства Киарана с Эйтиннэ: сверкающие темные волосы, бледная кожа, сияющая, словно лунный свет. И глаза, с разным цветом, но схожим взглядом. Она изгибает бровь так же, как и Киаран.

Ради Киарана, и за себя тоже, я должна быть благодарной.

– Я рада, что ты смогла выбраться из той ловушки, - ляпнула я, не подумав. И сразу же пожалела о сказанном.

Я заметила, как она замерла, как ее сосредоточенность падает, и свет её глаз начинает увядать.

– Да, - её голос едва слышен, - я смогла, - я наконец-то встречаюсь с ней взглядом. Она внимательно осматривает мои всё ещё кровоточащие шрамы.
– И ты сможешь.

Теперь ты по себе знаешь, каково это - чувствовать себя беспомощным.

Но в отличие от Эйтиннэ, в моей тюрьме не было тысячи пытающих меня фейри. Я никогда не забуду слов Лоннраха: “Это твой драгоценный Киаран заключил нас здесь. Он и его сестра”.

Она была в заключении две тысячи лет в окружении врагов, без возможности на побег. Мне даже страшно подумать о том, что она пережила.

Под моим пристальным взглядом Эйтиннэ тяжело вздыхает и внимательно смотрит. Спустя мгновение, она нарушает тишину.

– Здесь я не смогу открыть портал. Ветер дует в неправильном направлении, и у нас нет времени на ожидание, - она прижимает ладонь к поверхности платформы, - Мы должны его найти.

Она говорит загадками, и я с трудом понимаю.

– Что найти? Ветер?
– или может здравый смысл? Я начинаю верить, что лишилась какой-то части после всего. Эйтиннэ указывает на что-то позади меня, и я оборачиваюсь. О боже…

Наверху скалы растянулся лес. Пожалуй, один из самых темных и густых, которых мне только приходилось видеть. Деревья расположены так плотно друг к другу, что солнечные лучи не проникают сквозь ветви. Тьма внутри скрывает от взора абсолютно всё. Черные стволы деревьев тянутся высоко в небо, словно башни, весь лес обволакивает густой туман.

Я едва могу защитить себя, а она предлагает пойти туда?

– Чёрт!
– бормочу я.
– Не могла бы ты открыть портал где-то в другом месте?

– Я могу открыть его где угодно, - в её голосе нет и нотки страха, она явно не разделяет моего беспокойства, - но, если мы не хотим армию Лоннраха, идущую по пятам, мы должны пойти туда. Там меняется ветер.

Потом я поняла, что Эйтиннэ поднимает нашу платформу вверх, мимо оставшихся камней и зданий. Она движется всё выше и выше, пока не достигает края скалы. Отсюда можно разглядеть лес куда лучше.

Впрочем, вблизи он ещё более устрашающий. По крайней мере, издалека невозможно было заметить, что даже деревья могут смертельно ранить: ветви, острые словно шипы, торчали во всех направлениях, словно ножи, порез которых может стать фатальным. Сверкающие и гладкие, как отполированный халцедон. Но, несмотря на их блестящую поверхность, они не пропускали свет.

Достигнув самого края скалы, Эйтиннэ ждёт пока я сойду. Моя обувь касается почвы, гладкий, идеально вырезанный и отполированный камень блестит под ногами. Возможно, это алмазы. В любое другое время, я бы остановилась, чтобы полюбоваться ими. Вместо этого я с ужасом смотрю на деревья.

– Что бы ты не делала, не отставай, - произносит Эйтиннэ, аккуратно двигаясь вперёд.
– Ruaigidh-dorchadas. Во тьме скрываются существа, которых тебе лучше и не встречать. Понимаешь?

– Вообще-то, нет, - мне кажется, что из этого леса мне не выбраться живой. Это сильно пугает.

Эйтиннэ выпрямляется.

– На самом деле это несложно, - она окидывает взглядом острые ветви.
– Постарайся выжить. Не доверяй темноте. Легко. Я никогда не пойму, как люди сумели выжить от каменных пещер до нынешнего времени, не зная этого.

Её слова задели меня, но разве я и сама об этом не думала? Я до сих пор поражаюсь людям, которые когда-то были на грани исчезновения из-за фейри: как можно было затуманить свой разум детскими сказками? Половина всех историй полнейший нонсенс, остальная часть - откровенная чушь. Человеческая глупость поистине поражает.

– Люди помнят фейри только благодаря сказкам, - шепчу я, прислушиваясь к свисту ветра между каменными деревьями, - они больше не верят в них.

Эйтиннэ молча изучает меня, черты её лица на мгновения смягчаются, словно от жалости, но это быстро исчезает.