Чтение онлайн

Роберт молча смотрел на отца.

Барон повернулся ко мне.

— Мне очень жаль, Дакс, что ничем не могу помочь тебе. Надеюсь, ты достаточно хорошо меня знаешь, чтобы поверить, если я скажу тебе: будь у меня малейшая возможность, я бы предоставил тебе всю необходимую информацию.

— Я верю вам, сэр. Барон поднялся.

— Мне пора. Нет, не нужно вставать. Всего доброго, Дакс...

— Всего доброго, сэр. Барон повернулся к сыну.

— Роберт, — проговорил он негромко, — старый дурак — это еще не самое худшее. Куда опаснее дурак молодой, который уверен в том, что ему больше нечему учиться. Тебе нужно учиться слушать.

— Я все слышал, — немногословно ответил Роберт, — и ответ мой останется прежним!

— Значит, ты услышал не все. Я, например, хорошо помню, как Дакс сказал, что не будет тебя ни к чему подталкивать, если ты добровольно изменишь свою позицию. Насколько я его знаю, это может значить только одно, а именно: он в состоянии принудить тебя дать ему эту информацию вне зависимости от того, хочешь ты этого или нет.

Роберт бросил на меня быстрый взгляд, лицо его покраснело, и тут же отвел глаза в сторону.

Мягким жестом барон положил ему на плечо руку. — Сынок, принимая во внимание то, чем ты или, вернее, мы обязаны Даксу, не будет ли более разумным чуть расширить твое понятие о так называемой этике? Дав Другу то, в чем он нуждается, ты избавишь его от неприятной неизбежности превратиться в твоего врага.

В полном молчании мы с Робертом следили за тем, как барон пробирается между столиками к выходу. Затем взгляды наши скрестились.

— Отойдя от дел, отец стал мягким и сентиментальным, — Роберт деланно рассмеялся. — Как, собственно, и следует в его возрасте.

Внезапно я разозлился, и то, что Роберт сказал только что о своем отце, лишь подстегнуло меня. Как же так получилось, что человек, знающий так много, почти ничему не научился?

— Боюсь, что последующие минуты смогут и тебя состарить, — произнес я с усмешкой.

— Брось, Дакс! — Роберт расхохотался. — Такими штучками ты мог одурачить моего отца. Но уж не меня. Мне виднее!

— Вот как? — мстительно спросил я. — Тогда тебе должно быть абсолютно все известно и о компании «Грузовые перевозки де Койна»?

— Естественно. Она была создана для доставки грузов в Кортегуа. Это составная часть наших былых инвестиций, и ты сам хорошо об этом знаешь. От имени Кортегуа документы подписывал не кто иной, как твой отец.

— И компания все еще принадлежит банку?

— Нет.

— Кто же является ее владельцем?

Вновь на губах Роберта появилась усмешка.

— Этого я сказать тебе не могу. После того, как в течение ряда лет мы не испытывали в ней нужду, она была продана. По соглашению с новыми ее хозяевами, мы выступаем в качестве их доверенных лиц. Сделка полностью соответствует действующему швейцарскому законодательству.

— В таком случае в глазах постороннего человека владельцами по-прежнему являетесь вы, неся всю полноту ответственности за деятельность компании?

— Да. — Я заметил, как по лицу Роберта пробежала тревожная тень. — Такова общепринятая практика, но каждому известно, что это всего лишь юридическая увертка.

Я неотрывно смотрел на Роберта, усиливая тем самым его чувство тревоги.

— Полагаю, тебе также известен характер нынешней деятельности компании?

— В общих чертах, — уклонился он от прямого ответа.

Я вытащил документы, которые передал мне Брауншвейгер, и небрежно уронил их на столик. Сейчас я действовал так же осторожно, как игрок на бильярде перед решающим ударом.

— Тогда, видимо, это следует понимать так, что банк де Койна не имеет ничего против того, чтобы выступать в качестве доставочного агента по оружию, изготавливаемому на бывших заводах фон Куппена в Восточной Германии?

Лицо Роберта приняло землистый оттенок.

— Что... Что ты хочешь сказать?..

— Взгляни на эти бумаги.

Роберт взял в руки копию контракта, подписанного, с одной стороны, правительством Восточной Германии, а с другой — швейцарской компанией «Грузовые перевозки де Койна». На лбу его выступили капельки пота. Рот приоткрылся. Да, никто бы ему не позавидовал в эту минуту.

Но во мне не было к нему ни капли жалости. Своей собственной глупостью он заслужил это сполна. Барон был прав: лучше бы мы договорились обо всем, оставаясь друзьями. Подобная информация могла погубить банк де Койна как ничто другое. Нам обоим было ясно, что никакие оправдания банку не помогут.

— Ты оказался не таким дальновидным, Роберт, каким привык себя считать, — сказал я.

Этим же вечером самолетом были доставлены из Швейцарии необходимые бумаги, и вместе с Робертом мы провели в его кабинете полночи, разбираясь в них. Когда я уходил, мой кейс был набит документами до отказа, я уносил с собой всю историю грязной сделки. И это было еще не самое худшее. В центре ее, подобно гигантскому осьминогу, помещался Марсель, протянувший во все стороны свои отвратительные щупальца.

Утром я позвонил Марлен, чтобы попрощаться.

— Ты уже уезжаешь?

— Звоню тебе из аэропорта.

— Мне очень жаль, что газеты устроили такую шумиху, Дакс. Надеюсь, она им не поверит.

— Это не имеет значения. — Я и в самом деле так думал. Слишком уж далеко разошлись мы с Беатрис. — И в любом случае, это не по твоей вине, Марлен.

— Ведь все было хорошо, правда, Дакс? — дрогнувшим голосом спросила она. — Я хочу сказать, между нами двумя?

— Да, Марлен.

Она помолчала, а когда заговорила вновь, я едва мог расслышать ее ставший вдруг очень низким и тихим голос.

— Ауфвидерзеен, Дакс. Береги себя.

— Всего доброго, Марлен.

Проходя через одно из помещений консульства, я наткнулся на лейтенанта Хиральдо. Я остановился, а он вскочил, вытянувшись передо мной в струнку.

— Ваше превосходительство!

— Лейтенант Хиральдо, — я протянул ему руку. — Не ожидал встретить вас в Нью-Йорке. Мы обменялись рукопожатием.

— Я и сам этого не ожидал. Во время войны в Корее я учился на пилота в ВВС США. И вдруг меня совершенно неожиданно послали на переподготовку.