Чтение онлайн

– Ваш билет, девушка, покажите ваш билет, – слегка дотронувшись до моей руки, сказал контролёр. Я протянула ему билет, он проверил и ушёл для дальнейшего осмотра. В моём купе находилось три человека: женщина лет пятидесяти, молодой человек и я. Парень всё время лежал на верхней полке и время от времени спускался по нужде, женщина читала книгу и как будто никого не замечала. Мы друг другу не мешали разговорами, поэтому я снова погрузилась в воспоминания.

В Геленджике мы провели месяц. Я постоянно нервничала и переживала из-за пристрастия мужа к спиртному. Он специально не поставил очередной укол, чтобы насладиться изобилием южного вина. Жили мы в домике, который своим видом напоминал большой сарай. В зале расположились родители, а мы устроились на раскладушках в соседней узкой и тёмной каморке без окон. Нам не нужно было платить за жильё, поэтому это всех устраивало. От нашего домика море находилось в 200 метрах. В летней кухне свисали грозди винограда разных сортов.

Каждый день мы ходили на море в бухте в Голубом заливе, и я купалась очень долго. На каменистом пляже всегда теснились отдыхающие. Вода там, в отличие от городского пляжа, была голубая и прозрачная.

Однажды, после насыщенного дня на море, я не могла уснуть, ворочалась с одного бока на другой. Среди ночи я заметила, что у меня нет цепочки с крестиком на шее. Я мысленно прокрутила день и поняла, что потеряла цепочку на пляже.

Утром решила идти на море искать пропажу. Никто не верил, что я найду цепочку в камнях, которыми был усыпан берег. Но моя решимость не смогла меня удержать. Я подошла к тому месту, где накануне сидела на камне, и увидела, что на поверхности его лежит аккуратно разложенная цепочка с крестиком. Я была счастлива от такого чуда.

Повенчаться с мужем нам так и не удалось. Мы вернулись в свой город. Я каждый день думала о монастыре и обете, и должна была выполнить обещание, данное Богу. В храм я приходила чаще прежнего. В 6 утра просыпалась каждый день, читала утренние молитвы, а вечером без молитвы не ложилась спать.

В декабре я решила съездить в храм Покрова Божией Матери, где меня крестили в детстве. Мне нужно было исповедоваться и причаститься. Я постилась несколько дней, потом прочитала правило, а утром поехала в храм. На исповеди я каялась в грехах всей своей жизни, которые помнила, а слёзы мешали мне это делать. Батюшка пытался меня отговаривать, когда услышал о желании уйти в монастырь, он объяснял мне, что есть возможность спасаться в миру, служа ближнему.

Он благословил меня на причастие, и я, умываясь своими слезами, принимала Святые Дары первый раз через 18 лет после крещения. После этого я серьёзно приняла решение готовиться к уходу в монастырь. Сейчас я понимаю, что все эти решения были какой-то мнимой заслонкой, которая помогала мне воспринимать жизнь реально. Мне подсознательно хотелось сбежать от проблем с мужем, но признаться себе я никак не могла, потому что не осознавала это умом. Этот факт был завуалирован для мозга, но открыт для души.

Я совсем не представляла, какие в России имелись монастыри, я не знала ничего о монашеской жизни. Интернет в то время был недоступен, поэтому не было источника информации.

Однажды к нам в гости пришёл друг мужа, и мы затронули тему монастыря. А друг радостно сказал:

– У меня мама – монахиня. Уже много лет живёт в монастыре со своей родной сестрой схимницей. Это в Калужской области. У меня есть брошюра, в которой много фотографий о том месте.

Я очень обрадовалась и не могла дождаться, когда муж принесёт эту интересную для меня книжечку. Несколько дней я жадно изучала её, с интересом смотрела на все фотографии, где монахини в чёрных облачениях стояли с детьми приюта, думала тогда, что это дети монахинь, и они воспитывают их в приюте. Но это не останавливало моего намерения, оно только ещё больше разгоралось.

В конце брошюры я увидела самую важную информацию: схему проезда к монастырю. Маршрут оказался неблизким: около 2 суток до Москвы, а затем электричкой до места.

С момента, как я решила уехать, во сне творилось что-то непонятное. Мне снились кошмары, где какие-то девушки меня пугали, призывая отречься от Бога, то какое-то абстрактное зло пыталось меня уничтожить, если я не откажусь от Бога. Но каждый раз я чувствовала одиночество и всё время куда-то ехала. Но даже так я не могла отречься от Бога.

Я закончила зимнюю сессию и решила забрать документы из университета. Я выписалась из квартиры, а все свои вещи отправила сестре. Для монастыря оставила только чёрную юбку до колен и кофту. Муж заранее купил мне билет на поезд до Москвы.

Сказать о цели своей поездки родителям и родным я не могла, никто бы меня не понял. Маме и папе я написала письмо, бабушке и сестре придумала историю о поездке по важным делам. Я надеялась, что, когда родители получат от меня весточку, я уже буду на месте.

В моей зачётке стояли одни пятёрки, и декан факультета уговаривала меня доучиться до конца. Все с сожалением прощались со мной. Только муж был единогласен во всём. Меня даже начали посещать мысли, что ему хочется от меня избавиться для свободного питья пива. Укол делать он больше не хотел. Но мне было всё равно, я шла уже своей дорогой – выполнения обета, данного Богу.

Приближалось время отправления в путь. Отъезд совпал с Рождеством Христовым 7 января. Утром я позвонила бабушке, поздравила с праздником и с наступающим днём рождения. Потом попрощалась с родными по телефону и поехала…

Я очнулась от воспоминания. Поезд шёл быстро и почти без остановок.

«Пережив снова мысленно часть своей жизни, я не понимаю, что делаю. Всё двигается в совершенно противоположной струе. От всего может возникнуть паника, но этого не происходит. Меня не пугает неизвестность, как будто кто-то ведёт меня по этой дороге», – думала я.

Поезд приближался к Москве. Народ торопливо собирал вещи. Некоторые спали, не слыша суматохи. Нетерпеливые пассажиры пробирались к выходу. Поезд резко дёрнуло, и он остановился.

Я вышла из вагона и направилась к метро, чтобы переехать на другой вокзал. Через 30 минут я уже была у пригородной кассы на Киевском вокзале, но последняя электричка ушла 15 минут назад.

– Что же теперь делать? – подумала я.

Пришло решение переночевать в гостинице, а завтра посмотреть Москву и потом уже ехать в монастырь. В тот момент, когда я об этом подумала, услышала громкий призыв маршрутного такси. Человек из рупора оповещал о свободных местах до города, где находилась моя целевая точка.

– Малоярославец… Малоярославец, – кричал водитель.

Я села в маршрутку и через несколько часов была у стен монастыря.

9 января 2004 года в субботу я прошла сквозь монастырские ворота. По заснеженной тропинке с дорожной сумкой, которую я кое-как тащила рядом с собой, приближалась к колокольному проходу.

Навстречу мне шла серьёзная монахиня в очках, лицо которой было нахмурено. Я любезно спросила её:

– Подскажите, пожалуйста, где живут монахини Мария и Марфа?