Чтение онлайн

— Вы думаете, что он спасается бегством?

— Наверно, почуял, что дело плохо.

— Да, полагаю, такие разговоры про него идут, — кивнул Колгари.

— Слухов про ихнюю семью много гуляет, — заметила Морин. — Поговаривают, мой свекр давно уже положил глаз на свою секретаршу. Но, по-моему, если бы он надумал избавиться от жены, то скорее бы яду ей подсыпал, точно? Мужья, они ведь так обычно делают, верно я говорю?

— Чувствуется, что вы, миссис Клегг, видели гораздо больше кинофильмов, чем я.

— Я на экран-то не гляжу, — сказала Морин. — Когда работаешь в кинотеатре, фильмы жуть как приедаются. А вот и Джо!

Джо Клегг тоже удивился приходу Колгари и, по-видимому, не особенно обрадовался. Поговорили о том о сем, и Колгари наконец подошел к цели своего посещения.

— Не могли бы вы назвать фамилию одного человека и адрес? — попросил он.

Колгари аккуратно записал их в записную книжку.

На вид ей было примерно лет пятьдесят. Она была грузной и неповоротливой и, судя по всему, никогда не отличалась миловидностью. Хороши были только глаза: карие и очень добрые.

— Право, доктор Колгари, — испуганно пробормотала она. — Я уж и не знаю прямо, что вам сказать.

Он наклонился к ней, стараясь успокоить ее, разогнать тревогу. Ему хотелось, чтобы она почувствовала всю искренность его сочувствия и симпатии.

— Столько времени с тех пор прошло, — отговаривалась она. — И вообще… Некоторые вещи… тяжело вспоминать…

— Я прекрасно вас понимаю, — уверял ее Колгари. — И само собой, все останется между нами. За это я вам ручаюсь.

— Но вы ведь сказали, что собираетесь написать об этом книгу?

— Только описать определенный тип женщины, — уточнил Колгари, — весьма интересный с точки зрения медицины и психологии. И никаких имен. Просто мистер А., миссис Б. В таком духе.

— Вы ведь были в Антарктиде? — неожиданно спросила она.

Он удивился столь внезапной перемене темы, но подтвердил:

— Да. Участвовал в экспедиции Хейса Бентли.

Лицо ее залила краска. Отбежали назад годы. На мгновенье Колгари увидел в ней молоденькую девушку, какой она когда-то была.

— Я читала о вашей экспедиции… Меня всегда безумно интересовало все, что связано с полюсами. А тот, кто первый туда пришел, он ведь норвежец был. Амундсен[24] его фамилия? Я считаю, что полюса — это гораздо увлекательнее, чем Эверест[25], всякие спутники, полеты на Луну и прочие космические проекты.

Колгари воспользовался неожиданной возможностью расположить ее к себе и принялся рассказывать про экспедицию, дивясь про себя столь романтическому интересу этой женщины к полярным исследованиям. Наконец она со вздохом произнесла:

— Как приятно послушать человека, который сам там был. Так вы, значит, хотите знать про.., про Джеки?

— Да.

— И вы не назовете мою фамилию, и никаких наводящих подробностей?

— Ни в коем случае! Я уже вам объяснял. Вы же знаете, как пишут в такого рода книгах — миссис М., леди У, ни одной конкретной фамилии.

— Д-да, я читала такие книжки… Это, я думаю, было, как у вас говорится, пото.., пето…

— Патология, — догадался Колгари.

— Да. Джеки — это был, конечно, патологический случай. Но каким он умел быть нежным, каким ласковым… Ну просто чудесным. Такого, бывало, наговорит, и всему веришь.

— Он, вероятно, и сам верил, — вставил Колгари.

— Я ему твержу: «Я же тебе в матери гожусь». А он мне: «Молоденькие меня не интересуют». Он говорил, что они грубые все, девчонки. А его, мол, привлекают женщины опытные и зрелые.

— Он очень был в вас влюблен? — спросил Колгари.

— Говорил, что да. И вел себя как влюбленный… — У нее задрожали губы. — А сам небось все время думал только о деньгах.

— Совсем необязательно, — возразил Колгари, стараясь выспросить побольше, — Он, возможно, и вправду был к вам искренне привязан. А что он обманщик, то такая уж у него была натура лживая, он не виноват.

Ее огорченное, тронутое морщинами лицо чуть-чуть просветлело.

— Да, — согласилась она. — Хорошо бы так думать. Утешает. Мы с ним строили планы: поедем вместе, во Францию, в Италию, если то, что он затеял, получится. Нужен только небольшой капиталец, так он говорил.

«Обычный прием, — подумал Колгари. — Интересно, сколько несчастных женщин попались на эту удочку?»

— Сама не знаю, что на меня такое нашло, — продолжала она. — Для него я бы сделала все, о чем бы он ни попросил.

— Это естественно, — кивнул Колгари.

— И небось не только со мною он так обошелся, — с горечью сказала она. Колгари встал.

— Я очень благодарен вам за откровенность.

— Теперь он умер… Но я его никогда не забуду. Эту его обезьянью мордашку. И как он, бывало, сидит грустный-грустный и вдруг — как расхохочется. Такой был чудак! Он не был совсем уж плохой, я уверена, в нем было и хорошее, — проговорила она, вопросительно заглядывая ему в глаза.

Но на это у Колгари не было ответа.

Глава 21

Ничто не предвещало того, что сегодняшний день будет особенным.

Филип Даррант и не подозревал, что сегодня раз и навсегда решится его судьба.

Он проснулся в хорошем расположении духа и чувствовал себя вполне бодрым. В окно весело светило неяркое осеннее солнце. Кирстен принесла ему полученное по телефону известие, от которого его настроение улучшилось еще более.

— Тина приедет сегодня к чаю, — сообщил он жене, когда та внесла поднос с его завтраком.

— Вот как? Ах, ну да, сегодня она работает только до ленча, — вспомнила Мэри.

— Что-нибудь не так, Полли?

— Нет, ничего.

Она срезала для него макушку яйца. И сразу же он ощутил досаду.

— Я ведь еще владею руками, Полли.

— Я подумала, что тебе лучше лишний раз не утруждать себя…

— Сколько, по-твоему, мне лет? Шесть?

Она немного удивилась его отповеди. А потом вдруг сообщила:

— Сегодня возвращается Эстер.

— Да? — рассеянно отозвался Филип, мысленно прикидывая, как лучше разговорить Тину. Но потом вдруг заметил, какое у его жены лицо.

— Бога ради, Полли, неужели ты думаешь, что я питаю преступную страсть к этой девочке?

Мэри отвернулась.

— Ты все время говоришь, какая она прелестная.

— Она и вправду прелестная. Для тех, кому нравятся изысканные линии и неземной облик. — Он сухо прибавил: — Но я не очень-то гожусь в соблазнители, мне кажется.

— А хотел бы, наверно.

— Это смешно, Полли. Я не знал, что ты такая ревнивая.

— Ты ничего про меня не знаешь.

Он хотел было возразить, но промолчал. Ему пришло в голову, что, пожалуй, он и вправду знает про Мэри не так уж много.