Чтение онлайн

Аэрин взяла меня за руку, затем Блэкстоуна. Она соединила наши ладони, и я почувствовала, как электрический разряд пробежал по его пальцам и перешёл в мои. Другой рукой Аэрин вытащила тонкую золотую нить сияющего света и обмотала её вокруг моей руки и руки Блэкстоуна.

Это было тёплое и уютное чувство, но оно не сильно помогало справиться со страхом, который сейчас бушевал во мне. Я молчала. Никто ничего не говорил. Мы все просто наблюдали за происходящим, смотрели, как Аэрин переплетает наши руки, смотрели на свет, пока моя судьба связывалась с судьбой этого фейри, этого пирата.

В тот момент до меня дошло, что я на самом деле не понимала, что натворила, когда приняла его как своего Чемпиона. Я также поняла, что слишком поздно менять своё мнение. Что сделано, то сделано. Когда ветер стих, барабаны умолкли, а светящаяся верёвка, связывающая мою руку с рукой Блэкстоуна, замерцала и исчезла, я поняла, что переступила черту, из-за которой не смогу вернуться.

— Связывание завершено, — сказала Аэрин. — Испытания Сирен начались.

Пауза.

— Может, мне похлопать? — спросила Бабблз. — Я чувствую, что должна похлопать.

Она попыталась, но медленные хлопки так и не пошли.

Мы все просто стояли там, молча глядя друг на друга.

Глава 13

Остаток дня прошёл как в тумане, и не успела я опомниться, как наступила ночь. Я не знала, как долго тянулись дни в Каэрисе, но Блэкстоун не проронил ни слова с тех пор, как ушла принцесса, и мне тоже не хотелось много говорить.

Теперь, когда связывание завершилось, у Делоры, казалось, появилась куча дел, и Бабблз попросили пойти на встречу Элендриллом, советником пикси в Каэрисе. Я не знала об их делах до самого ужина, когда Делора вернулась с едой для меня и Блэкстоуна.

Она сказала мне, что будет в своей комнате дальше по коридору, если мне что-нибудь понадобится, и оставила еду на столе. Честно говоря, я весь день чувствовала себя как в тумане. Связывание отняло у меня энергию, и я чувствовала себя усталой и отяжелевшей. Судя по всему, то же самое было и с Блэкстоуном.

Но когда запах свежеприготовленной выпечки дошёл моего носа, я оживилась.

— Это… вкусно пахнет, — сказала я.

— Ты жива, — произнёс Блэкстоун хриплым от долгого молчания голосом. — Я уже начинал беспокоиться.

Я села на кровати. Он лежал на полу, прислонившись к стене.

— Я жива, — сказала я, протирая глаза. — Такое чувство, что я проспала несколько дней. Или что мне нужно поспать несколько дней.

— Летняя магия лишает тебя сил. Тебе, наверное, стоит поесть.

— А тебе не нужно?

Блэкстоун поднял на меня свои зелёные глаза.

— Зависит от обстоятельств. Ты заявишь на меня властям, если я сначала не спрошу разрешения?

Я нахмурилась.

— Это несправедливо.

— Разве? Я привязан к тебе. Из одной тюрьмы — в другую.

— По крайней мере, завтра тебя не повесят.

— Учитывая, что я теперь знаю природу своего затруднительного положения, я бы предпочёл повешение.

Я закатила глаза и слезла с кровати.

— Я могу выйти в коридор и сказать им, если хочешь? Там всё ещё должна стоять охрана.

Блэкстоун скользнул вверх по стене и выпрямился.

— Нет, нет, — возразил он, сверкнув очаровательной улыбкой и протягивая руки. — Всё в порядке.

Я сделала паузу.

— Я всего лишь хотела спасти твою жизнь, — сказала я. — Я не знала, что всё это произойдёт, и поверь мне, мне это нравится не больше, чем тебе.

Он шагнул ко мне.

— Не прими мою вспышку гнева за неблагодарность. Я благодарен за то, что ты сделала… правда. Ты могла бы выбрать того другого идиота без рубашки.

— В его защиту могу сказать, что сегодня он был в рубашке.

— Тога — это не рубашка.

— Да, я не уверен, что эти фейри верят в рубашки…

— Или в моду, очевидно.

До моего носа донёсся ещё один аромат аппетитной еды.

— Но они знают, как накрывать на стол, хотя… — я замолчала, с тоской глядя на приготовленный для нас стол.

Там было два стула, набор свечей, стоявших между двумя большими серебряными подносами, уставленными тарелками с едой и высокими бокалами с какой-то зелёной жидкостью. Я нахмурилась, подошла к жидкости, взяла стакан и понюхала его.

— Фруктовое… Что это? — спросила я.

Блэкстоун взял свой бокал, повертел его в руке, понюхал, затем сделал большой глоток.

— Фу, дешёвое пойло, — сказал он, скривившись, и поставил бокал обратно на стол. — Детское вино, но и это сойдёт.

— Детское вино? В смысле, вино для детей?

— Нет, я имел в виду только его крепость. Никто не может опьянеть от этого напитка.

Я сделала глоток, и меня мгновенно обдало волной аромата и тепла, которые ударили мне прямо в голову. У меня во рту как будто столкнулись две армии разных фруктов, только я понятия не имела, как они называются и каковы они на вкус по отдельности. Я знала лишь то, что один глоток уже заставил меня сесть, и мне захотелось ещё.

— Ух ты, — сказала я, быстро моргая.

— Лучше поаккуратнее с этим, да? — сказал Блэкстоун. — Очевидно, ты не умеешь пить спиртное.

— Я умею пить, — сказала я, стараясь не заплетаться в словах. Опьянение прошло почти мгновенно, позволив моим чувствам быстро вернуться в норму. — Ух ты, это были безумные ощущения.

Блэкстоун снова взял свой бокал, когда садился, поднёс его ко рту, опрокинул в себя и осушил одним глотком. Не успел он поставить его обратно на стол, как бокал снова наполнился той же фруктово-зелёной жидкостью.

— Может, от этого всё-таки можно опьянеть, — сказал Блэкстоун, восхищаясь тем, как быстро наполняется бокал. — Думаю, нам лучше перекусить.

Я села за стол перед одним из больших подносов. Как и на завтраке, на нем были тарелки поменьше, в каждой из которых находились разные блюда. На одном были фиолетовые макароны, покрытые чем-то вроде ризотто, на другом — тёплая выпечка с мясной начинкой, а на третьем — миска с чем-то сладким, похожим на десерт, но больше напоминавшим произведение искусства на основе желе: светло-голубое, с вкраплениями зелёных и белых цветов.