Чтение онлайн

— Она вчера всю ночь проспала, как сурок, — сказала Оливия, глянув в сторону деревни, где Тоню качала на руках Саманта. Подруги по очереди вызывались нянчить малышку, давая время ее матери отдохнуть. — Только на рассвете просыпается, чтобы поесть.

— Это замечательно, — улыбнулась Аиша, машинально положив руку на свой собственный живот. Под ладонью было твердо и… слишком объемно. Всего четвертый месяц по земным меркам, а ее талия исчезла, живот выпирал круглым, тяжелым шаром, будто вот-вот родит.

Спина болела и ноги отекли. Это была норма для беременности, по-крайней мере токсикоз не так мучал как Оливию. Но сам скорость роста плода пугала.

Женщины-нарксы вынашивали детей всего пять местных месяцев, что по ее примерным подсчетам равнялось шести с половиной земным. Ее тело, казалось, спешило угнаться за этим чужеродным ритмом. А если не получится? Если плацента не выдержит? Если ее человеческое тело не сможет вытолкнуть ребенка? Он ведь точно будет крупным из-за генов отца. Страх, холодный и липкий, скользил по позвоночнику. Но она лишь сильнее улыбнулась Оливии.

— Она наверняка капризничала из-за газиков. Я тебе покажу, как делать, чтобы стало полегче. — Аиша говорила, перечисляя все, что вспомнила из курса по уходу за новорожденными в мединституте и из обрывков знаний педиатров со «скорой». Она была врачом общей практики, ее стихия — травмы, острые состояния, а не педиатрия. Но других врачей, кроме Ри’акса, среди них не было. И это бремя ответственности давило на нее ежедневно.

— А что, если температура? — спросила Оливия, глядя на нее с безоговорочным доверием.

— Обтирания прохладной водой, отвар из… э-э-э, мы с Ри’аксом подберем аналог ромашки. Главное — не кутать. И пить много. — Аиша старалась звучать уверенно, заглушая внутренний голос, который шептал: «А если менингит? А если пневмония? У нас же нет антибиотиков».

Их разговор прервал шум чуть поодаль, где у самой воды мужчины разделывали тушу огромного зверя, пойманного накануне. Существо, похожее на мохнатого бизона с рогами, как у трицератопса, лежало на боку. Ярко-алая кровь стекала в океан, расползаясь по воде ржавым облаком. Запах свежего мяса и крови был резким, почти одуряющим.

Аиша на мгновение отвела взгляд от зрелища разделки, чтобы посмотреть на Оливию, которая что-то рассказывала про улыбку Тони. И поэтому она не увидела самое начало.

Она услышала. Глухой, мощный всплеск, не похожий на шум волн. Что-то огромное и темное вырвалось из кровавой мути у берега. Это был кошмар, оживший из глубин. Существо, похожее на крокодила, но вдвое крупнее, с покрытой буграми и водорослями кожей цвета мокрого гранита. Его пасть, усеянная конусовидными клыками размером с кинжал, разверзлась в рыке. И оно неслось не на добычу, не на окровавленное мясо, а прямо на них. Точнее, на Оливию, которая замерла в ужасе.

Время замедлилось. Аиша увидела, как из-за Торн метнулся наперерез монстру. мужчина всегда следовал за Оливией, куда бы она ни шла, но сохранял дистанцию. Девушка казалось привыкла к нему, как к своей тени.

Торн принял удар на себя. Челюсти, способные перекусить ствол дерева, со звонким хрустом сомкнулись на его бедре. Раздался звук, от которого у Аиши похолодела кровь, — хруст ломающихся костей и рвущейся плоти.

Только тогда опомнились остальные. Раздался яростный рев Дарахо, свист летящих копий. Охотники бросились к месту схватки. Ослепленное, но не убитое чудовище трясло головой, пытаясь сбросить повисшего на нем Торна, швыряя его массивное тело о берег. Кровь заливала и скалу, и воду.

Копья Арака и Дарахо нашли уязвимые места на брюхе и в пасти твари. Еще несколько ударов тяжелыми топорами — и чудовище затихло, рухнув набок.

Все стихло.

Все стихло. И тогда Аиша, наконец, сдвинулась с места.

— Отойдите! — Крикнула она, уже бегом преодолевая расстояние к месту бойни. Ее медицинский инстинкт перекрыл все: страх, ужас, даже тревогу за собственного ребенка.

Оливия, бледная как смерть, упала на колени перед Торном.

Торн лежал на краю кровавой лужи. Его левая нога все еще была зажата в пасти монстра. Мужчинам пришлось постараться, чтобы разжать мощные челюсти.

У Торна была сломана рука и разодран бок. Раны от когтей и клыков были глубокими и рванами, из бедра пульсирующей темной струей вытекала кровь. Дыхание было хриплым, пузырящимся — вероятно, было задето легкое. Его глаза были закрыты, лицо — пепельно-серым.

Он истекал кровью очень быстро.

Дарахо попытался прижать ладонь к самой страшной ране, но кровь просачивалась сквозь пальцы.

— НЕТ! Не дави! — рявкнула Аиша, падая на колени на скользкие от крови камни. Ее разум лихорадочно работал. Массивная кровопотеря. Пневмоторакс (воздух в грудной полости). Открытый сложный перелом. Шок. На Земле это бы означало срочную операцию, реанимацию, десятки литров донорской крови.

Здесь и сейчас у нее были только ее руки, знания Ри’акса и дикая воля к жизни самого Торна.

— Дарахо! Сними с себя пояс! И ты, Арак! Мне нужны жгуты! Туго, выше ран! О Ри’акс! Где Ри’акс?!

— Бегу! — донесся отчаянный крик с окраины деревни.

Пока мужчины, дрожащими руками, накладывали импровизированные жгуты из кожаных ремней, Аиша порвала подол своей туники на длинные полосы. Стерильности не было. Была только скорость.

— Развести огонь и принести чистой воды!

Она наклонилась над раной на ноги. Кровь чуть замедлилась под жгутом, но все равно сочилась. Нужно было зашивать, но сначала — прижечь самые мелкие сосуды. Она посмотрела на Дарахо, который уже раздувал угли, принесенные кем-то из женщин.

— Раскали нож. Самый чистый, острый нож. Докрасна.

Пока нож накаливался в огне, Аиша работала с переломом. Осторожно, но твердо она вправила торчащую кость обратно под кожу. Торн, даже без сознания, застонал. Потом она быстрыми, решительными движениями стала туго бинтовать всю поврежденную область, создавая давление и фиксацию.

Ри’акс слетел с тропы, его сумка болталась на боку. Он, не тратя времени на вопросы, бросил Аише сверток с иглами из рыбьих костей и сухожильными нитями. Потом принялся выливать ей на руки отвар с сильным антисептическим запахом.