История Карлини
Шрифт:
– Что ты все рассматриваешь свои руки? Боишься, что зараза на них осядет? – спросил его Вальтер за обедом.
– Нет, – ответил Карлини, тут же убирая руки под стол.
– А что тогда случилось? Ты выглядишь разбитым и потерянным.
– Я кое-что видел сегодня, – шепотом произнес Карлини. – Ты ведь читал много легенд о мире, правда?
Вальтер кивнул. В его глазах тут же загорелся знакомый огонек, как всегда бывало, когда он рассказывал об историях, которые писал сам, о легендах, которые читал и изучал с особой тщательностью.
Вальтер ведь не просто человек. Поговаривали, что он был благословлен самим богом, а потому мог находиться среди морфов, подпитываться энергией лавы-реки и не стареть.
– Сегодня я растратил много энергии. Кажется, я потерял сознание…
– Карлини! Это ужасно! – воскликнул Вальтер, прерывая его. – Ты срочно должен пройти посвящение, иначе ты умрешь!
– Да подожди ты, – отмахнулся он. – Я видел стену.
– Стену? – Вальтер с недоумением уставился на него.
– Это была призрачная стена. В ней были заточены разные существа. Они пытались дотянуться до меня. Я сам был в поле. Там было очень холодно, и этот холод я до сих пор чувствую у себя на пальцах.
Вальтер помрачнел.
– У меня есть предположение, но тебе лучше обсудить это со жрецом, Карлини.
– Какое у тебя предположение? – начал было злиться он.
Вальтер посмотрел на него испуганно. В глазах друга промелькнуло сомнение.
– Есть предание, – произнес Вальтер, придвигаясь к Карлини ближе. – Говорят, что чертоги нашего бога – место, где рождаются и живут после смерти наши души, – окружены пеленой духов. В тот момент, когда существо умирает, оно попадает в место, которое называется Изнанкой мира – это туманная и холодная обитель, копия нашего мира, в которой ты не можешь ни до кого дотронуться. Ты должен найти чертоги Дора и стать частью этой стены – пелены духов. Тогда в нужное время Дор протянет тебе руку и заберет в свои чертоги.
– Что все это значит? – спросил Карлини.
– А то, друг мой…Боюсь, что ты уже умираешь, – с печалью в голосе произнес Вальтер.
В этот момент глаза Вальтера приобрели странный янтарный оттенок. Его голос стал ниже и глубже. Возникло ощущение, будто он начал говорить в голове Карлини.
– Ты должен срочно что-то предпринять, иначе может быть поздно!
Наваждение быстро рассеялось. Вальтер потряс головой, словно выбрасывая надоедливую мысль, которая без конца мучает его, не давая покоя.
«Все начинает походить на странный и непонятный сон», – подумал Карлини.
…
Вечер выдался влажным. В воздухе витала водяная пыль. Ветер сменился на западный, поэтому океан немного успокоился. Последние лучи бледного солнца, скрытого за тучами, исчезали за кривыми зубьями скал бухты-пасти. Карлини вновь попрощался с Вальтером. На этот раз пришлось разойтись побыстрее, поскольку Цинтрий очень сильно торопился.
Карлини сел на ступеньку в ожидании Ньяр. На улице все еще было оживленно. Мимо прошел глашатай. Он кричал на всю улицу что-то о том, что мы должны гнать прочь лунар и их убеждения.
– Назревает война с Севером! Мы должны бороться против ошибочных убеждений лунар и их королевы! Во славу хаоса! Во славу Дора – великого Творца! – кричал он, звоня в маленький колокольчик. – Нет лунарам в Драулисе! Поставьте подпись против лунар и их технологий в нашем городе!
«Еще войны не хватало», – подумал Карлини.
Впервые за день он почувствовал себя спокойнее, наблюдая за прохожими. Фонарщики уже шли вдоль улиц и зажигали своей магией огни. Их глаза вспыхивали ярким светом, создавая в воздухе магические печати огня. Каменная кладка дорожек освещалась мягким сиянием.
– Готов? – спросила Ньяр у него из-за спины.
Карлини кивнул.
Она нежно поцеловала его в губы, а затем по своему обыкновению легонько прикусила.
Шли молча. Карлини был в своих мыслях, и ему сейчас было слишком тяжело делиться ими с Ньяр. Она рассказывала что-то о лекарских заботах, о том, как она устала, о том, что ей предстоит поехать с отцом за город, если эпидемия усугубится. Это все проходило мимо ушей Карлини.
Они дошли до каменной лестницы, которая вела наверх, в Верхний Драулис. Однако внимание Ньяр привлекла другая лестница, которая, изгибаясь, уходила вниз. Ее освещали факелы, искрящиеся голубым светом. Снизу, с берега доносилась музыка и бой барабанов.
– Карлини, там проходят морфийские бои! Я хочу это увидеть! Отец никогда мне не позволял смотреть на подобное! – ее глаза загорелись дикими огоньками.
Не дожидаясь ответа Карлини, она помчалась вниз. Тот, словно на автомате, последовал за ней. Он знал, что такое морфийские бои. Это было распространенным развлечением среди юных ниар. Редко кто-то из высших, как Ньяр, спускались сюда. Только разве что ради ставок.
Внизу, в небольшом углублении широкой пещеры, рядом с берегом расположилась толпа. По кругу вдоль стен горели факелы, освещая силуэты зрителей, которые кричали и шипели. На берегу было несколько кружков, в которых боролись морфы. Они использовали магию и бились чуть ли не до полусмерти. Здесь были и девушки, и парни. Почти все они были на голову или даже на две выше Карлини.
Ньяр кого-то увидела и помчалась через толпу. Карлини последовал за ней, чтобы ее случайно не раздавили. Она остановилась у самого близкого к берегу круга. Толпа стояла почти по щиколотку в воде, наблюдая, как двое сражаются на печатях. Удары лезвий друг о друга сопровождались фонтаном разноцветных искр и оглушительным звоном. Все это пробуждало в сердце первобытное, дикое чувство. Желание поддаться своей ярости, которая скапливалась внутри столько лет, покричать, пошипеть, оскалиться на кого-нибудь, вызвать на бой и победить.
Ньяр остановилась в кругу, в котором Карлини узнал одного парня. Его звали Роньин. Он тоже был из высших и работал в ковене младшим лекарем, как Ньяр.
«Что он здесь делает?» – подумал Карлини, готовый плеваться на парня ядом.
Он был удивлен увидеть его здесь, ведь тот недолюбливал ниар.
Как только Карлини приблизился к нему и его компании, Роньин тут же сделался крайне довольным. В его ярко-рыжих глазах, похожих на магму лавы-реки, проснулся нездоровый интерес.
– Ты пришла с ним? – спросил он у Ньяр.
Она смутилась и не ответила. Тогда он сказал что-то ей на ухо и демонстративно укусил в мочку уха. По его поведению Карлини понял, что тот пьян. Роньин явно провоцировал его, пытаясь чем-нибудь задеть.
– А что, если и со мной? – спросил Карлини, пытаясь перебить крики и бой барабанов.
Роньин подошел к нему ближе. Его компания с любопытством принялась наблюдать, не вмешиваясь. Ньяр хитро улыбнулась, возможно, надеясь на поединок. Карлини почувствовал новую нахлынувшую на берег волну. Босые ноги окатило ледяной водой, которая притащила за собой мелкие камушки и песок.