Чтение онлайн

Основная деятельность собора началась не с реформ, а с восстановления единства. В качестве предварительного условия достижения единства была оговорена необходимость освобождения папского престола, ибо решающее большинство собора считало, что единство может быть достигнуто лишь в результате отречения всех трех пап. Сигизмунд и собор признали правомочными папскими легатами представителей пап Григория XII и Бенедикта XIII, тем самым они были поставлены в один ряд с Иоанном XXIII. Иоанну стало ясно, что и он не сможет добиться всеобщего признания собора. Его позиции оказались в еще большей степени подорванными, когда в начале 1415 года почти девяностолетний Григорий XII высказал намерение добровольно отказаться от папского сана.

Собор параллельно приступил к обсуждению вопроса и о единстве веры. Основное внимание было посвящено обсуждению взглядов Уиклифа и судебному процессу над прибывшим тем временем на собор Яном Гусом. Комиссия по расследованию дела Гуса была назначена еще Иоанном XXIII. В первую очередь кардинал Отто Колонна настаивал на том, чтобы судебный процесс во что бы то ни стало завершился обвинительным приговором и Гус был сожжен на костре.

20 марта 1415 года Иоанн XXIII, опасаясь ставшего враждебным ему собора, с помощью Фридриха Габсбурга бежал, переодевшись в чужое платье. Развалу собора воспрепятствовал Сигизмунд: он запретил участникам покидать Констанц. После бегства папы Иоанна среди отцов собора восторжествовал конциляризм. 6 апреля 1415 года собор под влиянием Жана Жерсона в своем знаменитом декрете, начинавшемся словами «Наес sancta Synodus», провозгласил, что собор представляет вселенскую церковь, свою власть он получил непосредственно от Иисуса Христа и в вопросах веры, реформы и единства стоит над папой. Передовыми борцами за соборную идею были теологи-французы. А французские церковные иерархи, действуя в духе уже формируемых галликанских свобод, стремились к резкому ограничению власти папы, на тот случай, если им когда-то придется выпустить ее из своих рук. (Победа соборного принципа своеобразным образом соприкоснулась с ересями, осужденными самими участниками собора. Ведь в соответствии с концепцией конциляризма собор явился волеизъявлением Святого Духа и, как таковой, представляет вселенскую церковь. Но и альбигойская и вальденская ереси вместо церкви тоже выдвигали понятие Святого Духа.)

Вскоре папа Иоанн XXIII был обнаружен, и собор предал его суду. Он был объявлен раскольником и еретиком, обвинен в скандальной личной жизни в прошлом и в симонии и свергнут с папского престола. Торжественное объявление о низложении Иоанна XXIII последовало 20 мая 1415 года. После этого римский папа Григорий XII действительно решил добровольно отречься от сана, что и сделал 20 июля 1415 года. Затем наступила очередь Бенедикта XIII, уединившегося в неприступной крепости Пенискола. Однако упрямого старца ни Сигизмунд, ни делегация собора не могли склонить к разумному выбору. Лишь после того, как шотландцы и государства Пиренейского полуострова (за исключением Арагона) отошли от него, собор начал судебный процесс против папы Бенедикта. После длившегося полтора года разбирательства 26 июля 1417 года было объявлено о низложении Бенедикта XIII. Тем самым был открыт путь к избранию нового, признанного всем вселенским собором папы. В Пенисколе с папой Бенедиктом XIII осталось всего три кардинала. Когда в 1423 году Бенедикт скончался, они избрали на его место преемника, но уже один из них тут же выступил против него в качестве антипапы. Последний акт трагического раскола окончился комедией.

Как только папский престол оказался свободным, собор столкнулся с новой проблемой. Сигизмунд внес предложение вначале решить вопрос о церковной реформе и лишь потом приступить к избранию папы, которого обяжут провести реформы. Но большинство представителей высшего духовенства придерживалось мнения, что сначала следует избрать папу и затем под его руководством разработать реформы. В соответствии с достигнутым компромиссом 9 октября 1417 года были опубликованы пять декретов о реформах, которые были уже подготовлены. Наиболее значительным среди них был так называемый декрет «Frequens» (по первому слову декрета). Он устанавливал, что следующий вселенский собор должен быть созван через пять лет, последующий за ним — через семь, а в дальнейшем — каждые десять лет. Тем самым вселенский собор хотели превратить в постоянный форум церковной организации и управления церковью. Дальнейшие реформистские декреты (например, декрет «Наес sancta Synodus») ставили своей целью поставить заслон на пути раскола. Вновь установили порядок избрания папы, было провозглашено, что наряду с кардиналами нации также получат по одному голосу. В общем декреты были направлены против папского централизма.

Констанцский собор выполнил один пункт (первый) из трех, изложенных в программе. Расколу был положен конец в результате выборов нового папы, состоявшихся 11 ноября 1417 года. На собравшемся в Констанце конклаве наряду с 23 кардиналами участвовали также по шесть высших священнослужителей от пяти наций, но они не имели своего личного голоса, а лишь по одному голосу от каждой нации. Новым папой стал авторитетный римский кардинал Отто Колонна, принявший имя Мартина V (1417–1431). Член влиятельнейшего и богатого римского рода, он в свое время входил в окружение Иоанна XXIII, но на соборе кардинал Колонна не играл ведущей роли. Возможно, этим он и обязан своему избранию. Скорее всего, он выдвинулся как защитник чистоты католической веры. По просьбе инквизиции именно им производилось расследование книг Уиклифа и Гуса, и его строгая последовательность в значительной степени обусловила трагедию Гуса. Коронация Мартина V проводилась в Мюнстере. Этот акт заслуживает внимания хотя бы потому, что происходивший из древнего римского рода Колонна был единственным римским папой, которого короновали на земле Германии. За сто лет до выступления Мартина Лютера папа проехал по улицам немецкого города, и по обе стороны от него, держа под уздцы белого лошака, шествовали римский король Сигизмунд и курфюрст Бранденбургский.

После своего избрания Мартин V ловко и энергично взялся за обезоруживание собора. Он настолько рьяно выполнил второй пункт программы собора по отмежеванию от догматических неурядиц, что досконально раскритиковал учения Уиклифа и Гуса и сожжением на костре Гуса показал назидательный пример уничтожительной борьбы с ними. Гус пошел на смерть как мученик, но собор не только не положил этим конец распространению ереси, но, наоборот, еще больше раздул ее пламя. Мартин V покончил с этим вопросом в своей булле от 12 марта 1418 года, объявив последователей учения Уиклифа и Гуса еретиками.

Собор не осуществил программу, затрагивающую коренные причины всех бед, не провел реформу церкви. Вместо реформистских мероприятий вселенского масштаба папа заключил соглашения, компромиссы с отдельными нациями (таковы, например, германский и английский конкордаты).

22 апреля 1418 года папа закрыл собор, не утвердив его декреты. Этого он не сделал уже хотя бы потому, что собор этого не требовал: согласно конциляристской концепции, решения вселенского собора действительны и без папского утверждения. Папе Мартину V, получившему вселенское признание в церкви, было нелегко определить место своей резиденции. Рим почти полностью обезлюдел. В Церковном государстве власть была в руках рыцарей-грабителей. Французы вновь заманивали папу в Авиньон, а Сигизмунд хотел бы, чтобы папа обосновал курию в каком-либо германском городе — в Базеле, Майнце или Страсбурге. Однако Мартин V ясно видел и понимал, что если он хочет действовать самостоятельно, то не должен принимать ни одно из приглашений, а должен вернуться в Италию, по возможности в Рим.

Мартин V вначале расположился во Флоренции и лишь 28 сентября 1420 года прибыл в Рим. Папа из рода Колонна пожелал вновь сделать Рим столицей Италии и всего христианского мира. Большую часть своего понтификата он посвятил реставрации курии и упорядочению отношений в Папском государстве.

Когда Мартин V прибыл в Рим, население Рима составляло всего 17 500 человек, да и те в основном крестьяне, пастухи. Развалины, запустение, нищета отмечались на каждом шагу. Вместо прежних гордо возвышавшихся церквей и храмов над морем руин поднимались мрачные башни римского барокко, державшие в страхе население Рима. Были разрушены не только античные памятники, но и средневековый город. Замок Святого Ангела почти обрушился, камни Латеранского папского дворца растаскивались, и поэтому папа поселился в Ватикане. Запустение не пощадило и Леонтину (город Льва); крыша базилики Святого Петра обрушилась, на полу росла сорная трава. Не особенно отличалось положение и в Патримониуме Святого Петра. Когда-то сказочно плодородная Кампанья превратилась в болотистую местность, на возвышенных местах устроили себе пристанища грабители и водились волки. В садах Ватикана по ночам слышался волчий вой.

Мартин V решительно приступил к восстановительным работам, к наведению порядка. В первую очередь он сделал Ватикан пригодным для жилья, затем восстановил Замок Святого Ангела, последнее прибежище пап. Начались также работы по осушению болот в Кампанье. Была восстановлена в Латеране церковь Святого Джованни, часть фресок которой была создана Пизанелло. Доминиканец Фра Анджелико возвратился в живописи к мистическим источникам. Сенсуалистское направление продолжали Пьеро делла Франческа и Фра Филиппо Липпи. Мартин V призвал в Рим Мазаччо, который расписал фрески в капелле Бранкаччи и в Джентильи. Великолепную тиару для папы из рода Колонна, оказывавшего покровительство искусству, изготовил флорентинец Лоренцо Джиберти. (Преемник Мартина — Евгений IV заказал у Донателло барельефы на бронзовые ворота храма Святого Петра.) Мы по праву можем назвать папу Мартина V римским предвестником Ренессанса и гуманизма или первым папой эпохи Ренессанса — ведь при его дворе подвизались гуманисты-ученые, писатели, философы.

Мартин V обуздал разбойников и грабителей, восстановил в Риме и в государстве общественный порядок и безопасность. Во времена своего понтификата он оживил городское самоуправление и таким образом ликвидировал также функции легата, поставленного собором во главе Рима. Но навести порядок в Церковном государстве ему было уже более сложно. В провинции бароны попрятались за стенами своих почти неприступных крепостей, а предводитель наемников по имени Браччио со своим войском, набранным из бродяг-наемников и грабителей, захватил власть почти во всем Церковном государстве. Папа был вынужден вступить в переговоры с кондотьером, пока в конце концов с помощью окружающих городов-государств ему не удалось одержать верх над бандитами. (Браччио погиб при штурме Апулии в 1424 году.)

Заслугой Мартина V, избранного в Констанце, является то, что расчлененное Церковное государство он собрал в единое монархическое целое и заложил основы папской государственной власти нового времени. С его именем также связана организация такого важного органа управления Церковным государством, как государственный секретариат. Однако и ему для государственно-организационной работы требовались близкие родственники. Всеобщее явление эпохи (в частности, и в Италии) — превращение княжеских родов, ставших во главе городов-государств, в династии — коснулось и Папского государства. В период своего понтификата Мартин V, опираясь на династические связи рода Колонна, укрепил папскую власть. Свою племянницу он выдал замуж за герцога Урбино из династии Монтефельтре; младшую сестру Паулу выдал замуж, обеспечив княжескими владениями. Безмерный непотизм Мартина — оправдываемое прегрешение, ибо в этой ситуации он служил восстановлению верховной власти папы и объективно — интересам церкви. Благодаря многочисленным семействам, восходящим к Колонна и давшим многих пап, Церковное государство вписалось в систему итальянских городских монархий.