Чтение онлайн

Хотя преемник Адриана отменил исключительные меры против иуде­ев, однако Вторая Иудейская война довершила процесс рассеяния иудей­ского народа по всей империи (так называемая диаспора), начатый еще Первой Иудейской войной при Веспасиане.

Последние два с половиной года жизни Адриан провел в Италии. Он жил в своей роскошной вилле, построенной им в Тибуре, где собрал ред­чайшие предметы искусства и произведения природы со всех концов мира. Его неуравновешенность к старости усилилась. Все чаще Адриан впадал в болезненную меланхолию, усиленную обстоятельствами личной жизни. Во время путешествия Адриана по Нилу в начале 30-х гг. утонул его фаворит Антиной, юноша необычайной красоты. Его гибель страшно по­трясла императора. В 136 г. Адриан, не имевший детей [444] , усыновил моло­дого человека Луция Цейония Коммода Вера [445] , не обладавшего никакими достоинствами, кроме красоты, и к тому же больного. В 138 г., за 6 меся­цев до смерти императора, его приемный сын умер. Тогда больной и впав­ший в полное отчаяние Адриан решил усыновить и сделать своим преем­ником консуляра и члена императорского совета Тита Аврелия Антони­на [446] , при условии, что последний, в свою очередь, усыновит любимца императора 17-летнего Марка Анния Вера [447] и Луция Элия Вера, 8-летнего сына умершего наследника [448] . Антонин, родные сыновья которого умерли в молодости, выполнил волю Адриана и был им усыновлен. Сенат санкцио­нировал акт адоптации. Антонин получил проконсульский империй и три­бунскую власть.

Летом 138 г. Адриан умер на курорте в Баях, и Антонин вступил на престол [449] .

Долгое правление Антонина (он умер в 161 г. 75-летним стариком) было самым спокойным и «безличным» царствованием за всю империю. В этом проявились не столько индивидуальные черты самого императора, сколь­ко сказалась общая международная и внутренняя ситуация. Политика его предшественников принесла известную стабилизацию империи и намети­ла пути, по которым надлежало идти.

Антонин, не отличавшийся особой оригинальностью мышления, в об­щем продолжал внутреннюю политику Адриана. Сложение недоимок, ко­торых все равно невозможно было собрать, алиментации и система раздач стали теперь традицией императоров II в. Однако в области финансов Ан­тонин проявил большую экономию, чем его предшественник. В частно­сти, он несколько сократил огромную строительную деятельность Адриа­на. Благодаря этому к моменту смерти Антонина в государственном каз­начействе скопилась сумма, достигавшая 675 млн денариев.

Антонин отменил некоторые административные меры своих предше­ственников. Так, он вновь разрешил иудеям обрезание и прекратил пре­следование христиан. При нем несколько улучшилось положение рабов:

Антонин законодательным путем запретил господам убивать собственных рабов и провел другие меры, облегчавшие положение последних. Вообще с Антонина начинается некоторое смягчение суровых норм римского уго­ловного права.

Однако либеральная политика Антонина не избавила империю от внут­ренних волнений. При нем упоминается новое восстание иудеев и волне­ния в Ахайе. Их датировку и характер невозможно установить из-за пло­хого состояния источников. В начале 50-х гг. вспыхнуло восстание в Егип­те, лишившее Рим на некоторое время подвоза египетского зерна. Это вызвало волнения в столице, во время которых толпа чуть было не закида­ла императора камнями. Антонину пришлось организовать раздачу хлеба, вина и муки на собственные средства.

Во внешних делах Антонин держался мирной политики своего пред­шественника, что не исключало активных военных операций для защиты границ. В Британии полководцы Антонина воевали с шотландскими пле­менами и построили новую укрепленную полосу к северу от вала Адри­ана (вал Антонина). В Африке усилились нападения мавров. Для их от­ражения римские войска проникли глубоко в Атлас. На северном побе­режье Черного моря Антонин отразил нападение варварских племен на Ольвию.

Авторитет императора в международных делах стоял очень высоко. Об этом говорят посольства, являвшиеся к Антонину из Индии, Гиркании и Бактрии. Он властно вмешивался в дела Боспорского царства, Иберии, Колхиды и Армении.

0 широте торговых и международных отношений в эту эпоху вообще свидетельствует появление в 166 г. депутации греческих купцов при дворе китайского императора Хуан-ти. Они называли себя послами императора Ан-Туна (Марка Аврелия Антонина, преемника Антонина Пия) и вели пе­реговоры об установлении правильной морской торговли между странами Средиземноморья и Китаем.

В марте 161 г. Антонин умер, оставив власть своему приемному сыну Марку Аврелию Антонину [450] , который немедленно сделал соправителем сво­его брата по усыновлению Луция Аврелия Вера [451] . Фактически правил М. Аврелий, так как его брат был совершенно бесцветной личностью и к тому же умер в 169 г.

Правление Марка Аврелия (161—180 гг.) открывает собой начало обще­го кризиса Империи. Этот кризис, на первый взгляд, разразился столь нео­жиданно, контраст между эпохой Антонина Пия и Марка Аврелия был столь велик, что нам необходимо именно здесь рассмотреть социально-экономи­ческие отношения в Римской империи, чтобы выяснить те причины, кото­рые привели к первому взрыву кризиса во второй половине II в. Вместе с тем мы дадим и краткий очерк явлений духовной культуры I—II вв.

Самый незаметный император в истории Рима Антонин Пий заслу­живает внимания уже хотя бы потому, что именно при нем римская держава достигает своей высшей точки расцвета. Каким был челове­ком и правителем Антонин Пий, или, по крайней мере, каким он рисовался потомкам, мы узнаем из его биографии, написанной Юли­ем Капитолином (Писатели истории Августов. Антонин Пий). Вот несколько самых характерных его черт: «(II) Он выделялся своей наружностью, славился своими добрыми нравами, отличался благо­родным милосердием, имел спокойное выражение лица, обладал необыкновенными дарованиями, блестящим красноречием, превос­ходно знал литературу, был трезв, прилежно занимался возделыва­нием полей, был мягким, щедрым, не посягал на чужое, при всем этом у него было большое чувство меры и отсутствие всякого тще­славия... Он был от природы действительно очень милосердным и во время своего правления не совершил ни одного жестокого поступ­ка. (VI) Высоту императорской власти он соединил с величайшей любезностью, что еще больше усилило ее к неудовольствию при­дворных слуг, которые при государе, делавшем все без посредников, не могли уже запугивать людей и продавать то, что не было тайной. (VII) Он управлял подчиненными ему народами с большой заботли­востью, опекая всех и все, словно это была его собственность. Во время его правления все провинции процветали. Ябедники исчезли. Конфискация имущества происходила реже, чем когда бы то ни было» (пер. С. П. Кондратьева).

Прекращение гражданских войн, установление внутреннего мира в Римской державе, отсутствие внешней опасности, улучшение провинциального управле­ния — все это благотворным образом сказалось на экономическом развитии импе­рии в I—II вв. Первые века империи ознаменовались новыми достижениями в тех­нике, особенно, в железоделательном ремесле и строительстве. От наступления проч­ного мира в империи больше всего выиграла торговля; образовались новые торго­вые связи, в какой-то мере сложился единый средиземноморский рынок. Наивыс­шего расцвета достигает городская жизнь, появляется огромное количество новых городов, большинство из них становятся муниципиями со стройной системой уп­равления. Сельское хозяйство продолжает оставаться основой экономики Италии и провинций. При общих благоприятных показателях в сборе урожаев, рациональ­ном использовании земель намечаются симптомы кризиса самой системы произ­водства, показателем чего стали быстрое развитие колоната в I—II вв. Параллель­но с этим происходил процесс сокращения числа рабов и, в некотором роде, изме­нения отношения к ним.

Процессы, происходившие в области экономики и социальных отно­шений в первые два века империи, весьма сложны, и поэтому не легко поддаются истолкованию. Трудность их понимания главным образом за­ключается в их двойственности и противоречивости.

Империя принесла с собой относительный гражданский мир и значи­тельное ослабление внешней агрессии. Изменение провинциальной поли­тики привело к тому, что эксплуатация провинций приняла более органи­зованный и менее хищнический характер. Мало того, многие императоры, в особенности императоры из дома Антонинов, поощряли городское стро­ительство и заботились о развитии культурной жизни провинций. В числе положительных моментов, принесенных Империей, следует также отме­тить искоренение или, по крайней мере, значительное уменьшение пират­ства, дальнейшее развитие системы прекрасных дорог, введение единой имперской монеты.

Все эти факторы отразились благоприятным образом на многих сторо­нах жизни римского общества. Для империи первых двух столетий можно отметить рост техники (конечно, в ограниченных рамках рабовладельчес­кого способа производства), развитие ремесел, подъем экономической жизни многих провинций, развитие в них местного производства и мест­ной торговли, рост межобластного обмена, развитие торговли со страна­ми Востока и пр. Благосостояние высших классов в провинциях увеличи­вается, провинциальные города получают самоуправление и живут интен­сивной экономической и культурной жизнью. Некоторые старые города, захиревшие к концу Республики, вновь оживают. На рейнской и дунайс­кой границах, в Северной Африке, в Дакии появляется множество новых городских центров.

Однако рядом с этими положительными явлениями роста вниматель­ный наблюдатель заметит грозные симптомы упадка, скрывающиеся за кар­тиной внешнего процветания: хронический аграрный кризис Италии, важ­нейшего жизненного центра империи; сокращение количества рабов; упа­док производительности их труда и тщетные попытки рабовладельцев найти новые, более эффективные формы эксплуатации; обнищание широких масс населения Италии и провинций; усиление среди них паразитических тен­денций и нетрудовой психологии; истощение военных ресурсов империи и невозможность возврата к политике завоеваний. Нужно отметить при этом, что симптомы упадка были более серьезны, чем признаки роста, так как они относились к самым существенным сторонам жизни империи, харак­теризовали наиболее важные элементы производительных сил римского общества.