Чтение онлайн

– Каким образом?

– Взгляните.

Я показала на дорогу. Машина оставила глубокие следы шин на мягкой земле, примяв и выдернув местами траву. Такие следы ни с чем не спутаешь.

– Да, конечно, это улики. Хотя я все равно думаю, что если и удасстся поймать виновника, то какие ему предъявят обвинения? Неосторожное вождение? Они не поверят, что кто-то хотел убить вас.

Я промолчала. У меня не было ответа на его вопросы. Не знаю, решил ли он, что наконец убедил меня не звонить в полцию, но он слегка расслабтлся.

– А теперь не лучше ли мне проводить вас домой?

– Домой?

– Ну да, домой. Вы идти можете? Я бы сходил и пригнал машину, но вы в таком шоке, мне не хочется оставлять вас одну. Давайте, обопритесь на меня, тут близко. – Он протянул мне руку, но я отстранилась. – Что случилось?

– Откуда вы знаете, что тут близко?

На мгновение он смутился, но потом его лицо расплылось в улыбке. Он выглядел намного моложе и привлекательнее, когда улыбался.

– Откуда вам знать, куда я направляюсь?

– Конечно, в Дюн-Хаус. Ты, разумеется, выросла, но не слишком изменилась, Бетани. – Я удивленно смотрела на него. – А вот ты меня не узнала. Я Пол, Пол Митчелл.

– Трейлеры…

– Значит, ты все же вспомнила?

– Нет… Просто мистер Симпсон, поверенный бабушки, сказал мне, что вы вели переговоры о покупке земли…

– Да, верно. Но я огорчен, что ты меня не помнишь. Наверное, тщеславие. Конечно, я уже не тот тощий парнишка, но в остальном, мне думается, не слишком изменился.

Он ухмыльнулся, но не мог скрыть своего огорчения. Пол Митчелл явно не привык, чтобы особы женского пола забывали его.

Мы пошли по направлению к дому. Мне было бы легче, если бы он просто взял меня за руку, но он настоял на том, чтобы обхватить меня за талию. Я оказалась так близко к нему, что ощущала тепло его тела и запах лосьона после бритья.

– Я сразу тебя узнал, знаешь ли… – Он еще не справился с обидой. – Ты, конечно, здорово изменилась, но семейные черты обозначились резче.

– Семейные черты?

– Да, несмотря на разницу в росте, ты вполне сошла бы за сестру Сары.

– Сары… – повторила я еле слышным шепотом.

Все закрутилось слишком быстро. Пол Митчелл не мог знать, что я еще вчера ничего не помнила о своей кузине, равно как и людях и событиях первых семи лет моей жизни. Я решила не говорить ему. Я уверяла себя, будто делаю это из-за того, что все слишком сложно, что я не хочу выглядеть в его глазах дурочкой. Но на самом деле мною руководил глубинный инстинкт самосохранения. Нечто ужасное произошло здесь в прошлом, и, пока я не вспомню, что именно, мне следует быть осторожной.

С другой стороны, мне пришло в голову, что Митчелл будет говорить более свободно и я смогу узнать больше, если он поверит, будто моя забывчивость – лишь результат пятнадцати прошедших лет.

Он некоторое время молчал, и я в конце концов решила спросить:

– Вы все еще видитесь с Сарой?

– Куда же мне деться? – Он смеялся, а яразозлилась. Из его ответа стало ясно, что Сара все еще живет в Ситонклиффе. Однако мне не хотелось, чтобы он догадался, что я об этом не знала. К счастью, Митчелл не заметил моего замешательства и продолжил: – Не понимаю почему, но я разрешил ей поселиться в лучшем из моих трейлеров, после того как твоя бабка вышвырнула ее вон.

– Вышвырнула ее вон?

– А ты разве не знала?

Мое изумление было настолько неподдельным, что отрицать смысла уже не было.

– Нет. А что она сделала?

– Я не уверен… Сначала старушка вроде была рада, что Сара вернулась из Испании. Ей, видно, надоело бродить по огромному дому в одиночестве. Но несмотря на весь свой ум, Сара, очевидно, пошла не с той карты… – Он явно колебался. Я заметила, что он старается не встречаться со мной взглядом. – Ну ты понимаешь, что я имею в виду. У Сары не было ни гроша, а Дирдре отказалась дать дочери приют. Ей некуда было податься. Ты же не станешь отрицать, что Дюн-Хаус – замечательный дом, к тому же твоя бабушка…

– Была богатой.

– Вообще-то да… Ты же помнишь, насколько очаровательной может быть твоя кузина. Глупо, что она сама же все и испортила. Она могла бы жить припеваючи, а не ждать очередного чека от службы социальной помощи, обретаясь в одном из моих трейлеров. – Он заметил мое удивление, но пришел к неверному выводу. – Нет, я не хочу сказать, что моя стоянка – трущобы. Совсем нет. Трейлеры – последнее слово в смысле удобств, но ведь это все равно не то, правда?

Я решила кое-что выяснить.

– Пол, я удивилась, поскольку ничего не знала о ссоре.

Он некоторое время смотрел на меня, причем его свободная улыбка уступила место некоторой настороженности.

– Сара рассказывала мне, что ты с ней и ее матерью не общалась с той поры, как вы с отцом уехали. Меня это не удиаляет, особенно в связи со скандалом, учиненным Дирдре, и после… Но я полагал, что бабушка рассказывала тебе о ссоре с Сарой в своих письмах.

– Нет.

Он оказался умнее меня. Я ответила коротко, но по брошенному на меня взгляду поняла: он уже сообразил, что мы с бабушкой вообще не переписывались. И у меня появилось нехорошее предчувствие, что это очень важно.

Не пытается ли он меня обмануть? Знает ли, что мне ничего неизвестно о том, что происходило в Ситонклиффе последние четырнадцать лет, и ищет этому подтверждение, или он не уверен и пытается что-то разузнать, как и я?

Что мне удалось узнать? Что Сара жила в Испании… Что ее мать не приняла ее под свой кров. А ведь они всегда были так близки…

Он упомянул о скандале, вызванном тетей Дирдре… Странно. Я ведь только что вспомнила, что в тюрьму попал дядя Раймонд…

Я так старалась не показать своей неосведомленности, что не обратила большого внимания на явную сдержанность Пола. Только потом я сообразила, что он вел себя так, будто ему есть чего опасаться…

– Ну вот, пришли. – Мы остановились у калитки. – Хочешь, чтобы я вошел с тобой в дом?

– Гмм.

– Я спросил, хочешь ли ты… Ради Бога, чего ты так на меня уставилась?

– Пол… что ты делал на той дороге?

– Ты о чем? Что ты хочешь сказать?

– Я хочу сказать, как так вышло, что ты оказался там именно тогда…

– Так это же просто везение!

– Да, но что ты там делал?

– Я что, уже и погулять не могу? Многие гуляют, особенно по утрам.

Он ухмыльнулся, но я не дала ему сбить себя с мысли.