Чтение онлайн

– Точно-точно, он вдобавок мой крестный, - напомнил я, а Грипхук кивнул, присовокупив:

– Мистер Блэк? Долго мне ждать? Вы, повторюсь, важный клиент, но не единственный!

Сириус шумно вздохнул, снял мантию и отдал ее мне.

– Рад видеть вас в добром здравии, - как ни в чем не бывало сказал гоблин и указал на свободное кресло.
– Присаживайтесь, мистер Блэк. Полагаю, вы наконец решили привести в порядок свои дела?

– Он малость одичал в Азкабане, - пояснил я, успокаивающе похлопав дерганого крестного по руке.
– Поэтому здорово тормозит.

– Хорошо, я постараюсь выражаться короче и доступнее, - согласился Грипхук и постучал когтями по объемистой папке.
– Итак, мистер Блэк, в вашем распоряжении на текущий момент находятся сейфы ваших родителей, ваш личный сейф, в котором, если не ошибаюсь, еще осталось что-то от щедрот вашего дядюшки Альфарда, а также сейф вашего младшего брата.

– Он же пропал без вести, - выговорил Сириус.

– Да, но за давностью лет Регулус Блэк может быть признан умершим, - пожал плечами гоблин, - после соответствующего заявления ближайших родственников, разумеется, то есть вашего.

– Не надо, - покачал головой Сириус.
– Может... может, он жив еще.

– И до сих пор не объявился?
– вздохнул я.
– Что-то сомнительно...

– Неважно. Подать такое заявление никогда не поздно, я прав?
– обратился он к гоблину, и тот кивнул.
– Ну вот. И достаточно.

– Погодите, а вы что, все это наизусть помните?
– вставила вдруг Гермиона.

– Представители семейства Блэк всегда были одними из лучших клиентов «Гринготтса», - ухмыльнулся Грипхук.
– Стыдно было бы мне не помнить о состоянии их дел. Вдобавок, юная мисс, у нас свои средства связи, и мне только что переслали последние отчеты...

Он открыл громадный гроссбух и начал листать страницы.

– Поскольку родители ваши, мистер Блэк, - сказал он, явно опустив слова «в отличие от вас», - были людьми крайне предусмотрительными и бережливыми, то на текущий момент только проценты по их вкладам составляют...

Тут он назвал сумму, и Сириус чуть не грохнулся с кресла. Я попытался пересчитать ее в уме в фунты стерлингов, но запутался в нулях. Гермионе же это явно удалось, и она приоткрыла рот от изумления.

– Сириус, да вы же миллионер!
– выпалил и мистер Грейнджер.

– Семейство Блэк всегда славилось богатством... невзирая даже на разорительные эскапады отдельных своих представителей, - пояснил гоблин, откровенно ухмыляясь.
– Скажу больше, даже ваш младший брат, мистер Блэк, в свое время озаботился вложить деньги в весьма прибыльное предприятие, чем преумножил подаренный ему отцом небольшой капитал во много раз.

– А что толку?
– мрачно спросил Сириус.
– Регулуса-то не вернешь ни за какие деньги...

– Вы же с ним были на ножах, - осторожно напомнила Гермиона.
– И вообще по разные стороны баррикад!

– Ну да... А я, пока в Азкабане сидел, часто с ним разговаривал, - произнес крестный и тут же уточнил: - Ну, мысленно! Говорил, убеждал, старался представить, что он мне ответит, да как я парирую...

– Успешно?
– спросил я, а он помотал головой:

– Понять его я понял, думаю, он меня тоже, а вот переубедить... Нет, не выходило. Очень уж мы упрямые оба.

– А еще в воображаемой беседе нельзя дать оппоненту в нос, - добавила Гермиона.
– Ну... это довольно весомый аргумент!

– Гхм...
– негромко произнес Грипхук.
– Продолжим, господа? Думаю, в главную контору мы не пойдем, моих полномочий вполне достаточно...

– Сэр, а кто-нибудь сможет узнать о том, что Сириус вступил в права наследования?
– спросил я.

– Только сотрудники банка, которые занимаются его делами.

– А они... э-э-э... наверняка не проговорятся? Он все-таки беглый преступник!

– Это не в наших интересах, мистер Поттер, - проговорил Грипхук.
– Выгода - вот что нас интересует, а разборки между людьми, политические или иные - сущий пустяк. Итак, к делу!

Дело затянулось. Сперва Сириус порывался переписать свои капиталы на меня, но я уперся и не позволил. Он сумел выбить только завещание в мою пользу, и то при условии, что у него не будет других наследников. В общем, пока судили да рядили, на улице совсем стемнело, а мы охрипли. Спасибо еще, с нами был мистер Грейнджер, которому кое-как удавалось урезонить моего вспыльчивого крестного, и который более-менее разбирался во всей этой финансовой премудрости...

– Ну вот, вы теперь у нас завидный жених, - сказал я Сириусу, когда мы уселись в машину, и он глухо заворчал под мантией (конечно, он уже сделался собакой - гоблины выпустили нас через какой-то черный ход, так что слежки мы не опасались, но все же подстраховались).
– И не рычите! С такими деньжищами вы можете смыться в Австралию, Америку, да хоть в Японию и жить припеваючи, пусть хоть обыщутся!

– Даже фамилию можно не менять, - поддакнула Гермиона.
– Мало ли на свете разных Блэков! Это ж не Ашурбанипал какой-нибудь или там Кетцалькоатль...

– Гермиона, предупреждай, а?
– вздрогнул я.
– Я знаю, что ты можешь выговорить двадцатисложное заклинание с первого раза, но все же будь поосторожнее с обычными людьми!

Сириус зарычал громче.

– Похоже, ему не хочется покупать себе тропический остров и жить там в праздности, - перевел мистер Грейнджер.
– Что ж, я могу его понять. Одиночества ему и в тюрьме хватило, а какие-нибудь веселые туземцы - не то общество, к которому он привык. Я прав?

Крестный коротко гавкнул.

– Значит, будем работать над возвращением ему доброго имени, - пожал я плечами.
– В принципе, не так это сложно. Нужно просто поймать Петтигрю.

– Ага, и не упустить, - Гермиона кровожадно потерла руки.
– Но тут нам мой котик-Живоглотик поможет, у него-то крыса точно не сбежит! Главное, не спугнуть...

Я вспомнил, как Сириус говорил - кот сразу понял, кто он такой, умная рыжая скотина!
– и кивнул.

– Я знаю, где мы устроим комнату для допросов, - добавила Гермиона с большим воодушевлением.

– А?

– Внизу...
– произнесла она.
– Твой скользкий дружок ведь посторожит, правда?

– А то!
– хмыкнул я.

Да, помимо всего прочего, Гермиону я люблю еще и за изобретательность!

В школу мы отбывали, изнывая от нетерпения: что-то будет дальше! Тем более, МакГонаггал обещала мне разговор с директором, и это тоже было ужасно интересно...

Сириус долго обнимал меня на прощание (на вокзал его, ясное дело, не взяли, я опять поехал с Грейнджерами) и просил быть поосторожнее. Уж кто бы говорил!