Избранные стихи, Глазков Николай Иванович

Избранные стихи

Глазков Николай Иванович

Шрифт:

Цвет океана

Океан бывает разный: Сединою убеленный, Фиолетовый, зеленый, Голубой и даже красный. Ну, а если мы беспечно Все его оттенки скинем, То тогда, оно конечно, Океан бывает синим. 1963

В любую погоду

Разыгрались серебристые Гребешки. Это значит — волны быстрые Высоки. Из Владивостока выбраться В Тетюхе Буйным морем — это рыцарство. Хе-хе-хе! Многотонно волны брызгают, Ой, сильны!.. И все рейсы пассажирские Отменены. Но идут в поход торпедные Катера, Их ведут двадцатилетние Мастера. Потопивший в буйной ярости Столько шхун, Перед смелостью смиряется Сам Нептун! 1963

В февральском лесу

Похожа эта быль на сказку, А может быть, на анекдот. В лесу заснеженном февральском На лыжах женщина идет. По снегу стелется поземка, Порывы ветра холодны. Идет на лыжах незнакомка, А ей, должно быть, хоть бы хны!.. В купальнике, почти что голой, На лыжах женщина идет, Как будто ню французской школы, А впрочем, нет, наоборот!.. Французы люди не такие, Им не присущ такой азарт: Они померзли здесь, в России, Куда привел их Бонапарт. Патриотических восторгов На этот раз не разделя, Скажу, что сам не рад нисколько Свирепой стуже февраля. Скажу, что я поклонник лета, Сторонник солнечной весны, А эта женщина раздета, И ей зимою хоть бы хны!.. На соснах и березах иней, Мне в зимнем холодно пальто. Ей восхищен как героиней, Сам не способен я на то. Скажу, что женщина такая Не на снегу понятна мне. Такую я воспринимаю На синей, солнечной волне, На берегу реки журчащей, Когда вокруг цветы цветут, Иль где-нибудь в таежной чаще, Когда шмели гудят, а тут Понамело сугробы за ночь… И этот случай не вранье: Собкович Алексей Степаныч Сфотографировал ее! 1963

О литературных влияниях

И. Френкелю — автору песни

«Давай закурим! »

Илюша Френкель, фронтовой поэт, Однажды мне сказал: — Давай закурим!— И я курил все двадцать девять лет! А мы тут о влияниях толкуем, Напрасно называем имена!.. Есенин, Маяковский, Северянин И Блок не оказали на меня Столь долгого и вредного влиянья! 1963

«Естественно очень, что бюрократизм…»

Естественно очень, что бюрократизм Поэтам бранить полагается. «Ко всем чертям с матерями катись!» А он черта с два покатится! На собственном опыте это постиг, Могу во весь голос кричать я, Но самый толковый и сильный стих Слабее, чем справка с печатью. Поэта — романтика и чудака — Могу я утешить, конечно: Стихи, может быть, проживут века, А справка недолговечна! 1963

Шампиньоны

Видел я во всем величье Необъятную тайгу, Но грибы сбираю нынче Не в лесу, а на лугу. На лугу, большом, зеленом, Собирать грибы могу, Потому что шампиньоны Здесь на каждом на шагу. Пусть они не чемпионы Из известных мне грибов,— Луговые шампиньоны Собирать всегда готов. Их собрать совсем не сложно, А потом всегда, везде Доказать их пользу можно На большой сковороде. 1964

Ленский закат

Часов примерно девять вечера. Смотрю-любуюсь на закат, Который в светлом небе Севера Зелено-сине-желтоват. В нем что-то солнечно печальное, В нем увядания мотив, Но краски столь необычайные… Он удивительно красив! 1964

Бестях — Майя

Автобус по дороге мчался Примерно полчаса. Леса мелькали и аласы [1] И вновь леса, леса. И на любой лесной поляне, И у любой тропы На очень близком расстоянье Грибы, грибы, грибы. Я ехал из Бестяха в Майю И чувствовал размах, Как гриболюб воспринимая И Майю и Бестях. Я ликовал, Грибное царство С автобуса узря, И сожалел: Такое богатство Пропадает зря! 1964

Алас - характерный для ландшафта Якутии окруженный лесами озерно-пойменный луг

Покровская набережная

Используя здесь залежи Известняка, Соорудила набережную Природа на века. И я любуюсь плитами, Их мощью и длиной, Водой дождей омытыми И ленскою волной. Все эти плиты плоские Сияют светом дня. Набережная Покровская Радует меня. Давным-давно построена И хороша, А жителям не стоила Ни гроша! 1964

Якутск

Когда безумный воевода Якуцкий основал острог, То выбрал для него болото, И хуже выдумать не мог. А он хотел, чтоб было хуже, Чтоб у любого казака По вечерам щемила душу Солончаковая тоска. Но годы шли. Трудились годы Над нищетой болотных недр: Острог Якуцкий вырос в город И в административный центр. Хоть место маложивописно, Вбивались свайные столбы По жестким требованьям жизни И по иронии судьбы. Вокруг забытого острожка Велит история сама На сваях, как на курьих ножках, Большие возводить дома. Вступают в быт асфальт и камень, Электросвет ломает тьму,— И после драки кулаками Махать, пожалуй, ни к чему. 1964

Кедровник

Кедровник, стланик, карликовый кедр Не может похвалиться пышной кроной, Предпочитает гор студеных склоны, Однако на орехи дюже щедр. Кустарник он. Вонзает в камни корни, К нему в горах дорога нелегка, Но в шишках у него орехи. Кормит И человека, и бурундука. 1964

Про бурундука

Бурундук, хоть и зверек, а с разумом. Хлопотливо, много дней подряд Он орехи запасает на зиму,— У него в норе орехов склад. А в конце орехового месяца Если захватить его запас, Бурундук на веточке повесится, Рассердясь и шибко огорчась. Сунет свое горло в разветвление, Задохнется, будет так висеть… Понимает: лучше смерть мгновенная, Чем зимой мучительная смерть! 1964

Российское дерево

Береза русская красива, Но не она и не сосна В стране по имени Россия Всех больше распространена. Нет, не береза, не осина, Не ива, не ольха, не ель, А лиственница, что в России Всех больше заняла земель! А лиственниц в России много, Так много, что потерян счет. Другие где расти не могут, Она, упорная, растет! Берет и горы, и равнины, Любая почва ей мила. Она в России половину Лесных угодий заняла! 1964

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

Избранные стихи

Глазков Николай Иванович

Шрифт: