Чтение онлайн

Хлопнула дверь. Карленна решила, что за ней вышел Димир, и мысленно подготовила порцию оскорблений. Поднимаясь, она увидела в коридоре не короля, а принца. Девушка вытерла слезы рукавом, лицо осталось предательски опухшим. Ник осторожно приблизился к ней.

– Димир боится. – Принц прислонился спиной к стене и, не глядя на Карленну, вздохнул. – Ему страшно потерять трон, власть, королевство, поэтому он сделает что угодно, лишь бы этого избежать.

– Будь ты королем, отпустил бы меня?

Ник промолчал.

– Я хочу услышать правду, – настояла принцесса.

– Эта правда только сильнее расстроит тебя, – признался юноша.

Карленна вздохнула:

– Значит, не отпустил бы.

– Не отпустил, – тихо подтвердил принц. – Но я признаю, что это несправедливо.

– Мне-то что от твоего признания? – пробурчала Карленна, с изумлением ощутив, что ей действительно стало легче. В Нике она врага не видела.

Он пожал плечами и улыбнулся:

– Ну а ты сама отпустила бы?

На этот раз промолчала Карленна. Она догадывалась, что принцу на самом деле не нужен ответ: он пытался поддержать девушку. Пусть и говорил не самые приятные речи.

– Ты кажешься добрым. Странно, что папа о тебе не очень хорошо отзывался.

– Из-за чего? – полюбопытствовал принц.

– Сложно объяснить. Ему приснился какой-то неприятный сон, связанный с тобой.

– Сон?

Он выглядел удивленным. Дружелюбная улыбка исчезла с лица.

Карленна махнула рукой:

– Ладно, не будем об этом. Возвращайся к Совету. Тебя там ждут.

Остаток собрания Ник провел в задумчивости. Советники обсуждали письмо из Калледиона, предлагали пути нападения и отступления, но их речи едва просачивались сквозь кокон собственных мыслей. Вопросы жужжали в голове. Слова Карленны, возможно, не до конца понятные ей самой, взбудоражили Ника.

«Значит, Джеральд одержим теми же снами, что и я, – скорее подтвердил, чем спросил он. – Проклят Мертвой Королевой. Именно поэтому он – единственный, кто увидел меня во сне про Ритуал. Но кого он увидел у костра? Кого пытался увести?»

Принц опомнился, лишь когда сидевший по соседству советник со скрипом задвинул за собой кресло и протиснулся к выходу. Остальные лорды постепенно покидали кабинет. Король, вернувший себе самообладание, похлопал брата по плечу. Ник предпочел не обсуждать произошедшее, только вздохнул, поглядев на место, где прежде стояла Карленна. Прижав руку к боку, на котором едва заметно выпирала повязка, он отправился к ведьме.

Запах трав ощущался уже на подходе к ее комнате. Увидев принца, Мираби оторвалась от лекарских зелий. Стряхнула с передника цветочные семена, но на подоле остались прилипшие травинки и темные пятна земли, выдававшие ее поход в лес. Ник лег на кровать и привычным движением снял рубаху.

Прищурившись, ведьма провела по шраму прохладными пальцами.

– Повязка больше не понадобится, – объявила она. – Только мазь.

Девушка взяла со стола банку с прозрачной зеленоватой мазью и склонилась над шрамом. В отличие от благородных дам, она никогда не заплетала волосы, и кончики розовых волн приятно щекотали кожу Ника. Он прикрыл глаза, но девушка разбила его спокойствие вдребезги.

– Что за переполох случился на собрании? Уже все слуги об этом судачат.

– Калледионский король прислал письмо с угрозами. Требует вернуть дочь домой, иначе развяжет войну.

– Так что, в Монт-д’Этале небезопасно?

– Пока безопасно, а что?

– Ты обещал мне защиту.

– А ты не хотела ехать со мной, – поддел ее Ник. – Неужели передумала? Нравится тебе здесь?

– Здесь неплохо, – пожала девушка плечами. – Тепло, сытно и богато. Уж лучше, чем с повстанцами.

Она вытерла руки и кинула принцу рубаху. Пока тот одевался, Мираби готовила целебный отвар и дула на поднимающийся из чашки пар. Ее отвары стали намного вкуснее – не в пример тем, которыми она потчевала Ника, пока он был ее пленником в лесном доме.

Принц подошел к зеркалу, застегнул последние пуговицы и поправил волосы. Хотелось выглядеть прилично после посещения ведьмы, хотя слуги, невзирая на внешний вид своего господина, давно сплетничали об их отношениях с девушкой. Он не обращал внимания: лучше пусть подозревают его в связи с Мираби, чем с Юланой. Последняя наведывалась к нему тайком почти каждый день. Принц потянулся за отваром.

– Ты ведь помнишь, что обещал беречь меня от Покровительниц? – спросила девушка, не сразу выпустив чашку из ладоней.

Нику пришлось накрыть ее пальцы своими. Он видел, что Мираби обеспокоена, но не понимал, чем – ведь в замке было безопасно, рядом постоянно находились гвардейцы и призраки.

– Помню, – подтвердил он. – И сделаю для этого все, что в моих силах.

Ведьма кивнула, и Ник не придал значения недоверию, промелькнувшему в ее зеленых, словно летний лес, глазах.

Послышался грохот. Закачались макушки деревьев, покрытые распускающимися почками. Шум повторился. Казалось, вместе с этим оглушающим звуком вздрагивают и земля, и небо. Вдалеке хрустели, стонали и скрипели ветки, через которые пробиралось привлеченное манящим запахом огромное чудовище.

Кормежка совершалась два раза в день. Почти каждое утро дакхаарская королева приходила понаблюдать за своим «питомцем».

«Хороша зверюшка», – усмехался Фергюс. Каждый раз он видел, как жуткая тварь выбегает из леса и одним щелчком острых зубов перекусывает пополам свой «завтрак» – крупного барана, козла или старую лошадь – с такой же легкостью, с какой человек откусывает кусок от яблока. Когда Фергюс присутствовал при кормежке в первый раз, по его телу пробежали холодные мурашки. Заметив дрожь инквизитора, Анна улыбнулась и спросила, боится ли он.

– Эту тварь – нет. Но боюсь тех, кто бродит на воле, – хмуро ответил старик.

Вот она, причина, по которой инквизитор покинул Эфлею и перебрался в Дакхаар. То, что поведала ему Анна Мельден, потрясло до глубины души. «Грядет гибель континента», – сказала она спокойно. Фергюс тогда поморщился и подумал, что королева преувеличивает. Она заявляла, будто десятки таких тварей восстают из-под земли, заполоняют континент и начинают господствовать здесь. Против них бессильны даже армии. Калледионцы когда-то пытались сразить ящера и потерпели поражение.