Чтение онлайн

Уразумев, что их не принимают всерьез, ровные пацаны заголосили. Блайвас – реальный чел, не говоря уже про Коршунова. Недавно «порешали вопрос» с Костромским трубным заводом.

– Винц – стреляный калач, – пояснил Шавликов. – Однажды он приехал к хачам на стрелку, один, с одним ножом. Беседа не сложилась, и те хачи достали волыны и начали стрелять. Винц не испугался, он пошел, внимательно обходя летящие в него пули, с одним ножом.

Андрей едва сдерживал смех:

– Куда же он в итоге пришел, внимательно обойдя все пули, с одним ножом?

– К своей машине. А хачи в страхе разбежались.

– Как интересно. А они куда стреляли? В воздух? Может, он внимательно обходил уже упавшие пули?

Поскольку комически серьезные товарисчи так настаивали, Андрей на словах признал, что их друг Винц действительно мощный парень. А заодно пообещал подумать над бизнес-планом, поражающим своей кармической чистотой и логической простотой. В аэропорту, выслушав еще несколько рассказов, подтверждавших мощь и силу Блайваса, Андрей поблагодарил за извоз и отправился на регистрацию рейса.

Телефон пришлось сменить – через неделю после возвращения из Марокко неожиданно слетели только что положенные деньги. Андрей позвонил провайдеру, и барышня сообщила, что на счету задолженность – минус пятьсот долларов. Оказывается, счета из-за границы приходят с опозданием. А он ещё удивлялся, проверяя состояние счета, что такой дешевый роуминг. Платить не стал – просто выкинул старую симку и взял новую.

Не всем нужно было сообщать новый номер, но по беспечности Андрей отзвонился всем, кто присутствовал в телефонном справочнике. Зря он это сделал – Шавликов стал доставать звонками насчет своего друга Винца Блайваса, и Андрей в конце концов согласился с ним встретиться. Но отнюдь не из-за Шавликова – как раз в связи с его настойчивостью появилась мысль сделать наоборот.

Позвонила мама и напомнила о существовании двоюродного брата, Рената Акчурина, который учился в петербургском институте физической культуры им. Лесгафта, и которому Андрей, находясь в северной столице, ни разу не позвонил за два года. Это была непростительная оплошность, хотя Ренат, уехавший в Питер раньше Андрея, мог бы и сам поднять трубку и набрать семь цифр.

Узнав у тетки его номер, Андрей позвонил ему, но он в этот момент находился в Москве. И надо же случиться такому совпадению, что Ренат работал у Владислава Коршунова в должности помощника (он уже успел закончить институт, и, поскольку это физкультура, появились соответствующие знакомства, так он вышел на нужных людей и нашел эту работу). Он курсировал между Москвой и Петербургом, иногда ездил в другие города, что называется, постоянно на чемоданах.

Андрей поинтересовался насчет Блайваса, и вот что удалось узнать.

Были времена, когда Винцас Блайвас подходил под описание «опасный тип, ходячий пиздец локального масштаба». Сейчас это сдувшийся бычара, понторез и мелкий разводилово, недавно переставший носить спортивные костюмы, сморкаться в скатерть и стрелять в себе подобных. Схемы с отжиманием заводов – не его уровень. Что касается Костромы, он там выполнял небольшие поручения.

Андрея интересовали связи в петербургской администрации – еще не охладел интерес к налаживанию медицинского бизнеса. На это Ренат ответил, что да, у Блайваса такие связи есть, можно смело к нему обращаться и ставить задачи, бывает такое, что он прет как танк и пробивает некоторые вопросы. Опять же, с ним нужно быть начеку и следить за речью, так как в этой среде произнесенные слова имеют большое значение и принято «отвечать за базар».

Они попрощались, пожелав друг другу успехов, и Андрей решил воспользоваться услугами Блайваса. Столько потрачено усилий на окучивание главврачей петербургских больниц (и на других людей, отвечавших за закупки медоборудования), что было ужасно жалко бросать дело на полпути.

Созвонившись, узнав адрес, в один из дней по дороге в банк он решил зайти к «понторезу». Очень удобно, оказалось нужный адрес находится недалеко от Внешторгбанка. Оставив машину недалеко от Фонарного моста, Андрей двинулся по четной стороне набережной Мойки, высматривая семидесятый номер дома. Так он дошел до Исаакиевской площади. Можно было ставить машину, где обычно (он всегда парковался на площади, и шел пешком в банк, так как на Большой Морской улице всегда проблема с парковкой). Нужный дом находился на пересечении Вознесенского проспекта и набережной Мойки.

Вход в офис был со стороны улицы, Андрей позвонил в домофон, и на вопрос: «К кому?» назвал имя: «Винцас Блайвас».

Через минуту дверь открылась, на пороге стоял бритоголовый квадратнолицый верзила в белой рубашке, черных брюках и черных туфлях; сзади показался пересекающий холл менее габаритный мужчина в таком же облачении, судя по всему, он вышел из бокового коридора.

– Я звонил от Антона Шавликова, – обратился Андрей к тому второму, в ком угадал Блайваса.

Остановившись в середине зала, Винцас Блайвас сделал знак, мол, иди за мной.

Весь интерьер этого цокольного этажа впечатлял, а-ля царский ампир: мрамор, позолоченная мебель, массивные картины в золоченой оправе.

Они прошли коридором в небольшую, но богато убранную комнату. Винц уселся спиной к окну, из которого виднелся кусочек Исаакиевского собора, в стул-кресло, обитое желтым бархатом, перед ним находился овальный столик. Андрей устроился напротив своего собеседника, в креслице немного попроще, но тоже производящем впечатление, будто его принесли из Эрмитажа.

Бросив на стол визитку, Винц принялся сканировать Андрея. Черноволосый, волоокий, с грубой, будто высеченной из камня, квадратной физиономией, он все же отличался от тех шкафов, что стояли в холле: во-первых та же самая одежда – белая рубашка, черные брюки, и черные туфли – из более дорогого магазина, во-вторых дорогие часы, а в-третьих – массивная золотая цепь, а на ней золотая икона величиной с противень. Да и интеллекту в нем было поболее, чем у охранников, что называется, более интересно организован.

Он не спешил начать разговор – изучающе смотрел на Андрея, рассматривающего визитку. На которой был нанесен логотип ООО «КостромаТрубИнвест», и написано, что Винцас Блайвас – его генеральный директор.

– А у меня визитки нет – не раскрутился еще, – понуро признался Андрей.

Лицо Блайваса оставалось непроницаемым.

Тогда Андрей рассказал зачем пришел: нужен административный ресурс для проталкивания проектов в области обеспечения лечебных учреждений города медицинским оборудованием и расходными материалами. Есть определенные наработки, связи, но их недостаточно для организации крупных поставок. Между тем больницы производят закупки, ежемесячно тратят большие деньги, но все они текут мимо молодых активных продвинутых умных коммерсантов.

Лицо Блайваса по-прежнему хранило тайну его мыслей, за время разговора он мало чего сказал, а когда прощались, попросил облечь все произнесенное Андреем в письменную форму, и принести листок сюда, в этот офис.

Такая бумага была составлена, с указанием объемов предполагаемых поставок по каждой интересующей больнице, но ни на следующей встрече, ни на последующих переговорах Винц не произнес ничего конкретного. Судя по его уточняющим вопросам, он либо не заглядывал в пояснительную записку, либо не нашел толкователей, которые бы разжевали ему то, что в ней написано.