Изгнание из рая
Шрифт:
— Так нам ехать в форт Боуи?
— Это было бы разумно. Если форт пал, то и нам тут делать нечего, если же они сражаются, то им не помещает наша помощь.
— Рутледж решил остаться до утра. Он прав?
— Нет, если он не ошибся насчет количества индейцев.
— Я пойду скажу ему, что ты посоветовал возвращаться в форт немедленно.
Джонни тихо рассмеялся.
— Если хочешь, чтобы он уехал вечером, скажи ему, что я порекомендовал остаться до утра.
— Почему?
— Потому что он меня ненавидит. Он будет умирать от голода, но ни за что не станет есть из моих рук.
Тиа потянула Андреа, и они вышли наружу.
— Ты знаешь, он прав. Ты иди и разговаривай с Рутледжем, потому что он все еще считает тебя Терезой, а я пойду посмотрю, что Кармен и Круз делают для раненых.
Андреа повиновалась. Когда она передала Рутледжу слова Джонни, тот взвился, точно уж. Забыв о здравом смысле, он сначала обиделся, а потом начал настаивать на своем.
— Утро уже не за горами, мисс Баркарт. Мои люди и лошади измучены, если мы тронемся сейчас, я потеряю половину из них. Я не могу позволить себе нести такие потери.
Андреа нашла Тиа в столовой — она вместе с Кармен, Люпи и Круз рвала на куски простыни, превращая их в бинты, и делилась с женщинами последними новостями. Когда волнение от рассказа Тиа немного улеглось, Андреа отвела сестру в сторону.
— Надеюсь, Стиву удалось добраться до Томбстоуна, — проговорила она, нахмурив лоб. — А может, он ранен или даже убит…
— Не думай о плохом. С ним все в порядке, — успокаивала ее Тиа. — Кармен, ты сможешь побыть без Люпи какое-то время?
— Да, я обходилась без нее тридцать лет, пока хозяин не нанял ее.
Тиа рассмеялась.
— Я просто хотела спросить, обойдешься ли ты без нее, если сегодня она не будет помогать тебе с ужином?
— Да.
Люпи со страхом посмотрела на Кармен. Она привыкла готовить, а сейчас ей могли предложить более трудное занятие…
— Пойдем со мной, Люпи. Мы отнесем бинты раненым и посмотрим, не нужна ли им помощь.
Круз фыркнул:
— Это должно расшевелить тебя. Там столько мужчин…
Люпи подняла груду бинтов и последовала за Тиа.
Раненые застелили соломой землю у центральных ворот. У одних раны были обработаны, у других — нет. Тиа переходила от одного солдата к другому, стараясь каждого устроить как можно удобнее. Одному взбила подушку, другого укрыла, чтобы унять дрожь, которая била его, несмотря на нестерпимую жару.
Люпи решила, что ей нравится играть роль медсестры и флиртовать со здоровыми солдатами. Она осталась, чтобы сделать для них все возможное. Тиа же вернулась, чтобы помочь Кармен и Круз с ужином.
По сравнению с веселой атмосферой субботних танцев, воскресный ужин был напряженным. Люди капитана ели в молчании, а затем выходили наружу, чтобы негромко поговорить или сменить своих товарищей на карауле. Кармен и Круз сели рядом с Джуди. Андреа устроилась напротив Тиа. Люпи, никогда не пропускающая обеды и вечно завидующая Джуди, появилась, когда все уже заняли свои места, и решила, что, в отличие от остальных, сядет одна.
Когда посуда была вымыта, Андреа взяла книгу, хотя Тиа и сомневалась, что ей удастся почитать.
— Ты не хочешь в туалет? — спросила Тиа.
— Нет…
— Мне надоело торчать в доме.
Тиа решительно сняла с крюка на двери фонарь, зажгла его и направилась в туалет. Она знала, что с наступлением темноты лучше воспользоваться горшком, но ей во что бы то ни стало надо было выйти наружу. Кроме того, какие могут быть индейцы, когда на ранчо столько солдат.
Возвращаясь в дом, Тиа задержалась. Она очень беспокоилась о Стиве и сочувствовала Андреа, которая была в него влюблена и могла только ждать и молиться, чтобы он остался жив. Хоть бы была какая-нибудь возможность предупредить его! Вдруг Тиа остановилась. Стоп, а почему бы и нет? Это может сделать посланник на быстром коне, и лучше ночью, чем в другое время. Стив еще не должен был выехать из Томбстоуна. Вихрем кинулась она к домику Джонни. Света в окнах не было. Разочарованная, она растерянно остановилась на крыльце.
Неожиданно дверь открылась, и появился Джонни. Облизнув пересохшие губы, Тиа опустила фонарь.
— Я… — она запнулась. — Извини. Я тебя разбудила?
В его глазах, как в зеркале, отражался свет фонаря. Их глубина смущала ее. О чем он думает, спрятавшись за своей маской? Почему ничего не говорит?
— Я хотела спросить, может быть, послать кого-нибудь к Стиву, чтобы предупредить его?
Джонни улыбнулся — плавный, циничный изгиб его губ привел Тиа в замешательство.
— Предупредить Стива? А не Моргана Тодда? — хриплый голос был полон презрения.
— Стива! — запротестовала она, слишком взволнованная, чтобы сердиться на Джонни.
— Возможно, я и похож на дурака, который забивает гвозди в снежки, но у меня все-таки есть капелька здравого смысла, Тиа Марлоу, — проговорил он, не отрывая от нее взгляда своих черных глаз.
Ярость, дремавшая в ней, всколыхнулась в полную силу.
— Я — не Тиа Марлоу, я — Тереза Гарсиа Лорка!
— Кармен мне уже об этом сказала. И я удивлен, что ты наконец соизволила признаться. А то после всего я, честно говоря, не знал, что и думать.
Тиа растерялась. Она никак не могла решить, за что теперь ей на него злиться.
— Прошу прощения, что не оправдала твоих надежд, когда тебе захотелось вызвать ревность у своей подружки, но и ты, как оказалось, не познакомил меня с правилами игры!
Джонни растерянно заморгал. Из всех ответов, которые она могла ему дать, этот единственный поставил его в тупик.
— Мое первое правило — не водить людей за нос.
— Я бы не стала обманывать, если бы меня к этому не вынудили! А что касается тебя, Джонни Браго, то никто не давал тебе права разговаривать со мной в таком тоне! Ты сам все это время водил за нос Джуди.
— Ничего подобного!
— Но ты ведь дрался из-за нее!
Его темные глаза сузились. Они стали похожи на два полумесяца, опущенных вниз. В сочетании с самоуверенным рисунком губ, они взволновали Тиа, напомнив ей о том, что она предпочла бы забыть.