Чтение онлайн

Здесь будет целесообразно описать место действия.

Тихий тупик представляет собой эдакий аппендикс, ответвляющийся от Марксистского переулка, соединяющего Марксистскую и Таганскую улицы. Упирается Тихий тупик в почти застроенную промышленную зону напротив Таганского парка, огороженного высокой металлической решеткой с погнутыми кое-где прутьями, образующими естественные входы на территорию парка. По левую сторону тупика какая-то фирма построила станцию техобслуживания – красивый металлический куб-ангар, окруженный теперь двумя десятками иномарок. Дальше тянется небольшая тополиная рощица, обрывающаяся в ров, а между ней, решеткой парка, асфальтовой площадкой с мусорными баками, располагаются руины фабрики, заросшие кустарником, лопухами и крапивой.

В принципе это было идеальное место для тайных встреч, не возбуждающих ничьего любопытства по той простой причине, что встречались здесь часто любители выпить, но оно же представляло собой идеальное место и для засады, потому что, перекрыв с трех сторон подступы к развалинам, можно было спокойно превратить их в ловушку и незаметно ликвидировать жертву, не пугая стрельбой жителей близлежащих домов – пятиэтажки и квартала за рвом, слева от парка. Хотя вряд ли кто-нибудь из них, а также из отдыхающих в парке испугался бы стрельбы. Жители Москвы уже начали привыкать к ней как к неизбежному злу.

Поскольку деревья и кустарник скрывали нападавших, а сам он был виден как на ладони, Василий избрал единственно правильный вариант действий – отступление к развалинам фабрики. Метнув звездочку сякэна в снайпера, он круто изменил направление бега и нырнул в заросли лопухов и крапивы за мусорными баками. Появившиеся с трех сторон молодые люди в светлых костюмах успели открыть огонь из пистолетов с глушителями, но Вася, согнувшись, бежал в темпе, опережая движение стволов, и виден в зарослях не был. Достигнув угла развалин, ухитрившись проскочить мимо каких-то ям, мусорных куч и штабелей досок, он на несколько секунд выпал из поля зрения преследователей и не раздумывая прыгнул на стену здания.

В свое время он прошел достаточно хороший тренинг сакано-бори – искусства взбираться на высокие естественные и рукотворные отвесные препятствия, и восьмидесятиметровая кирпичная стена бывшей фабрики, неровная, щербатая, в ямках и выбоинах, не могла послужить ему непреодолимой преградой. Обладая сильной мускулатурой, сильными кистями и пальцами рук, гибкостью и чувством равновесия, позволяющими наилучшим образом использовать любые точки опоры, Вася буквально взлетел по стене вверх и оказался на фронтоне крыши. Замер, прислушиваясь больше к себе, к своим ощущениям, чем к звукам внизу. Но «ветер смерти» не шевелил волосы на затылке, не включал инстинкты адекватного ответа, что означало – снайпера с этой стороны здания нападавшие не поставили. Можно было остановиться, прикинуть возможности – оружия с собой у него, можно сказать, и не было: «болевик» в кармане, с десяток метательных пластин и нож, вот и все вооружение, остальное осталось в машине – и начать свою игру.

Через несколько секунд из-за угла вынырнули преследователи, все как на подбор высокие, крутоплечие, мощные, целеустремленные – Вася узнал в них профи боя, элиту спецопераций такого же класса, к какому принадлежал и сам. А еще он вдруг понял, кто они такие – парни Рыкова из его личного манипула, причем наверняка зомбированные, не боящиеся ни пули, ни кинжала. Таких можно было свалить только выстрелом в голову.

Их было трое, и передвигались они уступами: один бежит – двое прикрывают. Посмотреть вверх им в голову не пришло. Пропустив их, Вася бесшумно сиганул вниз, упал на последнего парня, мгновенно свернул ему шею, метнул нож в глаз второму, оглянувшемуся на шум, отнял у убитого пистолет с насадкой бесшумного боя и расстрелял первого преследователя, успевшего выстрелить всего два раза – в то место, где только что лежал Василий.

Не дожидаясь появления основных сил противника, Вася метнулся вдоль стены здания к парку, завернул за другой угол, но не бросился к решетке забора в полусотне метров, а снова, не сбрасывая темпа, взлетел по стене бывшей фабрики наверх, на крышу. Сделал это он вовремя.

Преследователи разделились на группы. Одна из них побежала направо, ее он обезвредил, вторая налево, и сейчас она появилась из-за угла дальнего торца здания слева. Если бы Вася продолжал бежать в том направлении, он столкнулся бы с ней лицом к лицу. Третья группа вместе с раненым снайпером ворвалась в здание через бывший центральный вход и начала прочесывать помещения на первом этаже.

Выждав паузу, Вася сделал серию выстрелов, попал в голову первому охотнику, в грудь второму и в плечо третьему (отличная машина все-таки «волк»!), нырнул в пролом на крыше и оказался в небольшой пустой комнате с грудами битых кирпичей и гнилых досок. Обострившийся слух позволил услышать стоны из-за стены и голос кого-то из охотников, говорившего по рации:

– Он на крыше! Гамма убит, Альфа ранен.

Что ответил боевику командир манипула, Вася не услышал, но это стало понятно уже через несколько мгновений. Целью отряда было физическое уничтожение Балуева, поэтому оставшиеся в живых телохранители-киллеры Германа Довлатовича не стали усложнять себе задачу, они просто открыли огонь по крыше и второму этажу из гранатометов.

Если бы не феноменальное чутье Василия, погнавшее его из комнаты в коридор второго этажа и дальше, к лестнице на первый этаж, он был бы убит первым же залпом. Гранаты начали рваться, влетая в окна, падая на крышу, когда он был уже в коридоре и бежал по-кошачьи, на четвереньках, к центру здания, где начиналась главная «парадная» лестница. Он успел добраться до нее в тот момент, когда две гранаты влетели в коридор и сделали из него вспыхнувшую дюзу стартующей ракеты.

Грохот, треск, клубы пламени и дыма!

Ударная волна толкнула Василия в спину и сбросила вниз на кучи земли, битых кирпичей и какого-то полусгнившего тряпья, покрывавшие промежуточную лестничную площадку, которая соединяла два пролета лестницы. Кучи смягчили падение и спасли руки-ноги от переломов, а клубы дыма и пыли не позволили тем, кто ждал его внизу, прицелиться поточнее.

Продолжая действовать на пределе скорости и физических сил, управляя телом не рассудком, а рефлекторно, подсознанием, Вася ужом проскользнул в полуметровый пролом в площадке, упал на руки и перекатился под защиту колонны, поддерживающей лестницу справа. Он открыл огонь одновременно со снайпером, который оставался в холле и сторожил выходы на лестницу. Итог дуэли был печален: Вася получил пулю в грудь, в область ключицы, снайпер – две пули в голову. В то же мгновение Вася выскользнул из ловушки, в которой оказался, перекатился в угол, под защиту упавшей сверху балки, и хладнокровно всадил оставшиеся пули в приятеля снайпера, показавшегося из коридора. Бросил пистолет. Теперь у него оставались только метательные пластины и «болевик», пускать в ход который следовало лишь в крайнем случае. Почему-то Вася был уверен, что он ему пригодится.

Командир группы, оставшийся в другом конце коридора, был достаточно опытен, чтобы не затевать дуэли с человеком, которому было нечего терять. Он дал какую-то команду по рации своим уцелевшим подчиненным, скрылся в одном из ближайших помещений, выбив дверь ногой, и собрался удалиться по-английски, чтобы открыть огонь из гранатометов уже по первому этажу здания. Но Василий не дал ему уйти живым. Из последних сил держа темп, он перелетел холл, прыгнул в проем двери и в полете – его противник в этот момент тоже выпрыгивал из окна – метнул две звездочки сякэнов.

Он не промахнулся. Одна звезда попала парню в висок, вторая в шею. Этого не хватило, чтобы убить его, но оказалось достаточно, чтобы отключить сознание зомби-солдата. Кубарем перекатившись через голову, Вася вскочил и оказался лицом к лицу с новым противником, увидеть которого в данный момент желал меньше всего.

Трое: два огромных, широких, накачанных, с неподвижными, ничего не выражающими лицами молодых человека с пистолетами-пулеметами «бизон» в руках и между ними третий – Рыков Герман Довлатович.