Чтение онлайн

– Ты очень красивая, - заявляет на это. – Но никому нельзя было говорить об этом.

– Почему? – недоумеваю, поворачиваясь к водителю.

– Чтобы ты не догадалась, что мы знаем, - усмехнулся. – Милку разрывало тебе позвонить, но она тоже выдержала, даже оделась, чтобы вы смотрелись по-разному.

– Это ты сказал, в чём я?

– Прислал фото – кивнул.

– Но зачем тебе это всё? – не могла понять. – Мы не знаем друг друга почти.

– Скажем так. Я люблю доставлять женщинам удовольствие, - повернулся ко мне, бросая мимолётный взгляд. – Красивым женщинам, - уточнил. Ты же получила удовольствие, верно?

Вопрос какой-то компрометирующий. Вместо ответа говорю о другом.

– Не знала, что ты выступаешь.

– Это было впервые.

– Что? – не могу поверить своим ушам. – В первый раз?

– Да, именно. До этого никогда не танцевал с ребятами.

Эту информацию я переваривала, пожалуй, дольше обычного.

– Ты удивлена? – усмехнулся.

– Причём сильно, - подтвердила. – У тебя хорошо получилось, мне очень понравилось.

– Значит, всё удалось!

– Но зачем? – вновь задала я вопрос.

– Давно хотел, - пожал плечами. – А тут случай подвернулся. Так что это ты меня сподвигла.

– Я ничего не делала, - усмехнулась.

– Ты стала мотиватором, - он свернул направо.

– Думаю, я должна это сказать, - бросила на него взгляд и расхохоталась.

– Что?!

– Да нет, ладно, забудь, - не могла успокоиться.

– Нет, говори!

– Точно?!

Он кивнул, а я поправила лямку на платье.

– У тебя хороший зад.

Не смотрела на него, увела взгляд в сторону, а он на полном серьёзе ответил.

– Я старался.

И я не смогла сдержать улыбки.

До моей квартиры добрались быстрее обычного, даже пожалела, что это день заканчивается, вернее, ночь. Официально, конечно, уже не именинница, но ощущение праздника ещё не выветрилось. Кстати, я и оказалась той самой шишкой, о которой говорил Даниил, это поняла в приватной комнате, где люди, которые почти не знали друг друга, стали ближе, потому что их объединила я.

Мы сидели в машине, и я должна были уйти, но отчего-то медлила. Бросила взгляд на пустые окна. Нет, приглашать к себе мужчину будет слишком прямолинейным намёком, я не могла позволить себе упасть в своих же глазах.

– Спасибо за всё, - ещё раз сказала, даря улыбку.

– Скажи, что это платье для меня?

– Нет, - сдвинула брови.

– Тогда соври, - тихо говорили его губы. Не знаю почему, но я сказала.

– Я старалась, - ответила, - для тебя.

Его глаза сузились, словно он поедал меня этим взглядом, а ноздри раздулись, и лёгкая улыбка коснулась губ. Я видела, как ему нравятся мои слова, но большего он себе не позволил.

– Когда вернёшь машину? – поинтересовался.

– На днях, - кажется, я была разочарована, что он не продолжил.

– А разведёшься?

– На днях, - усмехнулась.

– А пойдёшь со мной на свидание?

Внутри всё ухнуло, словно съехала с американской горки, но я не торопилась с ответом. Что ему сказать? Он мой подчинённый, я босс. Пусть и на короткий срок, но должность занимаю такую. Ещё со штампом в паспорте, и кто знает, когда сброшу ярмо под названием Уваров. Вспоминая Милку, новых отношений заводить не стоит.

– Нет, - отвечаю, но он не намерен расстраиваться.

– Знаешь, - заявляет на это, - удивился бы, ответь ты иначе.

– Такая предсказуемая? – мне не нравится его реплика.

– Нууу, - растягивает слово. – Может, чуть-чуть, - показывает двумя пальцами небольшой зазор.

– Я не поведусь на такое, - качаю головой.

– Но до сих пор сидишь в моей машине, - рассуждает. – Значит…

– Ничего это не значит, - берусь за ручку, но он тут же блокирует двери. – Открой!

– У меня есть предложение получше.

Машина снова приходит в движение, выезжая из моего двора.

– Эй, - обращаюсь к Данилу, - выпусти меня.

– Когда ты последний раз встречала рассвет?

Вопрос обескураживает, начинаю искать ответ в памяти, и вновь всплывает Уваров. Мы сидели на берегу моря, смотря, как восходит солнце. Я не смогу вычеркнуть его из своей памяти, это невозможно. Люди приходят и уходят, а воспоминания остаются. Мне лишь следует убрать с него значок «люблю», который давно померк, и сделать частью своей жизни, которая просто имела место.

– Три года назад, - отвечаю на вопрос Даниила.

– А я полтора, - включает четвертую скорость, вжимая педаль газа, и машина стремительно летит вперёд.

– Куда ты меня везёшь?

– Нет ничего лучше, чем восход на фоне воды.

И, наверное, я рада, что день закончится необычно, вернее, перетечёт в другой день. И, когда мы сидим на берегу: он, разместив руки на коленях, и я, вытянув ноги и обёрнутая в его куртку, а в небе поднимается солнце, я понимаю, что моя страница перевёрнута, и на губах играет счастье.

Скоро заканчивается моё пребывание в клубе, жаль, я стала здесь своей. Мы отлично ладим с ребятами, Гальцев мной доволен, именно поэтому я получила отличную зарплату. Округлила глаза, когда цифры упали мне на карту, и даже перезвонила уточнить, не ошибка ли это, но он заверил, что всё в порядке. Обрадовал, что замена найдена. Это мужчина, но не могу сказать, что я испытала облегчение. Я сроднилась с клубом, стала его частью. Но пришла пора уходить, как бы грустно не было, потому что меня ждёт новая страница моей жизни.

Скоро открытие ресторана, и я очень волнуюсь. Ещё бы, с моей указки была построена приватная комната, где стоит большой аквариум, в котором станет плавать самая настоящая русалочка. Работа для девушки странная, и, когда мы искали подходящую сотрудницу на роль, отсекли множество вариантов, и всё же нашли свою Ариэль. И знаете, что самое интересное? Несмотря на приличный почасовой ценник, комнату забронировали уже на неделю! И это не может не радовать.

С Уваровым нас развели. Теперь официально в одном из файлов, который лежит у меня в документах, числится, что мы друг другу никто. Моя фамилия снова красуется в документах, и я думаю, что, если всё же будет следующий раз, останусь при своём, потому что пришлось менять много документов.

Машину мне Уваров вернул, а ещё снова искал встречи и просил сойтись. Я для себя осознала, что ничего больше не испытываю к этому человеку, кроме сочувствия. Он обмолвился, что с ребёнком что-то не так, не знаю, в подробности не вдавалась, но Нике советовали сделать аборт. Я прислушалась к себе. Нет, радости не испытывала, впрочем, как и жалости. Мне было всё равно. Даже той безликой девушке, жене Ильи, я сострадала, а тут… Мне даже стало страшно, и я устыдила себя. Но соврать другим можно, а себе увы.