Измена. Я сильнее боли
Шрифт:
Укладываюсь, заводя будильник, но не беру в учёт то, что теперь я на порядок дальше от работы, а потому придётся потратить больше времени на доставку себя. Смотрю пропущенные, на которые бы обязательно перезвонила, но не теперь. Около пяти от Егора и два от Ники. Стоит ли выяснять истинный причины звонков?
Укладываюсь, но постоянно что-то мешает. А, может, дело в собственных мыслях. Закрываю глаза, размещаясь на подушке, но сон, который норовил сморить ещё за столом, не идёт. Смотрю в белеющий потолок, подсвеченный уличным фонарём, возвращаясь снова в тот день.
– Боишься?
Брюнет выводит меня на чистую воду, но признаваться не собираюсь.
– Просто не хочу.
– Егор, - протягивает мне руку, и я не знаю, как реагировать.
– Лера, - отвечаю, но он лишь усмехается.
– Кира, - поправляет меня, и я понимаю, откуда растут ноги. Ирка слила начальную информацию.
– Кажется, у тебя есть с кем прыгать, - намекаю на девчонку с полотенцем, которая бросает на нас многозначительные взгляды.
Брюнет оборачивается, ловя взгляд белобрысой.
– Это Сашка, - возвращается ко мне с улыбкой. – Она сестра моего друга и жуткая трусиха.
«Я тоже», - произношу мысленно, но выдавать себя не намерена. Бросаю взгляд на Ирку, которая уже на мосту с каким-то парнем. Сумасшедшая! Нога перекидывается через ограду, и я с ужасом наблюдаю, как сейчас подруга расстанется с жизнью. При мне выплывали все, но почему-то кажется, что именно она утонет на глазах. Только кричать, чтобы она слезла оттуда, я не могу. Покажусь этакой идиоткой в глазах многих, а потому просто смотрю, раскрыв широко глаза.
Брюнет оборачивается, будто способен видеть спиной, смотрит, как друг берёт за руку девчонку, и они несутся навстречу воде.
Я невольно зажмуриваюсь, чтобы не видеть, чем всё закончится. А потом открываю глаза неторопливо, боясь, что над водой увижу только одну голову. Но там две, и я шумно и облегчённо выдыхаю.
– Наша очередь, - парень протягивает мне руку, и я на секунду колеблюсь. Хочется вложить в его ладонь свою, но мне страшно.
– Боишься? – подначивает. Знал бы он, как близок к истине.
Только осознание, что посчитает меня трусихой, убивает страх самосохранения.
– Ещё чего, - говорю, хватаясь за его руку. Касание обжигает, бабочки мгновенно вспархивают в животе, разлетаясь по всем сторонам, но я встаю, глядя ему в глаза через толщу очков.
Мгновение, и мы на мосту. И вот я смотрю на воду с другой стороны. Здесь она выглядит иначе, как девятиэтажный дом, и молюсь, чтобы брюнет передумал, или упал метеорит, или кто-то нас остановил!
Но Ирка, мокрая, смотрящая снизу, подбадривает, и я ненавижу её за всё, что она сделала, не зная, что потом, на свадьбе, стану благодарить за наше с Егором знакомство. А пока стою на мосту, чувствуя, как трясутся поджилки.
– Ещё можешь сказать «нет», - поворачивается ко мне, смотря прямо в глаза, и снова чувствую озноб, когда на улице несусветная жара.
– Боишься на моём фоне быть трусом? – отчего-то вырывается, и чувствую, как меня дёргает в пространство.
– Вдыхай, - последнее, что слышу. Отрываюсь от моста, успев ахнуть, и вода быстро приближается. Интуитивно вдыхаю, ударяясь о поверхность, и тону, погружаясь всё ниже. Но его рука: крепкая, твёрдая, уверенная не отпускает. Дёргает снова за собой, на этот раз наверх, и я чувствую, как лёгкие разрывает от недостатка кислорода. Вдыхаю сильно, громко, слыша, как рядом кто-то смеётся.
– Не думал, что прыгнешь, - признаётся Егор, всё ещё держа меня за руку, пока вода обнимает тело.
Хочется высказать ему всё, но молчу. Сама пошла, сама согласилась, уколола и заставила. Задрав голову, смотрю на высоту моста, не веря, что смогла прыгнуть. Пусть не одна, но всё же. Девчонка, которая и в воду старается не заходить лишний раз, прыгнула с высоты, чтобы доказать чужому парню, что может.
Он спас меня, я осознала это сразу, потому что там, в воде, не понимала, что следует делать. Но он дал направление, стал вектором, вывел на свет.
А теперь? Я лежу в темноте в чужой квартире, понимая, что система моих координат сбита. Не знаю, в какой стороне выход, и куда следует идти. Но я выплыву, пусть и без Егора, потому что иначе никак, а я всё ещё хочу жить.
Закрываю глаза, пытаясь уснуть. Но голова выполняет танец вертолётов. Давно не было такого, со времён общаги, и я снова открываю глаза, чтобы приземлиться. Пытаюсь вспомнить о том, что планировала сделать завтра в ресторане, но оно ускользает от меня, не хочет ложиться в голову, а между делом уже начало третьего.
Важа ко мне клеился, но я только улыбалась, показывая красивое кольцо на безымянно пальце правой руки, шевеля кистью. Конечно, мне льстило его внимание, но не более того, принимать ухаживания оседлого грузина намерена не была. И дело не в национальности, а в том, что я нашла своего мужчину. Вернее, я так думала. Кто же знал, что поиски Уварова ещё не кончились? Только трезвонить на работе о том, что происходит в моей семье, не стану. Для чего мне косые сожалеющие взгляды, надо просто вычеркнуть Егора из жизни. И поставить жирную точку!
Глаза снова закрываются, но карусель вертится, и я чувствую подступающую тошноту. Чёрт дёрнул повторять за Милкой, всё равно никогда не победить. У неё даже ребята с курса никогда не могли выиграть. Она тот ещё кремень, а мне повезло быть её подругой.
Только сегодня не могла иначе. Всё же анестезия работает, благодаря анестезиологу. Не знаю, что будет завтра, а сегодня мне надо постараться уснуть, потому что на большее я не способна. «Спокойно ночи, Уварова,», - обращаюсь сама к себе, но тут же поправляю. – «Перцева».