Изнутри
Шрифт:
— Почему? — Я еще раз взглянул в сторону, откуда раздавалась музыка.
Кейден подмигнул.
— Потому что находящиеся здесь предметы нужны мне прежде всего остального.
— Например? — поинтересовался, когда мы направились к двойным дверям.
Он распахнул их и нахмурился, когда музыка стала громче.
— Подожди здесь минутку. — Он спустился по лестнице. Нежная мелодия умолкла минутой позже. — Готов? — спросил он, поднимаясь.
А потом развернулся, и я направился следом.
Чем дальше мы спускались под землю, тем прохладнее и сырее становился воздух, напоминая мне о подземельях.
— Что там внизу? — Я провел пальцами по стене, отмечая витающий вокруг запах приправ.
— Спортивный зал и другие штуки. — Его расплывчатый ответ сводил с ума.
Единственным звуком осталось шарканье наших ног по бетонному полу.
— Кейден, что это за место?
Он не ответил, пока мы не подошли к другим двойным дверям в конце коридора.
— Это спортивный зал. Все, что нужно для упражнений, находится здесь. Груши, гантели, скакалки — что угодно.
— Хорошо, — кивнул я.
Друг обошел меня и открыл дверь. Я развернулся и двинулся следом, нахмурившись, когда оказался в комнате, которая называлась домашним спортзалом.
— Я думал, спортзал в другой комнате.
— В каком-то смысле так и есть, но нет, ты будешь пользоваться этим.
Во мне проснулось любопытство. Сразу захотелось узнать, что в другой комнате.
— Кейден.
— Тебе не нужно ни о чем беспокоиться. Пока, — твердо сказал он.
— Ну ладно. Хорошо. Что ты там вообще делаешь? Трахаешь девушек? — рассмеялся я, пытаясь разрядить обстановку. Хотя нас и окружала темнота, хотелось, чтобы все вернулось на свои места. И еще мне нужно было выпить.
— Я покажу тебе ту комнату, когда будешь готов, а сейчас это не так.
— Ладно, Йода, — хмыкнул я и оглянулся на двойные двери. Неожиданно накатило предвкушение, жар распространился по телу.
— Закрой дверь и подойди сюда, Зандер.
От этой уверенной команды желудок сделал сальто, и я подчинился.
— Когда расстроен, зол или чувствую себя нехорошо, я занимаюсь спортом. — Он нажал на кнопку стереосистемы на другом конце комнаты и из колонок полился звук тяжелых басов. Бит отозвался вибрацией под кожей, отдаваясь в костях. — Я знаю, что ты занимаешься. Ты ходишь на пробежки, а теперь можешь пользоваться этой комнатой, особенно когда хочется что-то ударить.
— Она предоставляет алкоголь? — пробормотал я себе под нос.
— Нет, не предоставляет, — жестко произнес Кейден.
— Послушай. Нет ничего страшного, если я немного выпью…
— Вообще-то есть, — взорвался он. — Когда ты не можешь контролировать, сколько пьешь, это, блядь, огромная проблема.
— Ты мне не отец. У меня его больше нет, помнишь, мудак? А сейчас дай мне гребаное пиво или я сваливаю.
Он поднял бровь.
— Вот как? Чуть что не по-твоему, и ты сразу все бросаешь?
— Кейден, — прорычал я.
— Что? Ударь что-нибудь. Ударь меня, но не смей вредить своему телу. — Он в ожидании посмотрел на меня через плечо. — Ты бы лучше пробежался? — спросил, меняя тему.
— Да, — не раздумывая, ответил я.
Несмотря на то, что я взбесился, он знал, как меня отвлечь. Мудак.
Бег был моим любимым занятием. Уколы бодрящего воздуха на коже. Сердце, так сильно бьющееся о ребра, словно готово взорваться. Это помогало мне чувствовать себя свободным. Целым. Защищенным.
— Ты можешь пробежаться позже. А сейчас тебе нужно что-нибудь ударить.
Глаза сверкнули и, не знай я друга лучше, мог бы поклялся, что он бросает мне вызов.
Наклоняя голову из стороны в сторону, я услышал хруст. Острая боль прошла по позвоночнику, посылая волну жара по коже. Приятная боль. Как, например, когда ты упражняешься часами, зная, что конечным результатом будет здоровое тело. Конечно, в моем случае дерьмо, которым я закидывался, противоречило здоровью.
Я фыркнул и подошел к большой груше для битья.
— Тебе нравится меня выводить, так ведь?
— Нет. — Кейден схватил другую сторону груши, удерживая ее на месте. — Я думаю, что тебе нужно вытащить голову из задницы. Кто-то должен тебя образумить.
Да ладно. Как будто это когда-нибудь произойдет.
— Я, скорее, одиночка, когда дело касается упражнений, — проговорил Кейден, нарушая нервирующую тишину. — Но в любом случае, когда ты бьешь что-то или бегаешь… тягаешь железо… когда… черт возьми… до момента, когда тело начинает жечь… — Когда его голос начал затихать, я взглянул на него. Его темно-синие глаза сияли. — Потрясающе.
— Ну, можно и так сказать, — откашлявшись, пробормотал я.
— Чем тебе нравится заниматься? Кроме того, что действовать мне на нервы.
— Да ну на хуй. — Я закатил глаза. — Мне кажется, все наоборот, чувак.
— Ответь.
— Извини? — нахмурился я.
— Какое твое любимое упражнение? Что заставляет кровь закипать? Мышцы гореть?
Он провел пальцами по груше.
Я смотрел, как он ласкает ее, словно любовницу.
— Становишься одним целым с грушей? — поддразнил я.
— Скажи, что заставляет твое сердце ускоряться, — потребовал он, схватив жезл, прикрепленный к стене золотистым зажимом.
— Эмм… секс? — выдохнул я.
— Ты спрашиваешь меня или отвечаешь? — Он поднял бровь.
— Отвечаю.
— Хорошо.
И, не успев осознать, что происходит, я с резким выдохом приземлился на спину.
Кейден опустился на колени рядом с моей головой, двумя руками прижимая жезл к моему горлу.
Я вытаращил глаза, судорожно пытаясь вздохнуть, легкие сжались от недостатка кислорода.
— Кейд, — прохрипел.
Ни одной эмоции не показалось на его лице со шрамами.
— Самооборона — отличное занятие, — произнес он, отпуская меня.
Я закашлялся, давясь воздухом, который так отчаянно пытался вдохнуть.
— Какого черта? — потребовал, схватившись за горло. Я поднялся на ноги, пристально глядя на него.
Друг ударил меня палкой по ногам, второй раз за пару минут сбивая на землю. Его глаза сверкнули, загоревшись от этого достижения. Мое дыхание затруднилось, а мышцы заныли от неожиданного нападения. Он рассмеялся и протянул руку.