Чтение онлайн

— Трое суток? — буркнул пацан, перетягивая внимание убийцы на себя.

— Да. Если через три дня к полудню обстановка в городе не изменится, то самое время для вас будет лезть в проход.

— А что должно произойти?

— Лишние вопросы, — оборвал Летар. — Просто протяните восемьдесят часов, это ваша единственная задача. А с меня хватит помощи незнакомцам.

Убийца наспех обшарил трактир. Еду он и впрямь нашёл, запрятав полоски вяленого мяса в карман своего дырявого плаща. Но что куда важнее, в бывшем кабинете Киля, на полу рядом с разграбленными шкафами лежал кулёк с чёрным порошком. Летар высыпал немного на руку и присмотрелся к смеси, как его учила Нэйприс. Это был качественный бездымный порох, слишком мощный для постоянного использования сантипушки. По словам инженерки, он способен разворотить её изделие до непригодности за полдюжины выстрелов. Убийца озадаченно осмотрелся по сторонам, будто ожидая увидеть ранее незамеченную кулеврину, оставленную где-нибудь в углу кабинета.

"Чем Дерас не шутит?"

Но мелкие гранулы были непохожи на артиллерийский порох. Вот для того, что было спрятано у Летара за пазухой — в самый раз. Чем увлекался Киль, если хранил у себя мощную взрывчатку, оставалось только догадываться. Либо сам инженерил, либо снял с кого-то в качестве трофея. Либо ему вовсе этот кулёк подарили.

Убийца вытянул сантипушку, засыпал свежий пороховой заряд в камору и вогнал свинцовый шарик в ствол. Вооружившись доселе невиданным произведением инженерного искусства, Летар ощутил себя увереннее. Теперь у него было оружие, способное удивить Дераса. А пуще того — напугать Дераса. Сколько нитей будущего оборвалось, стоило Летару зарядить сантипушку? Сколько из них имели значение?

"Может ли быть такое, что Дерас уже давно не контролирует ситуацию?"

Летар убрал оружие, спустился в основное помещение трактира и, не прощаясь со случайными спутниками, выскользнул на столичную улицу навстречу утреннему солнцу.

Лагерь наёмников только просыпался. Летар поразмыслил о том, чем обернётся пропажа старшего офицера бурых волков, протянул пояс с чужим оружием под плащом и решил понаблюдать за капитанской палаткой. Если вдруг начнётся переполох, лучше быть начеку. Даже если тело найдут, вряд ли кто-то заподозрит Летара, скорее вину махом спишут на западников и будут недовольно бурчать у костров. А ещё существовала вероятность наёмничьего мятежа и поножовщины, но в идеале этому стоило бы произойти позже, на исходе времени убийцы. Сейчас, пока нашивка на плече защищает его от совсем уж незаслуженных арбалетных болтов со стороны западных патрулей, он не хотел ничего менять.

Убийца занял позицию напротив входа в палатку и стал выжидать.

Время шло. Наблюдение затягивалось. Солнце давно миновало зенит и уже наполовину спряталось за крышами домов. Летар дважды оставлял пост, в том числе и ради перекуса. Прихваченную в трактире еду он оставил на будущее, на сей же раз прилипнув к группе наёмников из отряда звонких тетив. Они сперва не слишком обрадовались, но после пары крошечных светлых сфер, ослабивших им зубную боль, поменяли мнение о госте и привечали его мясной похлёбкой. Летар решил не задаваться вопросом, каким именно мясом его угощают и быстро выхлебал всю миску.

В процессе, он наслушался разговоров о том, что западники ничем не хуже имперцев, лишь бы платили звонкую монету. Задал пару наводящих вопросов, но не услышал ничего нового: войска на севере города, Макз во дворце, архимаг вроде бы в башне; тюрьма где-то есть и чёрт с ней, никого из отряда туда не утащили, так что наплевать.

Когда небо залило тёмными красками, наконец проявились признаки беспокойства. Толстый писец, который давеча записывал Летара в книгу, принялся периодически высовываться из палатки и искать кого-то взглядом. На третий раз он подозвал к себе нескольких человек, что сидели рядом, и послал в разные стороны, обойти лагерь. Летар подобрался поближе, и когда посыльные вернулись, смог услышать их донесения.

— Его нигде нет, — поочерёдно отчитались двое. — Совсем нигде.

— Мы не могли просто потерять помощника, мать его, капитана! Где-то он должен быть! — толстяк затрясся от злости. — Он не мог сбежать.

— Не мог?

— Не мог! Он ушёл почти сутки назад, должен был вернуться ещё утром. Вряд ли его убили… Хотя в темноте всё могло случиться…

Толстяк беспомощно осмотрелся, заламывая руки.

— А не могли его посадить под замок? — бросил Летар, приближаясь к писцу и запахивая плащ получше. — Если он занимался чем-то непотребным, его могли кинуть в какое-нибудь подземелье.

Толстяк нахмурился — ему явно не понравилось то, как Летар вмешался в разговор, — однако морщины на лбу быстро разгладились. Он принялся без особой радости смаковать идею.

— Подземелье… — прошептал он. — Тюрьма, значит. Это возможно.

Один из стоящих рядом посыльных гоготнул:

— Так чё, помощник капитана к капитану присоединился?

Веселье, однако, оказалось незаразным.

— Это сулит проблемы, — пожаловался писец. — И большие. Но это лучше, чем если его подвесили за шею или пырнули в подворотне. Надо проверить.

— Я могу сходить, — мгновенно вызвался Летар.

— А ты знаешь, где здесь тюрьма? — подозрение взошло в жирных складках, как на дрожжах.

Летар молча кивнул, но толстяк не удовлетворился.

— А ты знаешь, как выглядит помощник капитана? Да даже капитан, если на то пошло? Да и кто пропустит к заключённым грязного оборванца?

— А здесь есть чистые оборванцы? — процедил Летар, нависнув над толстяком.

Тот не впечатлился, но вынужден был признать очевидное:

— Ладно. Но с чего такая прыть? Хочешь примазаться к западникам, целитель? Пойдёшь завтра на заре с Ганаком, его уже пропускали. Заодно отнесёте передачку для капитана. А я всю ночь буду молиться, чтоб всё обошлось.

— Чтобы нас не прирезали по дороге? — уточнил Летар.

— Нет, твою мать, чтоб капитанов помощник вернулся раньше, чем вас прирежут. Отправляетесь на рассвете, херов умник. До утра свободен. Пошёл с глаз.

"На рассвете".

Летар почувствовал, как влип в тягучую смолу времени и не может из неё выбраться.

***

День 88

Летару стоило больших усилий не сорваться в ночь ещё раз, чтобы каким-нибудь немыслимым образом просочиться в тюрьму и найти там эльфа с огнелистом. Он заставил себя растянуться на земле и ждать безопасную возможность проникновения, раз уж удалось её ненароком организовать. Ждать наедине с осознанием, что в повороте событий, подарившем эту возможность, случая гораздо больше, чем планирования.

"Я согласен доверить свою жизнь шансу. Сейчас с гораздо большей готовностью, чем когда-либо".

Убийца расправил плечи, приводя в чувство затёкшую спину, надеясь, что и в мозгах заодно прояснится. Улыбка удачи, согласно его прежним категориям ценностей, это дурной знак. Но сейчас раздражения по поводу случая не было. Не заболел ли Летар? Он решил это выяснить.

Спящий неподалёку наёмник вздрогнул и отвернулся, когда крохотная белая сфера провалилась в ладонь Летара, из которой только что вынырнула. Исправно работающий организм сообщил только, что его хозяин испытывает глубоко укоренившийся страх. Подавленное состояние и желание решить все проблемы за один миг были логическим продолжением ужаса, в котором мариновался мозг Летара на протяжении последних недель.

"Хорошие новости. Этому ужасу осталось жить двое с половиной суток".

Летар иронически относился к физиологии, стоящей за эмоциями, и старался не углубляться в эту тему. Поэтому, глядя на тусклое небо империи, он беспокойно ждал утра и никак не мог найти иную пищу для размышлений себе по вкусу. За что ни хватался его сжавшийся мозг, всё тут же было с отвращением выплюнуто обратно.

Уснул он, так и не насытившись.

Часами позже, рассветное солнце накинуло на Летара цепи и оторвало его от земли. Убийца потряс ноющей головой, свыкаясь с мыслью, что это мог быть его последний сон в жизни. К счастью, мысль не показалась ему новой, а потому он быстро пришёл в чувство. Отобранный у трупа меч занырнул под слой ветоши, и безоружный убийца направился к Ганаку.