Чтение онлайн

– Как тебе помочь?

– Я должна остаться молодой, – заявляла ему женщина.

– И что нужно для этого сделать? – интересовался он. – Я готов на все.

– Пока не знаю.

Он тоже не находил себе места от сознания того, что не может помочь любимой. Да она и не знала, кто и чем ей поможет. Однажды она услышала историю про женщину, которая продлила себе молодость при помощи колдовства, и погрузилась в Интернет для поиска рецептов чудодейственного средства. Многочисленные Интернет-магазины предлагали так называемые книги с ведьмиными советами, и она решила потратить большие деньги и выписать одну из них. Он дал любимой нужную сумму, и на следующий день книга лежала на ее столе. Дрожащими руками женщина перелистывала страницы. Вот они, чудодейственные советы и рецепты колдунов. Первые из них казались ей очень простыми, и она на следующий день приступила к их осуществлению. Женщина поглощала шпинат, зажигала у изголовья свечу, шептала магические слова, пила напиток, приготовленный из белых шелушек чеснока, в пятницу, ночью, глядя на полную луну и держа в руках розу, представляла, как от цветка исходит мерцающее сияние, по форме напоминающее облако, радиусом примерно десять сантиметров, потом лепестки этой розы помещала в блестящую металлическую посуду и заливала тремя литрами холодной воды. В четверг днем на убывающей луне она собирала кленовые листья разного цвета, вечером раскладывала листья вокруг постели, зажигала розовую свечу так, чтобы она находилась справа, глядела на листья, шептала заклинания, потом ложилась спать, а утром собирала листья, выносила их во двор и с упоением жгла.

Такие старания должны были увенчаться успехом, однако беспощадное зеркало говорило другое. Впрочем, в книге упоминалось: советы не дают такого эффекта, как рецепты снадобий, и она приступила к их приготовлению. Женщина долго медлила, чтобы решиться приготовить самые сильные. Она не представляла, как возьмет в рот хоть одно такое «лекарство» от старости, но желание остаться молодой победило все. Для снадобий требовались такие составляющие, какие ей было не под силу добыть самой, и вечером она показала рецепты ему. Мужчина улыбнулся:

– Если это все, что от меня требуется, можешь не переживать. Завтра у тебя будет все.

Как всегда, он держал свое слово. Завтра она действительно получила все.

Чувствуя свою вину перед товарищем, Павел заехал за Костей на дачу и с сожалением покосился на накрытый стол.

– Обещаю вам, – галантно поклонился он Катиным родителям, – что в следующие выходные мы приедем к вам в гости с Настеной.

Отец и мать Кати переглянулись:

– С вашей работой только планировать, – усмехнулся тесть Скворцова. – Лучше не обещай.

Костя поманил приятеля:

– Пойдем скорее.

На заднем сиденье служебного «уазика» уже примостились Михалыч, Петя и Леонид. Шофер Виктор с сожалением посмотрел на Константина:

– Не дали вам отдохнуть?

Скворцов пожал плечами:

– Разве в первый раз? Ну, давайте докладывайте обстановку.

Павел кашлянул:

– Из Сосновки нам поступил сигнал: обнаружен труп девушки. Вроде бы ее так же подвесили на дерево, как того бедолагу Дьяченко. А в общем, приедем – увидим.

– Это точно, – кивнул Константин.

До Сосновки доехали еще быстрее, чем до Железнодорожного. Когда-то это был поселок городского типа, но вот уже около двадцати лет этот поселок являлся одним из районов Приреченска. Кладбище находилось на его окраине. На нем уже давно никого не хоронили, и городские власти постоянно обещали превратить его в парк. Машина притормозила у полуразрушенной серой ограды. Разумеется, никакого сторожа не было и в помине.

– Кто обнаружил труп? – осведомился Михалыч.

– Местный бомж, – отозвался Киселев. – Кстати, он обещал нас дождаться. Хотя верить таким на слово…

Они вылезли из «уазика» и направились ко входу на кладбище. На одной из могил, неподалеку от заросшей сорняками дорожки, кто-то зашевелился.

– Ты смотри, не обманул, – усмехнулся Киселев. – Вот он, голубчик.

Бомж, в старой выцветшей рубашке непонятного цвета и в спортивных штанах, с давно не чесанной бородой, осклабился, обдавая всех запахом перегара.

– Приветствую вас, господа полицейские. Видите, у нас все по договору. Обещал – приведу вас на место преступления, и вот я здесь. И мне не мешало бы поправить здоровье, товарищ начальник, – обратился он к Павлу.

– Кстати, ты еще не привел нас на место преступления, – скривился Киселев. – Так что поторопись, а то останешься без гонорара.

Бомж засуетился:

– Да с превеликим удовольствием, вот по этой дорожке.

Оперативники зашагали за местным жителем. Он старался держаться прямо, не шататься, хотя иногда его бросало из стороны в сторону. Костя обводил взглядом могилы. Все они, как одна, были неухоженными. Наверное, подумалось ему, те люди, которые хотели перенести прах своих родных на другое место в ожидании того, что кладбище превратят в парк, давно это сделали. Остальные не заботились об ушедших близких, и надгробия постепенно захватывала трава.

– Вон там, на дубке, она и висит, – бомж подвел оперативников к почерневшему от времени кресту. Возле него раскинул ветви небольшой дуб. – Она с другой стороны. Я туда не пойду, извините. Негодяй ее изуродовал, да вы увидите. Сил нет смотреть на это.

– И за это спасибо. – Киселев достал портмоне и вытащил сотню. – Держи, дружище.

Мужчина на прощание осклабился и махнул рукой. Оперативники обогнули могилу. Картина, которая открылась перед ними, оказалась как две капли воды похожа на недавно виденную на сельском кладбище. С ветви дуба свисала женщина. Белые длинные волосы касались земли. На длинной тонкой шее зияла рана. Михалыч вздохнул:

– Да, все понятно. Судя по всему, смерть от кровопотери, как и в прошлый раз.

– Возраст определишь? – Костя не случайно задал этот вопрос. Преступник не только обескровил несчастную жертву. Его безжалостная рука выплеснула в лицо несчастной кислоту.

– Когда я не определял? – отозвался Заболотный.

– На вид молодая, – подал голос Петя.

Павел повернулся к нему:

– Где хочешь, но добудь мне свидетелей.

– Это нелегкое дело. – Прохоров щелкнул пальцами. – Ни для кого не секрет, что Сосновский район нашего города – самый безлюдный.

– Болота неподалеку, – подал голос Леонид. – Наши толстосумы здесь строиться не хотят. А прежние хибарки снесли.

– Когда-то, по преданию, тут хоронили самоубийц, – вмешался Станислав Михайлович. – А на такой земле не может быть ничего хорошего. Вот люди и сторонятся этого места. Как разъехались старожилы, сюда особо никто не рвется. Говорят, завод собираются строить. Опять же – говорят.

– И где, спрашивается, я найду свидетелей? – проворчал Петя, однако пошел по дорожке.

– Поищи на речке, – крикнул ему вдогонку Киселев. – Сосновка всегда славилась своей рыбой. Вдруг рыбаков отыщешь.

Петя кивнул, не оборачиваясь. Леонид обшаривал кусты сирени, уже давно осыпавшиеся.

– Смотрите! – Он поднял маленькую дамскую сумочку и раскрыл ее. Она оказалась совершенно пустой – ни мобильного, ни кошелька.

– Видимо, преступник не хотел, чтобы мы установили ее личность, – задумчиво проговорил Скворцов. – Интересно почему?

– Возможно, потом мы узнаем об этом, – произнес Киселев. – А пока, ребята, хорошо осмотрите все вокруг. Дорога каждая зацепка.

Михалыч взял погибшую за руку: