Чтение онлайн

На самом деле я не была уверена в том, что сказала эти слова вслух. Я даже была не уверена нужен ли мне этот танец.

Кажется, я тонула в болоте.

У меня, определенно должны были быть проблемы поважнее, но женская месть она такая...

Свежие воспоминания надменного лица Сизовой придали мне уверенности. Почему то из того что произошло на днях, физиономия Карины задевала меня больше всего.

– Очевидно, твоя температура так и не спала.
– Нелли остановилась возле двери.
– Потому что, то что ты говоришь, звучит как полный бред.

– Нет, серьезно, - мне пришлось приложить немало усилий чтобы сесть.
– Поставь мне танец.

– Для чего?- Лицо подруги вытянулось.
– Может лучше съешь еще таблеточку? А лучше даже три.

Из Мейсер бы вышел не очень хороший доктор.

– Видела рекламки по набору в группу поддержки?
– Подруга кивнула, еще бы эти цветные бумажки словно флаеры на мега вечеринку валялись по всему университету.
– Хочу попасть в команду.

– Я думала, что у тебя и так достаточно проблем.
– Я прям таки слышала здравый смысл в ее словах, но вот только тот самый смысл никогда на меня особо не действовал.
– Возможно тебе стоит немного приостановить свою вредоносную деятельность.
– Мое больное сознание даже немного обиделось в этот момент.
– Знаешь, большая часть универа обсуждает недавнюю драку Франца и Князева, и твоя фамилия чаще всего фигурирует в этом треугольнике. Я слышала, что некоторые парни спорят на деньги по поводу того с кем из них ты спишь. Всем интересно какие отношения у вас троих.

– Очевидно никаких, - бросила взгляд на свой молчащий телефон. Ну хотя бы в универе я популярна.
– Ты моя подруга разве ты не должна быть на моей стороне?

– А где твоя сторона, Алекс?
– Она приблизилась ко мне и присела на краешек кровати.
– Точнее кто твоя сторона?
– Нелли обхватила мою горячую ладонь.
– Ты запуталась. Что у тебя там внутри?
– Ее палец коснулся моей груди.

Ну... в данный момент там было очень горячо.

Новый приступ кашля заставил меня согнуться.

Прошло уже три дня после случившегося, Влад так и не позвонил. Возможно его не волновало мое отсутствие и это слегка разочаровывало. Возможно, я привыкла разочаровываться в людях, но это не должен быть он. Только не Влад. Я могла бы позвонить первой, вообще-то я так и сделала в тот вечер. На протяжении нескольких часов я слушала тупые гудки, которые затем сменились безэмоциональным голосом автоответчика. Возможно я продолжала бы названивать ему и ночью, но именно в тот момент у меня поднялась температура. С тех пор, я впервые осознанно приняла вертикальное положение. Желание звонить Князеву пропало.

Сквозь шум в ушах я слышала голос собственного разума, ну или скорее всего это был эгоизм. В любом случает противный голосок нашептывал собрать воедино все свои не самые лучшие качества и повернуть рубильник в положение "вкл".

А еще...

Где-то глубоко внутри... Совсем чуть-чуть... Я начинала понимать, что это все... Мой маленький не совсем счастливый конец...

Но это чувство было настолько ничтожно мало.

– Он не спрашивал обо мне?
– Откинувшись на подушки, уставилась на свое заметно похудевшее и побледневшее отражение в зеркальном потолке.

– Он даже не смотрит в мою сторону, что в принципе не ново. Но угадай кто уже трижды интересовался твоим здоровьем?
– Я не успела даже подумать или хотя бы начать столь сложный процесс.
– Маслов! Этот парень каждый день спрашивает о тебе, он думал, что ты прогуливаешь, а когда я сказала, что ты заболела... Эдик даже конфетки притащил, велел тебе передать. Петрова думает, что он ведет себя подозрительно.

– А конфетки то где?
– Посмотрела на вмиг растерявшуюся подругу.

– Конфетки?
– Она порылась у себя в кармане, достала рафаелку и бросила мне.
– Вот.

– Ты сказала конфеткИ.
– Посмотрела на любимую сладость.
– Во множественном числе.

– Ну... Я подумала, что ты болеешь и у тебя нет аппетита, ведь не просто же так ты отказывалась от моего чудо супчика. На самом деле их было больше чем одна конфета, - она кивнула на кровать.
– В общем я не удержалась и отрыла коробку. И, почему, после всего, что случилось тебя интересуют только конфеты?

Мы не говорили о том что произошло в универе. В тот день единственное, что услышала от меня Мейсер это сомнительные выводы по поводу моего будущего замужества. Я не плакала, просто лежала в своей комнате, на своей мягкой постели и смотрела в окно, съедаемая чувством вины, обиды и задетой гордости.

Я лживая обманщица. И еще не известно по отношению к кому больше...

– О чем ты думаешь?
– Поинтересовалась Мейсер складывая руки на груди.

– Все всегда считали меня и Влада идеальной парой. А ты?
– Пригладила растрепанные волосы.

– Ты знаешь мое мнение.
– Усмехнулась она.
– Но почему тебя интересует это сейчас?

Да... почему?

Меня интересует любое мнение кроме своего. Я бы хотела стать независимой. Независимой от предрассудков.

– Так, что насчет танца?
– Быстро сменила тему.

– Зачем тебе все это? Ты сама еще не устала вести эту бессмысленную войну с собой?

Я предпочла проигнорировать ее последний вопрос:

– Мы обе знаем, что ты хороша как хореограф, я отлично танцую. Не хочешь посмотреть, что из этого получится?

– Вообще-то нет, не хочу.

– А если я скажу, что хочу поставить на место Сизову.
– Я предприняла еще одну попытку убедить Мейсер.
– Она отчасти виновата в той драке. К тому же ее вина даже больше чем моя. Карина отличный манипулятор.

– Все равно нет.
– Она покачала головой.
– Я говорю так только потому что желаю тебе добра.

– Отлично, - вспылила я, с головой ныряя под одеяло.
– Сама справлюсь. Вот сейчас еще немного полежу и обязательно справлюсь.

– Говоря о манипуляторах. Ты тоже не плохо управляешь людьми, - Соседка погладила меня по голове прямо через одеяло.
– О! И сними уже свою пижаму.

Еще "немного" медленно переросло в следующие сутки. Из кровати, я конечно вылезла, но это было гораздо позже.

В комнате было темно, и я не знала утро ли сейчас или вечер, как и день недели в принципе.

Завернувшись в одеяло спустилась вниз. Часы показывали шесть вечера. Немного побродив по пустой квартире уселась на диван, прихватив с собой градусник. Температура немного спала, и теперь вместо привычных тридцати восьми и восьми, градусник показывал тридцать семь и пять. Меня слегка потряхивало, горло продолжало болеть, а во всем теле чувствовалось усталость, будто это не я только что спала как сурок.