Чтение онлайн

Изложенный нами материал вновь показывает огромное значение кумранских свитков: наибольшее значение они имеют для исследования текстов Ветхого Завета. Старейшим частям нашей сегодняшней еврейской Библии 3400 лет, а может быть, и еще больше. И тем не менее мы имеем достаточно оснований для уверенности в том, что находящийся в наших руках текст полностью совпадает с древним оригиналом. Мы видели, на чем основывается эта твердая уверенность: (1) на малых отличиях масоретских текстов, (2) на почти абсолютном совпадении почти всей Септуагинты с масоретским текстом, (3) на совпадении (в общих чертах) с самарийским Пятикнижием, (4) на тысячах фрагментов рукописей из каирской геницы, (5) на четких, педантичных правилах книжников, копировавших тексты от руки, и, наконец, (6) на убедительном подтверждении достоверности еврейского текста кумранскими свитками. Исходным пунктом наших рассуждений был вопрос: «Кто дал нам Ветхий Завет?» За всеми людьми, принимавшими участие в написаниии и передаче этой книги потомкам, мы видим руку Бога, сотворившего все человечество (см. гл. 5-6).

До настоящего момента мы сами говорили о достоверности дошедшего до нас текста. Конечно, еще остается открытым вопрос о достоверности содержания текста в свете современных исторических, археологических и естественнонаучных открытий. Мы верим, что и в этих областях Ветхий Завет может порадовать нас такими же чудесными открытиями. Об этом мы поговорим позже.

В предыдущих главах мы увидели, что Библия состоит из двух частей, между которыми существует ясное различие: Ветхий Завет (или Книга Завета) содержит историю сотворения мира и историю израильского народа примерно до 4-3 века до н.э., а Новый Завет — биографию Иисуса Христа, историю возникновения первых христианских общин и адресованные им послания. Обе части Библии имеют свою историю возникновения: львиная доля Ветхого Завета написана евреями — Ветхий Завет одновременно является священной книгой иудеев, а за возникновение и передачу Нового Завета несут ответственность христиане.

В этой главе мы хотим исследовать вопрос возникновения Нового Завета — точно так же, как мы это сделали в предыдущей главе с Ветхим Заветом: как произошли составляющие его книги? Как они были собраны вместе? Какими рукописями Нового Завета мы располагаем? Существуют ли другие средства для подтверждения достоверности его текста? Как производились попытки реконструировать первоначальный текст и насколько достоверен наш сегодняшний Новый Завет?

В главе 2 мы уже коротко говорили о первоначальном составлении Нового Завета. Так же, как и в случае Ветхого Завета, оригиналы новозаветных книг (т.н. автографы) до нас не дошли. Это и не было возможным, так как папирус, на котором они были написаны, очень недолговечен. К счастью, эти автографы через определенные промежутки времени переписывались на новые папирусные свитки, и так продолжалось в течение почти четырнадцати столетий. Книги Нового Завета были написаны во второй половине первого века н.э. и в основном предназначались для наставления поместных церквей (как, например, большинство посланий ал. Павла). Некоторые письма были адресованы отдельным личностям (Послания Тимофею и 2-е и 3-е Послания Иоанна), другие, напротив, обращены к более широкому кругу читателей (Послание Иакова, Откровение). Некоторые книги были написаны в Иерусалиме (Иакова), другие в Малой Азии (Иоанна), в Юго-Восточной Европе (Послания Римлянам и Фессалоникийцам) или даже в Риме (Послания Ефесянам, Филиппинцам и Колоссянам).

Места написания и места назначения этих книг чаще всего были сильно удалены друг от друга. Кроме того, существовала лишь ограниченная возможность общения и транспортной связи; из этого можно понять, что для приобретения текстов всех книг Нового Завета первохристианским общинам понадобилось значительное количество времени. Но тем не менее в этих общинах сразу началась работа по составлению из подлинников апостольских посланий единой книги. (Проблемы, связанные с отличением аутентичных (подлинных) апостольских посланий от неаутентичных, т.е. канонических книг от апокрифов, мы подробнее рассмотрим в гл. 5). Римский епископ Климент, написавший примерно в 95-м году письмо Коринфской церкви, бесспорно, был знаком не только с Посланием апостола Павла Римской церкви, но и, как минимум, с одним из его Посланий Коринфянам (см. 1 Климента 47, 1-3) и, вероятно, со некоторыми другими. Очевидно, уже в то время Римская церковь располагала копиями целого ряда новозаветных книг.

Подобное распространение этих книг и чтение их вслух было повсеместным уже в первые века. Апостол Павел неоднократно повелевает читать его послания в церквах вслух (1 Фес. 5, 27; 1 Тим. 4, 13), а также, что делаться это должно в различных церквах: «Когда это послание прочитано будет у вас, то распорядитесь, чтобы оно было прочитано и в Лаодикийской церкви; а то, которое в Лаодикии, прочитайте и вы» (Кол. 4, 16). Иоанн даже завещал особое благословение читающим его книгу Откровения (см. Откр. 1, 3). Эта книга была обращена к семи различным церквам (гл. 1, 4.11), которые должны были передавать книгу друг другу. Хождение книг по церквам и их чтение одновременно означало и то, что писания апостолов, будучи предназначены каждое для одной конкретной церкви, имели авторитет для всех. Этим объясняется быстрое копирование и, как мы это можем видеть на примере соборных посланий, быстрое распространение текстов новозаветных книг (см. Иак. 1, 1; 1 Пет. 1, 1). Есть те, кто полагает, что Послание к Ефесянам первоначально было как раз таким общим посланием церквам, потому что слова «в Ефе-се» отсутствуют в разных старых рукописях.

Так в раннехристианских церквах появились первые собрания копий новозаветных писаний. Апостол Петр, вероятно, располагал собранием посланий апостола Павла и приравнивал их к «прочим Писаниям» (2 Пет. 3, 15-16). Это прямое указание на то, что подобные коллекции копий имелись и в других местах. Об этом же свидетельствует и тот факт, что новозаветные авторы порой упоминают друг о друге. Так, апостол Павел в 1 Тим. 5, 18 цитирует Евангелие от Луки (гл. 10, 7), называя его «Писанием». Таким образом, к концу первого столетия книги Нового Завета были не только написаны, но и широко распространены в виде копий. Вследствие растущего спроса этот процесс копирования продолжался еще в течение многих столетий, пока изобретение книгопечатания не положило конец этому утомительному труду.

В настоящее время мы располагаем более чем 5000 рукописями, содержащими весь греческий Новый Завет или его части. Но число найденных рукописей так резко увеличилось лишь в последнее время: еще недавно христиане не располагали практически ни одним полноценным древним текстом. В 16-17 веках, в эпоху появления великих протестантских переводов Библии, не было известно ни одного манускрипта древнее 11-го века, не считая Кодекса Безы (Codex Bezae, рукописи относящейся к 6-му столетию, подаренной учеником Кальвина Безой в 1581 году Кембриджскому университету). В остальном автографы были отделены от старейших рукописей более чем тысячелетним периодом времени! Сегодня мы можем дать ясный ответ на вопрос, казавшийся в то время неразрешимым: располагали ли переводчики Библии достоверным текстом? Ответ на этот вопрос — однозначное «да». Сюда можно добавить, что сегодня мы имеем еще более точный текст! Для некоторых текстов Нового Завета разрыв во времени между автографом и копией сократился до примерно 50-ти лет!

Это великолепный результат трехсотлетних исследований — и работы продолжаются!

Все началось с того, что в 1627 году английский король Карл Первый получил в подарок от патриарха Константинопольского очень старую рукописную Библию («кодекс»). В 1078 году эта рукопись попала в руки патриарха Александрийского, отсюда и ее название — Александрийский кодекс (Codex Alexandrinus). Вероятно, она была написана в той же местности в первой половине четвертого столетия. Она содержит почти всю греческую Библию (Ветхий и Новый Заветы) и некоторые апокрифы и написана унциальными буквами на очень тонкой телячьей коже (веллуме). Лишь в 18-м столетии эта ценная рукопись была опубликована полностью; но до этого она пустила в ход исследования ряда усердных английских и немецких ученых, не терявших надежды на обнаружение еще и других древних рукописей. Хотя как до, так и после этого события для изданий Нового Завета на греческом языке использовался «Текстус ресептус» (Textus Receptus, «общепринятый текст», греческий текст Стефана 1550 года — см. гл. 2; само выражение происходит из предисловия к изданию Эльзевира 1633 года), обнаруживалось все больше и больше различающихся вариантов текста.