Чтение онлайн

При упоминании моего бывшего мужа у меня учащается сердцебиение.

– Ваш муж был очень харизматичным мужчиной, даже в таком молодом возрасте, – сообщает она. Не считаю нужным поправлять ее, напоминая, что он мне больше не муж. – У них с Бет было много общего, люди обожали их обоих. Если вам интересно мое мнение, они были запоминающейся парой. Потрясающей парой! Надеюсь, я вас не обидела.

На самом деле мне неприятно это слышать.

– Когда у них состоялась помолвка, Бет была невероятно счастлива. Очень мало кто знает, но Бет предложили работу в Сорренто после окончания университета, и Марк согласился поехать туда вместе с ней.

У меня внутри все опускается, горло сжимается до размеров карандаша. Сорренто. Там мы с Марком провели медовый месяц. Он о ней даже тогда думал?

Похоже, что ни Джин, ни Ник не замечают, как мне некомфортно. Женщина продолжает свой рассказ. Она только что испортила воспоминания о двух самых лучших неделях моей жизни.

– На какое-то время перед смертью Бет превратилась в совсем другого человека. Она почти ни с кем не разговаривала, и я вообще не видела ее с Марком. Ее лучшая подруга Дженнифер позднее сообщила мне, что Бет планировала с ним порвать. По ее словам, он оказался не тем человеком, за которого она его принимала.

– Марк входил в список подозреваемых? – спрашивает Ник.

Джин качает головой:

– Нет, никогда. У него было алиби с шести вечера до восьми утра следующего дня. Он пил с друзьями допоздна, а потом вырубился на диване у кого-то из приятелей и проснулся только на следующее утро.

– Он пил, когда пропала его невеста? – Это не похоже на того Марка, которого я знаю.

– Полиции он сказал, что они поругались, и он подумал, что Бет не пришла специально – чтобы отомстить ему, насолить. Когда ее тело нашли, он был в отчаянии, на самом деле был, я в это верю. Марк позвонил ее лучшей подруге, та очень сильно забеспокоилась и позвонила мне, а я, в свою очередь, позвонила в полицию, но им было плевать. Я сама и несколько студентов отправились на поиски Бет, мы искали во всех местах, которые только пришли нам на ум…

Пока я не услышала ничего, что могло бы мне помочь. Ник бросает на меня взгляд, словно читает мои мысли. Снова.

– Когда Бетани нашли, весь колледж был убит горем. Всегда тяжело терять людей, с которыми учишься, друзей и подруг, но когда выяснилось, как она погибла… Когда тело Бет нашли, полиция обнаружила следы жестокого изнасилования. Она была полностью обнажена, на запястьях и лодыжках остались следы веревок, которыми ее связывали, и еще ей перерезали горло…

– Пожалуйста, миссис Уитакер, не надо об этом, – быстро перебиваю я. – Мы знаем из прочитанного, что случилось с Бет. Может, вы расскажете нам о том, что происходило после обнаружения тела.

По ней заметно, что она чувствует облегчение, она благодарно кивает.

– Все были напуганы. Подобные вещи не происходят в нашем маленьком мирке. Родители требовали ответов. От Тревельян-колледжа до колледжа Святого Чада всего двадцать минут пешком, самый короткий путь – по территории университета. Здесь в основном находятся студенты, и они чувствуют себя в безопасности. Через пару дней поползли слухи.

Она тяжело вздыхает, и я вижу, как ей трудно об этом говорить. Мы с Ником молчим. Мне не по себе от того, что мы приносим ей боль, но мне нужно знать, что случилось с ее точки зрения, а не то, что мы прочитали в Интернете.

– Один из приятелей Марка дал показания в полиции, заявив, что видел Бет в одном из районов Дарема, пользующемся дурной репутацией. Она садилась в машину к незнакомому мужчине за несколько дней до смерти. Этот приятель потом отказался от своих показаний (предполагаю, что по настоянию Марка), заявив, что тогда было темно, он мог ошибиться насчет того, что видел, но ущерб уже был нанесен. Слухи распространялись, как лесной пожар, говорили, будто Бет зарабатывала, оказывая сексуальные услуги незнакомым мужчинам. После этого появилось предположение, что у нее возникли проблемы с одним из клиентов, которые ей платили, ну и дело дошло до убийства. – Джин краснеет, когда говорит про клиентов. – Доказательств не было, дело заглохло, полиция фактически прекратила им заниматься. – Судя по ее виду, женщина злится, руки у нее дрожат, а добрые глаза наполнились слезами. – Именно тогда они и арестовали того бродягу, Рассона. Утверждали, будто он убил Бет, потому что не хотел ей платить.

– Вы не верите, что так было на самом деле? – мягко спрашиваю я.

Она решительно качает головой.

– Бет никогда не стала бы заниматься ничем подобным. Не смотрите на меня так, мистер Уайтли, я не какая-то наивная старая сентиментальная дура, и я не ханжа. Я знаю, что студенты иногда делают неприглядные вещи, чтобы свести концы с концами, хотя в Дареме это встречается реже, чем в других местах. Но только не Бет! Полная чушь, и полиция это знала. На них давили очень влиятельные люди, требуя закрыть дело, и в то время подобное объяснение показалось очень удобным. Я не поверила ни одному слову.

– Другие поверили?

Она ставит чашку на стол и смотрит на меня. За последнее время я так привыкла к тому, что люди меня игнорируют, предпочитая адресовать вопросы и ответы Нику, что чувствую себя некомфортно из-за этого внезапного внимания.

– Люди верили в то, во что хотели верить. Трудно передать, как боялись наши девочки. Никто не хотел плохо думать о Бет, но альтернатива пугала еще больше. Мысль о том, что это с ней мог сотворить другой студент или кто-то, кого она знала, приводила их в оцепенение. Они хотели верить, что Бет сама виновата. Ведь это означало, что им не угрожает опасность. Все вздохнули с облегчением, когда полиция исчезла с территории университета. В буквальном смысле с глаз долой, из сердца вон. Жизнь вернулась в нормальное русло, и на самом деле никто больше не пострадал. Студенты успокоились, в головах у них отложилось, что это был несчастный случай, и его больше никто не упоминал.

– Никто за нее не заступился? – спрашивает Ник.

– Конечно, заступались, – отвечает Джин. – Я сама и несколько преподавателей умоляли полицию искать дальше, так сказать, ближе к дому. Нам пригрозили, что мы лишимся работы в университете, если и дальше будем портить репутацию колледжа. Ее брат Джош очень долго пытался бороться, но в конце концов сдался даже он. Как бы мы ни любили Бет, но неприятностей не хотели. Ее все равно не вернуть.

– Вы знаете, куда ее подруги отправились после окончания университета? Как вы думаете, кто-то из них согласится с нами поговорить?

– Не знаю. – Женщина встает, берет наши чашки и относит на кухню. Она возвращается с листком бумаги. – Это фамилии, которые я помню. Лучшей подругой Бет была Дженнифер. Она все еще живет неподалеку отсюда. Кстати, работает в университетской библиотеке.

Мы с Ником переглядываемся, и нам внезапно становится понятно, почему молодая женщина в библиотеке так эмоционально отреагировала на фотографию. Она была лучшей подругой Бет.

Почему-то я думаю, что поговорить с ней будет непросто, не как с миссис Уитакер.

– Вы можете поговорить с полицейским, который занимался делом Бет. Он не верил в виновность Рассона и ушел в отставку вскоре после того, как бездомному вынесли обвинительный приговор. Я не помню его фамилию, но у меня тут целая стопка старых записных книжек, может, найду его. И у Бет были родственники, сестра и брат. Простите, не знаю, где они живут, лично я с ними никогда не встречалась.

Она снова поднимается на ноги.

– Мне очень жаль, что я никак не смогла вам помочь с поисками сына, – говорит она мне, провожая к двери. У меня создается ощущение, что ей на самом деле жаль.