Чтение онлайн

– Жаль, подумал я, что Екатерина II не услышала восхищений французского историка, военного и посла Франции Филиппа де Сегюра в адрес кабардинского войска и в особенности кавалерии, и все же решилась на возвещение крепости в Моздоке.

А было чем восхититься! Переводя на современный язык, Феликс Наков рассказывал в интервью «Предположим что шаг равен 70 см., и конь на галопе скачет со скоростью 50 км/ч. Тогда дистанция, когда достается ружье равна 14 м., а скорость, если ее перевести в м/с равна 13,89 м/с. Таким образом, указанная дистанция преодолевается за время чуть – чуть более секунды. То есть доставание ружья, выстрел в противника, переброс ружья через плечо, обнажение шашки и нанесение удара происходит за время менее полутора секунд. Даже если предположить, что скорость всадника в два раза ниже (~ 25 км/ч), все эти действия происходят за время меньше, чем 2,5 секунд».

Наков подошёл к манекену в черкеске и продолжил: «В это время формируется классический адыгский воинский костюм с интегрированными к одежде элементами снаряжения и к огнестрельному оружию: газырницы и подгазырные кармашки для ношения газырей – отмеренных доз пороха, натруски с порохом и кремневых пластинок для замков кремневых ружей и пистолетов. В России с первой трети XIX века он получает название «черкеска». Процитировал слова Султан Хан–Гирея, относящиеся к началу 30 – х годов XIX века: «Цей – главный кафтан, суконный, или так называемая русскими черкеска, имеет на груди от шестнадцати до двадцати четырех патронниц. Мужская одежда у черкес красотою и удобностью превосходит все одеяния мне известные не только в Азии, но даже и в Европе. Оружие у черкес также превосходно и отличается не богатством, но и ловкостью, удобностью, вкусом обделки и добротностью».

Журналисту Штыбину Наков так же рассказал о том, что приказом военного министра №256 от 27 ноября 1861 года в Терской и Кубанской казачьих войсках верхнюю одежду повелено именовать не мундирами, а черкесками. В исторической летописи шашка отмечена прежде всего как казачье оружие, и, по сей день оставаясь неотъемлемой деталью традиционной культуры российского казачества, элементом старинного казачьего костюма.

Романовы – Михаил Николаевич (сын Николая I), Николай II, цесаревич Алексей, брат Николая II – Михаил Александрович носили черкеску.

Завершая интервью, руководитель музея снова процитировал двоюродного брата князя Таврического из далёкого 1784 года: «…до ста разных народов во всем подражают не токмо во нравах, но во образе жизни, и во образе одежды, кабардинцам».

Да, на фоне Феликса Накова, который столько знал, умел и виртуозно владел шашкой, я был худшим из кабардинцев. Не знаю как я смотрелся в глазах Кургоко Атажукина, но мне было стыдно.

После просмотра видео, обращаясь к Атажукину сказал: – После Русско–Кавказской войны нам – черкесам запретят носить огнестрельное оружие и черкесские шашки, но не будет запрета носить кинжал – черкесскую «къамэ». Черкесский кинжал будут носить как элемент национального костюма до середины XX столетия, а про то, что он станет украшать стены домов. – что кинжал станет сувенирной вещицей я умолчал.

– Ничего, сынок, ещё научишься, было бы желание. – утешил меня он.

– Я хотел бы рассказать об этом парне, который стоял с Феликсом Наковым. – обратился к Кургоко. – Его зовут Виталий Штыбин, он русский, но знает историю моего народа лучше, чем 95 % адыгов.

Я не знал как объяснить Кургоко Атажукину, что у Виталия Штыбина канал на youtube «Этанографика», что он исследователь и пропагандист истории и культуры адыгского народа. Он приглашает специалистов, этнографов, историков, выступает с докладами об истории адыгского народа даже за рубежом, с огромным интересом изучает историю народов Кавказа, но внимательнее относится к истории адыгов. Благодаря ему мы многое узнали о нашем прошлом.

– Как так? Разве такое возможно? Это я не к тому, что плохо, что русский парень знает историю адыгов. Мне даже удивительно и приятно. Я расстроен тем, что адыги плохо знают свою историю. Что за день сегодня выдался?!

После небольшой паузы Кургоко Атажукин спросил: – Я все с большим интересом посмотрел, но всё же не понимаю как так могло получиться, что мы проиграли эту войну.

– Чтобы ответить на этот вопрос позвольте мне показать видео. – обратился к нему.

Я показал ему несколько видео, где казаки в черкесках упражняются с шашками.

По лицу было понятно, что Кургоко заинтригован и был в некотором недоумении. – Вроде черкеска и не черкеска, немного иначе сшита, под гармонь, но не наша музыка, не кабардинская. Не пойму в чём дело? – спросил он.

– Чтобы победить черкесов, наши противники переняли весь наш накопленный веками боевой опыт. Русская армия и казачьи войска позаимствуют всё от вооружения до формы одежды и приемов боя. Ведь война шла не один год, а более 100 лет. И не только у черкесов будут шашки, кинжалы, сёдла и кабардинские скакуны, черкеска, бурка, папаха, газыри. Казаки начнут готовить своих детей, как готовили и черкесы своих мальчиков с детства к воинской службе. Они научатся и другому черкесскому приему «шук1апсэ» – это когда воин спрыгивает со своего седла на землю, молниеносно бросает кинжал в грудь лошади врага, запрыгивает на свое седло, становится прямо во весь рост, ударяет противника, и это все происходит тогда, когда лошадь продолжает двигаться галопом на большой скорости. Эту тактику опишет воевавший на Кавказе поэт М. Ю. Лермонтов в своем произведении «Измаил–бей»:

«Но отдохнуть черкесы не дают;

То скроются, то снова нападут.

Они, как тень, как дымное виденье,

И далеко и близко в то ж мгновенье.

Будут у него еще другие строчки:

Горят аулы; нет у них защиты,

Врагом сыны отечества разбиты,

И зарево, как вечный метеор,

Играя в облаках, пугает взор.

Как хищный зверь, в смиренную обитель

Врывается штыками победитель;

Он убивает старцев и детей,

Невинных дев и юных матерей

Ласкает он кровавою рукою

– Если хотите, то могу рассказать кому посвящена поэма «Изамил–бей». – обратился с Кургоко Атажукину.

– Хочу, сынок, хочу. – ответил он.

– Эту поэму русский поэт Михаил Лермонтов посвятил Вашему правнуку – Измаил–бею Атажукину (ХьэтIохъущыкъуэ Исмел). У Вашего сына Магомета родится сын – Темрюк. Измаил–бей Темрюко Аджи Гиреев – будущий внук Вашего сына Магомета. Если хотите, могу показать Вам короткий фильм, посвященный ему? – обратился к нему.

Он был озадачен и одновременно встревожен. Мало кто хочет знать будущее, если это будущее ничего хорошего не сулит.

– У меня волосы стоят дыбом. Надеюсь, что мой потомок не посрамил меня. – был его ответ.

– Можете быть в этом уверены. Он приложил массу усилий, чтобы защитить кабардинский народ. – ответил ему.

– Тогда покажи. – коротко ответил Кургоко.

Это было короткое видео длиной в пять минут, которое начиналось с титрами: «Литературная Кабардино–Балкария. Антология. Просветители», выпущенное в 2016 г ВКТРК КБР. Из уст ведущего он услышал слова не знакомого ему своего потомка из будущего, его судьбе, служению большой и малой Родине, а закадровый женский голос поведал о судьбе, карьере и таинственной смерти его правнука.

Кургоко узнал о том, что его правнук Измаил–бей в подростковом возрасте был отравлен в Санкт–Петербург, где и получил он не только блестящее военное образование, но и к своим кабардинскому и русскому добавил иностранные языки: французский, турецкий, арабский, татарский. Его правнук вошёл в историю не только как один из образованнейших сынов Кабарды, но и Российской империи. Как и потомки князя Идара, вошедшие в историю как князья Черкасские, правнук Кургоко Атажукина представлял и сражался за интересы России в русско–турецкой войне 1787 – 1791 годов. После русско–турецкой войны Измаил–бея представят князю Г. А. Потемкину–Таврическому, позже он станет участником штурма турецкой крепости Очаков и за боевые заслуги из секунд–майора переведут в премьер–майоры. Далее его представят императрице Екатерине II, которая одарит его медалью с бриллиантом. Также вместе с А. В. Суворовым он станет участником боев при взятии крепости Измаил, за что будет награжден орденом Св. Георгия IV степени.