Чтение онлайн

— При таком освещении я быстрее настраиваю фокус, чем это делает автоматика.

Его руки на фотоаппарате выглядели очень сексуально. Особенно мне нравилось, как умело Джо держит камеру и управляется с ней. Все-таки это особое удовольствие — наблюдать за мужчиной, который мастерски справляется со своей работой.

Работал Джо сосредоточенно и больше ни на что не отвлекаясь. Через некоторое время он уложил меня на живот и спустил простыню на попу, полностью открыв спину. Я опустила голову на сложенные руки и искоса на него посмотрела. Несколько раз щелкнул затвор.

— Черт, какая же ты фотогеничная, — прошептал он, подходя к постели. — Твоя кожа впитывает свет, будто жемчужина. — Джо продолжил снимать меня с разных ракурсов, восторгаясь мною, флиртуя, лаская при каждом удобном случае. И я начала наслаждаться процессом.

— Я тут подумала, что ты просто пользуешься моментом, чтобы меня полапать.

— Это дополнительный бонус, — пояснил Джо, забираясь ко мне на постель. Не выпуская фотоаппарат из рук, он легко оседлал мои бедра.

— Эй, — запротестовала я, подтягивая простыню на груди.

Встав на колени, Джо направил фотоаппарат прямо на меня сверху и сделал несколько снимков. В такой близости я не могла не заметить, как натянулась его ширинка. Шаля, я погладила бугор и скользнула пальцами в проемы между металлическими пуговицами.

Джо подправил фокус.

— Эйвери, не отвлекай меня.

— Я лишь пытаюсь помочь. — И расстегнула верхнюю пуговицу.

— И вовсе ты не помогаешь. Вообще-то, эффект противоположный. — Он судорожно выдохнул, когда я принялась за вторую пуговицу, и убрал мою руку. — Будь хорошей девочкой и дай мне еще поснимать. Мне очень нравится этот ракурс. — Джо одарил меня поцелуем в ладонь и придал позе расслабленности, переместив мою руку за голову. Поправил локоть, смягчая угол. И при каждом его движении я ощущала приятное давление на промежность.

Взяв фотоаппарат, Джо снова встал на колени. Он смотрел на меня, а я смотрела в объектив и вспоминала, как мы в прошлый раз занимались любовью. Как Джо стоял у кровати и, закинув мои ноги себе на плечи, дразнил и медленно входил в меня.

В этот миг, тая от эротических воспоминаний, я вдруг ощутила всеобъемлющее, незнакомое прежде ощущение покоя и томной открытости. Мои комплексы испарились, и я впервые не пыталась ничего скрыть. И это было настолько удивительно и неожиданно, что на моих губах заиграла легкая, изумленная улыбка.

Джо щелкнул затвором еще несколько раз.

— Вот так, — прошептал он, опустив фотоаппарат.

— О чем ты?

— У меня получился нужный снимок.

Я моргнула.

— Откуда ты знаешь?

— Иногда я чувствую это до того, как увижу. Все словно сходится. Стоит нажать затвор, и я уже знаю, что вот он, идеальный кадр.

Джо потянулся поставить фотоаппарат на тумбочку, и я снова занялась ширинкой, скользя волосами по его голому животу. Он тихонько рассмеялся и стянул майку. Я провела языком по полоске волосков, спускающейся за пояс, наслаждаясь шелковистой кожей и шероховатостью завитков. Низко застонав, Джо обхватил слегка дрожащими руками мою голову. Поддалась еще одна пуговица, и еще одна, а затем я потянула за резинку трусов.

Джо приподнялся стянуть джинсы, но я не могла ждать и жадно набросилась на него, взяв внушительную, обжигающе-горячую плоть обеими руками. Провела губами, и тонкая кожица легко задвигалась по твердому члену. Джо застыл, забыв про сбившиеся на коленях джинсы. Его легкие работали, как кузнечные мехи. Я облизывала Джо языком, ощущая соль, атлас, чувствуя бешеный пульс. Его наслаждение было таким сильным, что, казалось, я и сама испытываю отголоски. Услышав его умоляющий стон, я медленно подняла голову, продолжая ласкать языком член. Моим глазам предстало самое соблазнительное зрелище на свете — раскрасневшийся, напряженный Джо.

Я проползла по нему, и он зарылся рукой мне в волосы, побуждая меня склониться. Наконец он скинул джинсы, я села ему на бедра и потянулась направить его. С хриплым шепотом он мне помог.

И я задвигалась — быстро, решительно, позабыв обо всем и полностью отдаваясь наслаждению. Желая продлить удовольствие, Джо обхватил меня за бедра, заставляя замедлиться. Он нежно ласкал меня, гладил, постепенно притягивая к себе. Наконец поднял голову и обхватил мой сосок губами. Я извивалась, ощущая его жар внутри. Мне казалось, что тело мое наполнено ощущениями до краев, что они сейчас выплеснутся, заполнят всё вокруг. Мы сплелись в объятиях. Хотелось быть еще ближе, дышать одним воздухом, обмениваться ласками и поцелуями и чтобы сердца бились в унисон. И так оно и было.

Много позже Джо показал мне на ноутбуке ту самую фотографию. Блестящий поток света придавал моей коже жемчужное сияние, а волосам ярко-красный цвет. Полуприкрытые глаза, полные и чуть приоткрытые губы. Женщина на фотографии соблазняла, манила, ослепляла.

И то была я.

Пока я с удивлением разглядывала изображение, Джо обнял меня сзади и прошептал:

— Каждый раз… я вижу тебя такой.

– Всем тихо, - велела София, делая телевизор громче. — Не хочу пропустить ни слова.

– Ты ведь записываешь? — спросил Стивен.

– Вроде да, просто иногда я путаю настройки.

– Дай проверю, - сказал он, и сестра протянула ему пульт.

Все агентство собралось посмотреть трансляцию местного телешоу. Продюсеры отправили съемочную бригаду в Харлинген вести репортаж о недавно организованной нами свадьбе. Часовой свадебный выпуск рассказывал о свежих веяниях, модных тенденциях, а также о крупнейших техасских агентствах. Последняя часть шоу была посвящена практическим советам по подготовке к свадьбе. Одного из хьюстонских свадебных координаторов, Джудит Лорд, попросили рассказать о поставщиках и местах для торжества. Мне же предложили поделиться советами по подготовке и проведению свадьбы.

Джудит Лорд вышла элегантной и величавой: именно такой я хотела бы видеть на экране себя. Джудит, почетная гранд-дама нашего бизнеса, обладала стальным самообладанием, коим я безмерно восхищалась. Репортер задал ей несколько простых вопросов, и интервью сменилось сценой, где Джудит с клиенткой разглядывают ряды свадебных платьев, а затем под музыку Моцарта с удовольствием пробуют образцы свадебных тортов.

Однако всякое подобие достоинства исчезло, стоило начаться моей части. Плавная мелодия сменилась отрывком из какой-то сумасшедшей оперетты.

– Зачем они такое поставили? — с отвращением удивилась я.

И одновременно со мной Тэнк воскликнул:

– Эй, а мне нравится эта песня. Она из мультика про Багза Банни и парикмахерские кресла.

– Известная также как увертюра к «Севильскому цирюльнику» Россини, - сухо добавил Стивен.

Зазвучал голос репортера: «В мире свадеб техасского высшего общества Эйвери Кросслин в типичном для нее «пленных-не-брать» стиле нахрапом пополняет список своих клиентов…»

– Нахрапом? — возмутилась я.