Чтение онлайн

— Я заметил, я же был рядом.

Джо погасил лампу, и в комнате стало так темно, что даже теней не было видно.

— Ну почему это не случилось три года назад? — подумала я вслух. — Вот тогда мне по-настоящему была нужна такая работа. Почему она подвернулась только сейчас?

— Потому что у жизни хреново с планированием. Спи.

Меня потряхивало от волнения.

— Поверить не могу, что ты бросишь меня только потому, что я не живу в Техасе у тебя под боком.

— Эйвери, перестань себя накручивать.

— Прости. — Я попыталась расслабиться и дышать ровно. — Можно еще только один вопрос — у вашей семьи есть личный самолет?

— «Гольфстрим». Для деловых поездок.

— Да, но если бы ты вздумал полететь на нем по личному делу, неужели твои братья и сестра возразили бы?

— Я сам бы возразил. Час полета на нем обходится в пять тысяч баксов.

— Это маленький самолет, средний или…

— Это «гольфстрим» — просторная кабина и салон чуть больше среднего.

— И насколько заблаговременно нужно предупреждать, чтобы его подготовили?

— Для подобной поездки за пару-тройку часов. — Одеяло начало сползать с моих ног.

— Что ты делаешь? — Я не видела Джо, только слышала, как он движется в темноте.

— Раз ты так интересуешься моим самолетом, я тебе все о нем расскажу.

— Джо…

— Тихо. — Подол ночной рубашки начал задираться, и я почувствовала, как мягкие теплые губы Джо приникли к моему колену. — В «гольфстриме» есть интернет, телевидение, спутниковый телефон и наихудшая из существующих кофемашин. — Он поцеловал второе колено и дразняще лизнул бедро. — Два прокачанных двигателя «роллс-ройс» с максимальной силой тяги примерно шестьдесят два килоньютона каждый. — Я резко втянула воздух, почувствовав, как языком Джо скользит по моему бедру. Его дыхание овеяло волоски в паху, что меня неимоверно возбудило. — Топливный бак вмещает двенадцать с половиной тонн керосина. — Ленивое движение языком. Я застонала, полностью сосредоточенная на том самом чувствительном местечке. Джо погрузил язык глубже. — На полном баке способен пролететь без дозаправки почти восемь тысяч километров. — Пальцами Джо раскрыл меня и впился горячим влажным поцелуем. Я потрясенно молчала, лишь подаваясь бедрами ему навстречу. Когда я начала приближаться к пику, Джо отстранился. — Конструкцию усилили механизмами реверса тяги, что сократило время движения по посадочной полосе, — пробормотал он, — а в кабине пилота установили усовершенствованную систему обзора с инфракрасной камерой. — И скользнул в меня длинным пальцем. — Хочешь узнать еще что-нибудь?

Не в силах вымолвить ни слова, я покачала головой. Хотя Джо не мог этого видеть, он, должно быть, почувствовал, поскольку до меня донесся тихий смешок.

— Эйвери, милая, — прошептал Джо, — сегодня ты будешь спать без задних ног…

И снова приник ко мне, лаская губами и языком с таким нежным, но беспощадным напором, что я вся запылала. Наслаждение копилось, подступало и преломлялось. Когда стало совсем невыносимо, я попыталась отодвинуться, но Джо мне не позволил и продолжил сладкую пытку до тех пор, пока мои стоны не сменились долгими вздохами.

Когда он со мной закончил, я не просто уснула, а провалилась в сон и проспала так долго, что едва ощутила, как утром Джо поцеловал меня на прощание — уже одетый после душа, наклонился и прошептал, что ему пора.

И когда я наконец проснулась, он уже ушел.

Два дня спустя я села на борт частной «сессны» с Холлис Уорнер. Стюардесса подала нам «Доктор Пеппер» со льдом, пока мы ждали опаздывающую Бетани. Модно одетая и ярко накрашенная Холлис отдыхала в обтянутом кремовой кожей кресле рядом со мной. Она объяснила, что ее муж, Дэвид, предложил нескольким большим боссам в его ресторанно-игорном бизнесе комиссионные выплаты, а взамен время от времени брал самолет для личного использования за счет компании. Холлис с подругами часто летали на «сессне» в отпуск и на шопинг.

— Я так рада, что мы задержимся на две ночи вместо одной, — сказала Холлис. — Завтра поужинаю с подругами. Эйвери, будем рады видеть и вас.

— Спасибо большое, но я ужинаю с друзьями, которых сто лет не видела, а завтра днем у меня запланирована встреча.

Я рассказала ей о встрече с продюсерами «Чумовой свадьбы» и о собеседовании на должность ведущей отдельного шоу. Холлис пришла в восторг и заявила, что когда я стану знаменитой, она будет всем рассказывать, что именно ей я обязанасвоим успехом на телевидении.

— Ведь если бы я не наняла вас организовывать свадьбу Бетани, вы бы не попали на шоу.

— И я подтвержу ваш рассказ, — заверила ее я, и мы чокнулись.

Отпив газировки, Холлис заправила за ухо гладкую светлую прядь и небрежно спросила:

— Вы с Джо все еще встречаетесь?

— Да.

— И что он сказал об этом предложении?

— О, он во всем меня поддерживает и рад за меня.

В глубине души я знала, что Джо не попытается повлиять на мое решение, поступи мне предложение работать на телевидении. Не станет просить меня остаться или от чего-то отказаться. И что самое главное, не станет давать обещаний. Неизвестно, во что перерастут наши отношения и сколько им отмерено. А вот если меня наймет продюсерская фирма Тревора Стернса, я получу гарантии — зафиксированные договором гарантии. Даже если шоу закроют, у меня останется бесценный опыт, а еще деньги, связи и внушительная строчка в резюме.

Слава богу, продолжать не пришлось, поскольку в самолет вошла свежемелированная Бетани в яркой тунике от Тори Берч и брюках капри.

— Всем привет! — воскликнула она. — Как дела?

— Посмотрите, какая красотка! — улыбнулась Холлис одновременно с гордостью и сожалением. — Как говорит ее папа, самая очаровательная девушка во всем Техасе. — Внезапно Холлис посерьезнела, увидев, что вслед за Бетани в самолет заходит еще один пассажир. — Гляжу, ты Колби привела.

— Ты же сказала, что я могу взять с собой кого-нибудь из друзей.

— Конечно, сладенькая. — Холлис открыла журнал и принялась методично перелистывать страницы, плотно сжав губы. Она явно не предполагала, что выбор дочери падет на кого-то вроде Колби — мускулистого молодого человека лет двадцати с небольшим.

Спутник Бетани был одет в пляжные шорты, гавайскую рубаху и бейсболку, из-под которой сзади торчали выгоревшие на солнце волосы. Кожа его цветом напоминала грецкий орех, глаза были голубыми, а зубы — ослепительно белоснежными. С объективной точки зрения он был красив до жути, но без изюминки, как любой идеально симметричный человек.

— Бетани, выглядишь, как обычно, прекрасно, — сказала я, когда она наклонилась меня обнять. — Как себя чувствуешь? Готова к полету?

— Конечно! Чувствую себя просто супер! Акушер-гинеколог говорит, что я его самая лучшая пациентка. Ребенок начал пинаться. Вы еще увидите, как живот шевелится.

— Прекрасно, — улыбнулась я. — Райан обрадовался, почувствовав толчки малыша?

Она скорчила рожицу.

— Райан ко всему так серьезно относится. Я не разрешаю ему ходить со мной к доктору, потому что он портит все настроение.

Не прекращая листать журнал, Холлис заметила:

— Может, тебе стоит потрудиться, чтобы он улыбался почаще, Бетани.

Та рассмеялась:

— Нет, пусть уж занимается своими рисунками и дизайном… Здесь со мной тот, кто знает толк в веселье. — Она стиснула руку парня и улыбнулась мне: — Эйвери, ты ведь не возражаешь, что я пригласила Колби в нашу девичью компанию? Он никого не потревожит.

Колби ответил ей с лукавой улыбкой:

— Тебя я планирую тревожить много и часто.