Чтение онлайн

— Если вы говорите правду, вам нечего опасаться этого теста. Считайте, что этим доказываете свою невиновность.

Прежде чем Габриелла успела ответить, дверь распахнулась и в комнату вошел высокий худой мужчина. Остатки волос на его голове были тщательно зачесаны набок, но, увы, не прикрывали розовую плешь. Под мышкой он держал картонную папку.

— Здравствуйте, мисс Бридлав, меня зовут Джером Уокер, я шеф полиции, — пожимая ей руку, представился мужчина. — Я только что беседовал с прокурором Блэкберном, и он готов предложить вам полную неприкосновенность.

— Неприкосновенность? Меня в чем-то подозревают?

— В данный момент против вас выдвинуты обвинения в незаконном ношении оружия и нападении на стража порядка с отягчающими обстоятельствами.

Для Габриеллы существовало два варианта поведения. Она могла нанять адвоката, предстать перед судом и попытаться снять с себя обвинения, либо она могла пойти на сотрудничество с полицией. Ни первое, ни второе вовсе не привлекало Габриеллу, но она решила выслушать предложение полицейских.

— Вы подпишите договор о том, что становитесь тайным осведомителем, — продолжал шеф Уокер, — а мы пришлем в ваш магазин детектива в штатском.

— В качестве покупателя?

— Нет, мы думаем, что его можно выдать за вашего родственника, нуждающегося в работе.

— Кевин больше не позволит моим родственникам работать в магазине. — Особенно после того, добавила она про себя, как ему пришлось уволить мою кузину Бэйб за отпугивание покупателей историями о передаче мыслей на расстояние. — Кроме того, джентльмены, полагаю, что не смогу быть вам полезной. Меня не будет на работе в пятницу и в субботу. Я буду на Празднике Кэр в парке Джулии Дэвис.

Шеф Уокер выдвинул стул и сел напротив Габриеллы. Папку он положил перед собой.

— Праздник Кэр?

— Да, Кэр по-французски означает «сердце». У меня там киоск для продажи благовонных масел и препаратов для ароматерапии.

— Картер останется в магазине, пока вы будете на этом празднике сердца?

— Да.

— Отлично. Как насчет того, чтобы нанять помощника?

По правде говоря, она обсуждала с Кевином вопрос о том, что нужно бы нанять кого-то для перемещения стеллажей к большей по размеру стене и сборки новых стеллажей в заднем зале. И еще нужны новые прилавки в заднем зале, но в период последнего сезона отпусков дела шли не так успешно, и Кевин отверг идею Габриеллы как требующую расходов, в которых пока особой необходимости нет.

— Не знаю. У Кевина сейчас туго с деньгами, — пояснила она.

Шеф Уокер вытащил из папки два листа.

— А что, если вы заплатите из своих денег? Управление полиции потом, конечно, компенсирует вам расходы.

Вероятно, я смотрю на всю эту затею с осведомительством не под тем углом, подумала Габриелла. Кевин невиновен, и, согласившись помочь полиции, я в действительности помогу ему. В магазине они не обнаружат ничего противозаконного, так почему бы не позволить им поискать? Если я по-умному поведу себя, то заставлю правительство заплатить за нужные мне усовершенствования в магазине.

— Кевин вообще-то не любит брать на работу людей по газетным объявлениям или с улицы. Мне придется сделать вид, что знаю этого помощника.

Открылась дверь, и вошел детектив Шенегэн. Он переоделся и снял с головы платок. Волосы его были влажными и зачесаны назад, только один кудрявый локон выбивался на лоб.

Наплечная кобура была надета поверх довольно ловко облегавшей его широкую грудь белой рубашки, заправленной в брюки цвета хаки. Рукава рубашки он закатал до локтей, на запястье нацепил серебряные часы. На нагрудном кармане болталась карточка с его именем. Предавая шефу Уокеру лист бумаги, Шенегэн пристально посмотрел на Габриеллу.

Шеф Уокер заглянул в бумагу, затем через стол пододвинул ее к Габриелле и протянул ей ручку.

— Что это? — Она уставилась в документ и постаралась не обращать внимания на детектива Шенегэна.

— Договор о согласии стать тайным осведомителем. А что скажете, если мы выдадим его за вашего дружка?

Габриелла отрицательно покачала головой, не отрывая взгляда от лежащего перед ней документа. Довольно продолжительное время у нее не было серьезных отношений. Найти просвещенного и физически привлекательного мужчину оказалось не так-то просто. Когда ее дух и разум говорили «да», тело отвечало «нет». И наоборот.

— У меня нет дружка, — изучая документ, буркнула Габриелла.

— А теперь есть. Поздоровайтесь со своим новым ухажером.

От страшной догадки по спине Габриеллы пробежали мурашки. Габриелла взглянула на грудь детектива Шенегэна, обтянутую накрахмаленной белой рубашкой. Взгляд ее скользнул по полосам на его галстуке к загорелой шее, затем к подбородку и наконец замер на губах. Уголки их поднялись, и губы медленно расплылись в чувственной улыбке.

— Привет, моя милая.

Габриелла расправила плечи и отложила ручку.

— Мне нужен адвокат.

Габриелла позвонила юристу, ведущему дела ее фирмы, и он сообщил ей имя адвоката по уголовным делам. Она представляла себе этакого солидного законника, одетого с иголочки и готового за нее надрать задницу любому. Ей достался некто Рональд Лоумен — самоуверенный молодой человек с ежиком на голове и в костюме из обычного универмага.

Побеседовав с Габриеллой десять минут в специальном помещении, сильно смахивающем на камеру, он оставил ее одну. Когда адвокат вернулся, от его уверенности не осталось и следа.

— Я только что говорил с обвинителем. Вам собираются предъявить обвинение в нападении с отягчающими обстоятельствами. Они думают, что вам что-то известно об украденной у мистера Хилларда картине Моне, и выйти отсюда они вам не дадут.

— Я ничего не знаю об этой дурацкой картине. Я ни в чем не виновата, — хмуро глядя на нанятого защищать ее адвоката, сказала Габриелла.

— Послушайте, мисс Бридлав, я верю, что вы невиновны. Но нам придется иметь дело с прокурором Блэкберном, с шефом полиции Уокером, с капитаном Лючетти и по меньшей мере с еще одним детективом. И всех их трудно в чем-то убедить. — Он вздохнул и сложил руки на груди. — Легко с ними поладить вам не удастся. Особенно теперь, когда вы знаете, что они подозревают вашего партнера. Если мы откажемся помочь им в расследовании, они предъявят вам обвинение в нападении с отягчающими обстоятельствами. Но в действительности они не хотят этого делать. Им нужен Картер, его личные бумаги и связи. Они хотят по возможности постараться вернуть картину мистеру Хилларду. Они хотят, чтобы вы с ними сотрудничали.

Габриелла понимала, что нужно полицейским, и для объяснения этого ей вовсе не был нужен юрист. Чтобы выйти сухой из воды, она должна участвовать в секретной операции полиции. Ей придется убедить Кевина, что она взяла на работу в качестве помощника своего ухажера. Ей придется держать рот на замке и ничего не замечать, пока детектив соберет улики для обвинения в преступлении ее друга и партнера по бизнесу.

Впервые в жизни убеждения и чаяния Габриеллы не принимались в расчет. Похоже, всем наплевать, что то, о чем ее просят, вступает в противоречие с ее нравственными принципами. По сути ее просят поступиться убеждениями и предать ее друга.