Чтение онлайн

– Какой прекрасный день, Хаким! – не без кокетства произнесла Кати.

– Чем могу быть полезен?

– Мать этой девочки задумала кое-что сшить, но лавочник задрал цены так, что его сложно теперь считать за человека. Позволь нам выбрать ткань на твоем корабле, он и не заметит, что не хватает двух-трех метров. Тебе – прибыль, девочке – платье.

– Нет, – отрезал Хаким.

– Ну хотя бы посмотреть? Ну, пожалуйста. В лавке маленький выбор, сам знаешь.

– Нет.

– Хаким, позволь, у нас есть деньги, и я обещаю – отстану от тебя.

– Навсегда?

– С ума сошел? На пару недель – мне всё равно в деревню к родне надо.

– Нет.

– Хаким!

– Кати! Мне не до тебя сейчас. Ну, серьезно, уйди по-хорошему.

В это время девушка, которая, словно испуганный ребенок, пряталась за спиной настырной женщины, выглянула из-за ее плеча, и Хаким увидел глаза цвета самой теплой морской лазури, фарфоровое личико и золотые локоны, аккуратно уложенные в незамысловатую прическу.

Он смотрел на этого ребенка и чувствовал, как уходит раздражение и гнев и теряет смысл любая сделка, ибо скоро всё сгорит синим пламенем, как это было уже не раз.

– Как зовут тебя, дочка?

– Ева, сударь. Мы не отнимем у вас много времени. Я слышала, что вы очень добры, – присела в легком книксене девушка.

Хаким, подняв брови и с шипящим звуком выпустив воздух из легких, отвернулся к морю и задумался. Кати махнула Еве рукой, чтобы та стояла молча, потупила взор в ожидании его решения.

– Ненавижу хитрых баб, – подытожил Хаким. И Кати с Евой, смеясь, обнялись. – Вот поэтому и ненавижу. Предупреждаю: всё делаем быстро, у меня скоро встреча.

– Мы не помешаем, – парировала Кати.

– Те, кого я жду, женщин принимают за такой же товар, как мясо. Не уйдете через час – поедете грузом до Сельджукского султаната.

Ева испуганно посмотрела на Кати, но та махнула веером:

– Не бойся, девочка, он шутит. Но, кажется, у нас действительно мало времени.

Хаким греб без спешки, искоса поглядывая на Еву. Лучше будет, если она никогда и не зайдет в лавку тканей. Но демон уже хрустнул затекшими суставами, значит, эти две проклятые души притянет друг к другу несмотря на все усилия Хакима.

Спустившись в трюм, Хаким зажег пару масляных ламп, открыл ставни на амбразуре, выложил на большой плоский ящик несколько отрезов шелка.

Только Кати с Евой принялись разглядывать сокровище, как снаружи послышался плеск воды и голоса.

– Идем за мной, – голосом, не терпящим возражений, скомандовал Хаким.

Гостьи не заставили себя уговаривать. Они спустились на самый нижний уровень трюма, и Хаким, указав кивком на бочки с вином, вышел и крепко захлопнул люк.

Трюм погрузился в темноту. Кати, взяв Еву за руку, присела на бочку. Ева осталась стоять, пытаясь унять дрожь.

На самом деле приплыл хозяин магазина тканей с сыном. «Принесла нелегкая… Сказал же – вечером…» – уже раздражался Хаким.

Мужчины взошли на корабль, и начался неспешный разговор с перечислением пожеланий и вопросов о жизни, родне и прочем. Хозяин лавки на самом деле не хотел забирать товар на берег и просил еще пару дней. Хаким объяснил, что это рискованно. Многозначительно указал взглядом на море, где из-за скал выплыл огромный темный корабль без флага и лег в дрейф.

– Так, друзья, дело принимает несколько пикантный оборот, – перешел сразу к делу Хаким.

– Слушаем.

– Я постараюсь удовлетворить вашу просьбу, но сейчас речь идет об одной услуге не мне, а очень милым людям. И вы должны забрать пару отрезов прямо сейчас. Николас идет со мной, а вы, достопочтенный, ждите в лодке.

Спустившись в трюм, Хаким оставил Николаса в отделе, где хранились ткани, а сам, взяв два бархатных отреза, спустился к Еве и Кати.

– Барышни, случилось то, чего я ожидал, – сказал он. – Стойте смирно, я буду вас маскировать.

– Что? Что случилось? – зашептали испуганные женщины.

– Тише, я вас предупреждал!

Он начал обматывать Еву тканью, а Кати, сообразив, что он хочет сделать, начала «окукливаться» сама.

Далее он позвал Николаса, и они вынесли на свет божий сначала одну, затем другую гостью. От пиратского корабля уже отделились три баркаса. Со стороны казалось, что в лодку загружают некий груз. Как только обе кокетки были положены на дно лодки, Николас с отцом отчалили, а Хаким открыл большую бутылку крепкого рома и нарисовал самую лучезарную улыбку на своем лице.

Ребята, с которыми он выпьет сегодня, шуток не понимают, а в море они были так долго, что, увидев на борту барышень, скорее всего, тронулись бы умом.

Когда лодка причалила к берегу, Николас помог девушкам вылезти из их коконов. Кати первая освободилась и, вытирая пот со лба, яростно погрозила в сторону кораблей кулаком.

Ева не подавала признаков жизни.

– Юноша, – обратилась Кати.

– Николас, если угодно.

– Простите, Николас, нам надо срочно распаковать эту молодую особу.

Они лихорадочно начали распутывать Еву, но когда показалось ее лицо, поняли, что она не дышит.

– Боже, боже, вот что значит умереть со страху! – запричитала Кати.

Николас начал тормошить Еву за щеки. Его отец быстро набрал воды из моря и плеснул Еве в лицо. Она запрокинула голову, выгнувшись дугой, резко села и закашлялась.

– О, моя дорогая, как ты нас напугала! – обрадовалась Кати.

А Ева подняла глаза к небу, и глубокая морская лазурь встретила надвигающиеся серые штормы.

– Позвольте, я помогу вам встать, – произнес Николас, удивившись нарастающему стуку своего сердца.

А Кати прыснула:

– Боже, что за взгляды… Со-о-овсем всё плохо.

Вечером того же дня Хаким шел в сторону своего дома, довольный, что выгодно договорился с покупателями. Ему встретилась Кати.

– Кати… – Хаким вежливо поклонился.

– Хаким, – улыбнулась Кати.

– С Евой всё в порядке? – серьезно посмотрел на нее Хаким.

– Мы так и не купили ткань.