Чтение онлайн

35

НОЧНОЙ СТОРОЖ В "ТРАНСПЕНОВСКОМ" АРСЕНАЛЕ - блондин по фамилии Шленкер - по-английски говорил с немецким акцентом. Во время чтения он носил очки без оправы и сейчас сидел, положив ноги на стойку, просматривая какую-то книгу на немецком. Как раз в этот момент я и стукнул его пониже уха правительственным кастетом, которым меня снабдил Айвз. Шленкер соскользнул со стула, и очки, когда он рухнул на пол, свалились с его носа.

Я присел рядом с ним на корточки и выудил из правого кармана его штанов связку ключей.

Затем открыл дверь в арсенал, и в ночной тишине взвыла сирена.

За моей спиной Хоук что-то сказал по-вьетнамски. Азиаты один за другим просачивались в хранилище. Каждый брал карабин "М-16", запасную обойму и выходил обратно. Каждый четвертый прихватывал коробку патронов.

Кай стоял рядом с Хоуком и что-то тихо втолковывал своим вьетнамцам. Хоук обратился к нему по-французски. Кай кивнул.

Сирена продолжала завывать, и несколько прожекторов заметалось по пространству лагеря. Я вылетел головой вперед через боковое окно, приземлился, перекатился, встал на ноги. Рядом услышал клацанье автоматных очередей. Снова и снова- Я побежал к ближайшему бараку и услышал рядом мягкие шаги. Я развернулся, выхватывая пистолет, и увидел Хоука.

– Значит, была еще и сигнализация, - сказал я.

– Какая разница, - пожал плечами Хоук.
– Оружие теперь у них.

Я показал на дальний угол лагеря и кинулся туда со всех ног. На нас никто не обращал внимания. Ведь все считали, что мы на их стороне.

Вокруг суетились армейские, совершенно сбитые с толку и не понимающие, что происходит.

За нашими спинами внезапно раздалось громкое "ууууххх", затем громоподобный взрыв, и арсенал исчез в вихре пламени. Столб поднялся до самого неба, осветив разыгравшийся в лагере хаос.

– Неплохо рванул бензин, правда?
– сказал Хоук. Мы остановились у дощатого забора.
– Очищенный, без примеси свинца.

Огонь смягчил резкий белый свет прожекторов, придав окружающему миру бронзовый оттенок; мужчины, бегущие по полю, превратились в тени издерганные и пляшущие, как и языки огня. Автоматные очереди отрывистыми фразами следовали одна за другой, боекомплекты, оставшиеся в арсенале, принялись взрываться длинными, радостными гроздьями.

Мы бежали вдоль забора к костигановскому убежищу. В арсенале взорвалось что-то солидное, и вверх футов на сто взметнулся фонтан огня.

Выстрелы, казалось, звучали отовсюду. Кто-то включил пожарный ревун, и его вой влился в звон сирены сигнализации.

– Слава Богу, что догадались включить ревун, - порадовался я, - а то бы никто и не понял, что разразился пожар.

– Это называется бдительность, - сказал Хоук.

Сквозь шум огня, визг сирены, звяканье колокола, выстрелы и грохот боекомплектов я уловил негромкие человеческие вопли - практически не слышные. Люди кричали, напуганные взрывающейся пиротехникой. Но крики я слышал, только когда на фоне пламени возникали темные искаженные силуэты словно для того, чтобы услышать крик, надо увидеть орущего человека. Вокруг бараков наемников царило спокойствие. Большинство из ребят бывали в бою и знали, когда надо сражаться, а когда сидеть тихо.

Если у противника есть оружие, а у тебя его нет, надо сидеть тихо.

36

Mbl ДОБЕЖАЛИ ДО ОГОРОЖЕННОЙ ТЕРРИТОРИИ И ПРИСЕЛИ, прячась за невысокой оградой. Перепрыгнуть через нее ничего не стоило. Она была предназначена больше для украшения. За ней виднелся большой "фордовский" фургон с работающим мотором и зажженными фарами. Он был снабжен задними окнами-иллюминаторами, хромированным багажником на крыше и изукрашен цветными полосами и разводами. Задние дверцы машины были распахнуты, и двое мужчин выносили из дома и складывали внутрь вещи. Вокруг "форда" стояли четверо охранников в черных куртках с "узи" в руках. Наверху в доме горел свет. Один из двоих, таскавших багаж, погрузил последний чемодан в машину и закрыл дверцы.

У него и его напарника с плеч свисали автоматы. Первый сел за руль, второй распахнул боковую, ближнюю к дому дверцу.

– Удирают, - прошептал Хоук.

– Я на это и надеялся, - сказал я.
– Думал, что сможем захватить их врасплох, во время перехода из дома в машину.

Из дверей вышел Рассел Костиган, за ним шла Сьюзен. На ней были надеты черная кожаная куртка и брюки. Лицо в отражении автомобильных фар казалось серьезным, но не напуганным. Пожар отбрасывал на все предметы красноватый оттенок, и они казались слегка полыхающими.

Как только Рассел и Сьюзен вышли из дома, вокруг них моментально сомкнулся строй охраны.

– Ничего не получится, - сказал я.

– Угу, - согласился Хоук.

Сначала в машину села Сьюзен, Рассел за ней.

Потом расселись охранники, дверцы захлопнулись, и, когда водитель рванул с места, "форд" слегка занесло.

– Багажник на крыше.

Мы с Хоуком перепрыгнули через ограду и помчались к фургону. Он медленно двигался через затененный лагерь. Я схватился за хромированную ручку, поставил ногу на бампер, легко подпрыгнул, перехватил пальцами по перекладине и, подтянувшись, перекинулся на крышу автомобиля. "Форд" увеличил скорость, слегка покачнулся, и я увидел рядом с собой Хоука.

Мы распластались на крыше бок о бок, держась за переднюю перекладину; машина двигалась достаточно быстро, но из-за тьмы не могла разогнаться как следует.

Возле ворот никого не оказалось. Когда мы проезжали, вырываясь из лагеря, грохот выстрелов за спинами стал монотонным и отрывистым, напоминая, что бой заканчивается. Выбравшись за пределы городка, "форд" набрал скорость, и в наших с Хоуком ушах завыл ветер.

– Забрались на машину, - сказал Хоук.
– Теперь что?

– Будем надеяться, что дорога без ухабов, - отозвался я.

37

ДЛЯ ТОГО, КТО СИДИТ НА ПРУЖИНЯЩИХ, МЯГКИХ, ОБИТЫХ кожей сиденьях авто, дорога, видимо, была достаточно ровной. Но если вы лежите на животе на металлической крыше машины и в мышцы вам вбивается хромированная рама, то вам только остается молиться о том, чтобы дорога стала еще ровней. Фургон мчался на восток сквозь непотревоженную ночь, разрезая темноту светом фар. Нас мотало, и мы старались как можно крепче держаться за раму и прятать лица от бьющего из-за ветрового стекла вихревого потока. Кроме завывания ветра, мы ничего не слышали. В салоне машины тоже было тихо.

– Не было бы там Сьюзен, можно было бы прострелить крышу, - сказал Хоук.
– Всего-то тонкий лист металла.

Губы он поднес к самому моему уху.

Я ответил таким же образом:

– В водителя тоже попасть не хочется. Не в наших долгосрочных интересах перевернуть эту колымагу.

– Когда-нибудь они должны остановиться, - высказался Хоук.

– Там шестеро охранников плюс Костиган.

– Отличная идея - забраться сюда. Ничуть не лучше моей, когда я предложил перестрелять их на выходе из дома.