Чтение онлайн

– Приятно снова с вами увидеться, - сказал он, когда я вошел.

Азиат бесшумно удалился.

– Сэр, мне нужна помощь.

Диксон кивком головы указал мне на одно из обитых кожей кресел:

– Присаживайтесь.

– Боюсь, могу в нем заблудиться, - сказал я.
– Мне случалось жить в домах поменьше этого кресла.

– Как угодно, - кивнул он.
– Что нужно?

Выглядел Диксон получше, чем восемь лет назад. Лицо поспокойнее, в глазах поменьше ярости, побольше жизни. Но массивный торс все так же громоздился над креслом-каталкой - грозно, неколебимо. Взрыв в Лондоне отнял у него семью и ноги.

– Деньги, - сказал я.
– Много.

Диксон кивнул. Волосы здорово поседели со времени нашего последнего рандеву.

– Запросто, - промолвил он.
– Этого добра у меня больше, чем нужно.

– Лучше будет вам не знать, на какие нужды они пойдут, - отозвался я.

– Меня это не касается, - заметил Диксон.
– Когда не о чем больше заботиться, заботишься о себе - или по крайней мере пытаешься. Тебя начинают волновать другие проблемы. Данное когда-то слово, например.

– Да, сэр, - согласился я.

– Я когда-то сказал, что, если вам когда-нибудь понадобится моя помощь, вы ее получите. Вы и тот негр.

– Да, сэр, это было в Монреале.

– Негр все еще жив?
– спросил он.

– Да, сэр, он тоже замешан. Деньги требуются нам обоим.

– Сколько?

– Десять тысяч долларов.

Диксон спросил:

– Выпьете?

Вошел азиат. Он вытащил из шкафчика поднос и поставил на стол перед Диксоном. На подносе высился графин из резного стекла и два стакана под бренди.

– Разумеется, - сказал я.

Азиат налил два стакана бренди и подал один мне, второй Диксону, а графин поставил на поднос.

– Лин, - сказал Диксон.
– Мне нужно десять тысяч долларов в...
– он взглянул на меня: - мелких купюрах?

– Десятками, двадцатками и сотнями, - уточнил я.

Диксон кивнул Лину:

– Можешь идти.

Лин вышел. Мы с Диксоном выпили бренди.

– Я не смогу вернуть их вам, сэр, - произнес я.

– У вас может и не быть такой возможности, - сказал Диксон.
– Я не жду от вас возврата этих денег.

Мы выпили еще.

– Как ваши дела, сэр?
– спросил я.

– Получше, - сказал он.
– Время лечит. И, - он сделал еще глоток бренди и почти что улыбнулся, - я снова женат.

– Мои поздравления, - сказал я.
– Приятно это слышать.

– Жизнь идет своим чередом. А как у вас?

– Довольно сложно в последнее время, но...
– Я пожал плечами. Сложность должна вот-вот упроститься. Я,-по крайней мере, на это надеюсь.

Диксон поднял графин и махнул им в мою сторону. Я подошел к столу, и он подлил мне бренди. Затем налил и себе, закрыл графин пробкой.

Мы выпили.

– Вероятно, я не увижу вас до тех пор, пока вам снова не понадобятся десять тысяч долларов, - сказал Диксон по-прежнему с полуулыбкой.

– Вполне возможно, сэр, - сказал я.
– Я не очень общителен.

Диксон сказал:

– Человек с подобным количеством денег привыкает к тому, что люди поддерживают с ним отношения только на тот случай, если им вдруг понадобятся десять тысяч. Поэтому приятно видеть человека, который не лицемерит.

– Верю вам на слово, сэр.

– Так все говорят. Но вы, похоже, и в самом деле верите. Надеюсь, вы не каждому верите на слово.

– Нет, сэр, не каждому. И не каждой. Только тем, кому можно верить.

– Как же вы различаете, кому можно верить, а кому нельзя?
– спросил Диксон.

Я постучал пальцем по лбу:

– С помощью могучего интеллекта.

– Или удачи, - предположил Диксон.

– Она не мешает, - сказал я.

Солнце заглянуло в комнату справа. Оно садилось, и в том месте, где лучи падали на край ковра, краски его переливались. Мы беззвучно потягивали бренди. В доме было тихо. Он был настолько огромен, что казался бы тихим даже тогда, когда кому-нибудь в голову пришла бы мысль построить в соседнем крыле атомную подводную лодку.

Вернулся Лин. В его руках был пакет величиной с картонку из-под обуви, завернутый в коричневую бумагу и аккуратно перевязанный бечевкой. Он отдал мне его и вышел.

– У меня, - сказал Диксон, - кроме денег в мелких купюрах, есть еще и иные ресурсы.

Из ящика стола он вытащил небольшую карточку. На ней стоял только телефонный номер, и больше ничего. Диксон протянул ее мне, я взял и положил в карман рубашки.

– Благодарю, - сказал я и выпил оставшееся бренди.

Диксон произнес:

– Удачи.

Я еще раз поблагодарил вышел.

49

ШАХТА НАХОДИЛАСЬ К СЕВЕРУ ОТ БУАСЕ по Пятьдесят пятому шоссе, если ехать к Плейсервиллю. Мы припарковали взятую напрокат машину на пустынной обочине дороги и посмотрели в долину, раскинувшуюся у наших ног.

– По карте это здесь, - сказал Хоук.

Он держал топографическую карту США со скрупулезными инструкциями, выписанными округлым и аккуратным почерком Рейчел Уоллес. Долина простиралась на север и на юг, а дорога извивалась по гребню восточного склона. По дну долины текла речушка, а бегущая по ее западному берегу узкая тропа, загибаясь, исчезала в роще сосен, скрывающих северную половину дола.

– Там, - уточнил Хоук.
– За рощей.

Он сидел рядом со мной. Сьюзен - на заднем сиденье в огромных солнцезащитных очках с бледно-лиловой оправой. Я тронул автомобиль и проехал по гребню. Наконец долина завернула на восток вместе с дорогой, и мы смогли заглянуть за деревья.

Я остановил машину, и мы обозрели вход в рудник, находящийся примерно в полумиле под нами. Квадратный и темный,-даже с такого расстояния он выглядел заново обшитым деревом и аккуратно подчищенным. Справа находилась площадка для вертолетов, а слева - широченная автостоянка. В ста ярдах от нас, ближе .ко входу, протянулась высокая сетчатая ограда, украшенная сторожкой. На асфальте перед воротами были сделаны бетонные бугры, расположенные в некоем подобии лабиринта, - так, чтобы машина могла проехать, но только очень медленно. Вокруг входа в рудник вся поверхность холма была освобождена от растительности. Обнаженная порода вздымалась примерно на тысячу футов и была затянута металлической проволочной паутиной - меры против эрозии. Рядом со сторожкой находился огромный щит, но мы были слишком далеко и не могли прочитать, что именно на нем написано.

– Бьюсь об заклад, что не "Добро пожаловать", - сказал я.

– Может быть, "Заходите, гостями будете"?
– предположил Хоук.

Мы посидели, вглядываясь во вход в рудник.

– Можно спуститься по скале, - выдал идею я.

– Можно, если наверху нет охраны, - ото звался Хоук.

– Можно и с охраной, если ее убрать, - сказал я.

– Но убрать ее так, чтобы не всполошились те, кто дежурят внизу, продолжил мою мысль Хоук.

– А можно приземлиться на вертолетной площадке, прямо у шахты, сказал я.